Мотив как сложное интегральное психологическое образование




НазваниеМотив как сложное интегральное психологическое образование
страница1/3
Дата публикации08.06.2014
Размер0.55 Mb.
ТипДокументы
literature-edu.ru > Психология > Документы
  1   2   3
МОТИВ КАК СЛОЖНОЕ ИНТЕГРАЛЬНОЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

Как говорилось в главе 3, монистический подход к пониманию сущ­ности мотива, когда за него принимаются разные и отдельные психологические фе­номены, себя не оправдал. В то же время в каждой монистической концепции сущ­ности мотива имеется рациональное зерно, отражающее одну из сторон мотива как основания действия, поступка, деятельности, поведения. Так, принятие в качестве мотива потребности дает возможность получить ответ, почему осуществляется ак­тивность человека; принятие за мотив цели позволяет дать ответ, для чего (ради чего) проявляется эта активность; а принятие за мотив устойчивых свойств лично­сти дает ответ, почему выбраны именно эта цель, этот способ ее достижения. Побуждения же и состояния в качестве мотивов раскрывают только их энергетиче­скую сторону. Поэтому очевидно, что решение вопроса о сущности мотива как осно­вания и побудителя активности человека возможно лишь при объединении суще­ствующих взглядов в единой и непротиворечивой Концепции. И неслучайно в по­следние годы все более отчетливо выкристаллизовывается мысль, что детерминация поведения и деятельности обусловливается не просто разрозненными факторами, а их совокупностью, каждый из которых выполняет в целостном процессе детермина­ции свои определенные функции (Б. Ф. Ломов, В. А. Иванников, М. Ш. Магомед-Эминов). Отсюда и мотив правомерно рассматривать как сложное инте­гральное (системное) психологическое образование.

Справедливости ради надо отметить, что подобные взгляды на мотив высказыва­лись и ранее, но во всеобщей разноголосице услышаны не были. Так, еще В. Вундт (1897) понимал мотив как соединение представлений и чувств; первые яв­ляются основанием поступка, а вторые — побудительной причиной его. Правда, приоритет В. Вундт отдавал все же потребностям и чувствам, а не представлениям.

Д. Н. Узнадзе (1969) понимал мотив как сложное психическое образование, воз­никающее в результате многоэтапного процесса мотивации.

О сложной многомерной структуре мотива говорят М. Ш. Магомед-Эминов (1987) и В. А. Терентьев (1970), но первый не раскрывает его структуру, а второй подходит к ее раскрытию с традиционных общепсихологических позиций, постулирующих трехкомпонентность всякого психического явления, т. е. наличие в мотиве интел­лектуального, волевого и эмоционального компонентов. При этом он считает, что в одних случаях в мотивах преобладает интеллектуальное начало, в других — эмоци­ональное. Возможно и их равновесие, но, как правило, они находятся в антагонизме друг к другу.

В. Г. Леонтьев (1992) рассматривает мотив как системное образование лично­сти, как системный способ организации активности человека. Внутренняя психоло­гическая структура мотива состоит, пишет он, из двух подструктур: подструктуры свойств, образующих мотивационное ядро, и подструктуры функций, в которых про­являются его свойства. В свою очередь, в ядерной части мотива им выделяются та­кие свойства, как содержательные, установочные, волевые, а также направленность, значимость, динамичность, эмоциональность. Среди этих свойств В. Г. Леонтьев наиболее важными считает содержательные свойства, которые включают в себя первичные побудители. Именно они задают, по мысли автора, другие компоненты ядерной части мотива. Например, на основе потребности или какого-либо другого побудителя формируются: направленность — как избирательная форма активнос­ти; значимость— как личностный смысл побудителя; динамичность — как сила, напряженность, подвижность, устойчивость действия мотива.

Функциональная подструктура тоже состоит из целого ряда взаимосвязанных функций: селективной, когнитивной, целемоделирующей, смыслообразующей, регуляторной и побудительной.

Надо отметить, что эти представления В. Г. Леонтьева о структуре мотива не отличаются логичностью. Функция не может быть структурой или подструк­турой. Функция показывает лишь, для чего нужна та или иная часть структуры (образования). Включение же автором функций в структуру произошло потому, что он рассматривает мотив как тип мотивации, а мотивация — это динамичный про­цесс. Отсюда свойства мотивации как процесса перенесены автором на структуру мотива как психологического образования, что, с моей точки зрения, делать не сле­довало бы.

7.1. ГРАНИЦЫ И СТРУКТУРА МОТИВА

Из изложенного выше следует, что границами мотива являются, с одной- стороны, потребность, а с другой — намерение что-то сделать, включая и побуждение к этому. Это значит, что в структуру мотива не входят стимулы, и в то же время он сам не залезает в структуру исполнительского действия, хотя у неко­торых авторов это и происходит. Так, Р. А. Пилоян (1984) пишет, что мотив в окон­чательном виде формируется уже в ходе выполнения действия, имея в виду, для примера, соотнесение своих возможностей с особенностями соперника во время спортивного единоборства. Но ведь учет возможностей соперника скорее приведет к корректировке программы деятельности, чем к изменению ее цели (победить). Очевидно, мотиву может принадлежать лишь стратегия деятельности, а тактика получения потребного результата формируется уже после формирования намере­ния другими психофизиологическими структурами и механизмами, отвечающими за исполнение принятого намерения (например, акцептором действия по П. К. Анохину).



Рис. 7.1. Перечень компонентов, могущих создавать структуру разных мотивов Линиями обозначены мотивы: мотив А — сплошной, мотив Б — пунктирной, мотив В — штрихпунктирной).

В противном случае мотив превращается в произвольное действие, и надобность в этом понятии отпадает.

Установление границ мотива и рассмотрение стадий его формирования позволя­ют обозначить те психологические компоненты, которые могут входить в структуру мотива (рис. 7.1). Эти компоненты, в соответствии со стадиями формирования мо­тива, можно отнести к трем блокам: потребностному, «внутреннему фильтру» и це­левому.

В потребностный блок входят следующие компоненты: биологические и соци­альные потребности, осознание необходимости, долженствования («квазипотребно­сти» по К. Левину); в блок «внутреннего фильтра» — нравственный контроль, оцен­ка внешней ситуации, оценка своих возможностей (знаний, умений, качеств), пред­почтения (интересы, склонности, уровень притязаний); в целевой блок — образ Редмета, могущего удовлетворить потребность, опредмеченное действие (налить воды, решить задачу), потребностная цель (удовлетворить жажду, голод и т. п.), представление процесса удовлетворения потребности (попить, поесть, подвигаться т. п.). Все эти компоненты мотива могут проявляться в сознании человека в вербализованной или в образной форме, притом не все сразу. В каждом конкретном случае в каждом блоке может быть взят в качестве основания действия или поступка (принимаемого решения) один из компонентов. Структура же каждого конкрет­ного мотива (т. е. основания действия) строится из сочетания тех компонен­тов, которые обусловили принятое человеком решение. Таким образом, компо­ненты, как кирпичики, позволяют создать здание, именуемое мотивом. Образ этого «здания» закладывается человеком в память и сохраняется не только в момент осу­ществления действия или деятельности, но и после их завершения. Поэтому о моти­ве можно судить и ретроспективно (но не только ретроспективно, как утверждают Ю. М. Забродин и Б. А. Сосновский, 1989).

Набор компонентов в каждом конкретном мотиве может быть разным. Но .и сход­ство внешней структуры мотива у двух лиц (тождество входящих в мотивы компо­нентов) не означает их тождества по смысловому содержанию. Ведь у каждого че­ловека свои склонности, ценности, интересы, своя оценка ситуации и возможно­стей, специфичное доминирование потребностей и т. д.

В идеале мотив должен дать ответы на вопросы: почему, для чего, почему именно так, каков смысл. В ряде случаев желательно получить ответ и на вопрос: для кого, ради кого? Ведь деятельность и поступки человека могут иметь как личностный, так и общественный смысл (поэтому Л. И. Божович говорит о личностных и обществен­ных мотивах). До сих пор речь шла о горизонтальной структуре мотива, но у него может быть структура и вертикальная. Ведь в состав мотива могут входить два или три компо­нента из одного блока, один из которых играет главную роль, а остальные — со­путствующую, соподчиненную. Например, среди нескольких потребностей, одно­временно побуждающих к выбору одной и той же цели (получению высшего обра­зования), ведущей может быть желание стать учителем, а сопутствующими — желание повысить свой статус в обществе, повысить свой культурный уровень. Такие же отношения между компонентами могут складываться и в блоке «внут­реннего фильтра», и в целевом блоке. Как отмечает О. К. Тихомиров (1977), в ре­альной деятельности образуется некоторое множество целей, между которыми складываются иерархические и временные отношения (параллельные и последо­вательные цели).

Таким образом, структура мотива как основания действия или поступка — мно­гокомпонентная, в ней чаще всего находят отражение несколько причин и целей. Совокупность условий и факторов, обусловливающих мотивационный акт, чеш­ский психолог Йозеф Лингарт (1970) обозначает термином «мотивационная кон­стелляция», что соответствует нашему пониманию мотива как интегрального пси­хологического образования. Дав обозначение различным компонентам, могущим входить в структуру мотива, и выявив эти компоненты у конкретного человека в конкретном случае, можно мотив его поступка или деятельности записать в виде формулы. Вот как выглядит перечень компонентов, могущих входить в структуру того или иного мотива1:

Потребностный блок: П — потребность; Пб — потребность биологическая; Пс — потребность социальная; Д — долженствование, обязанность.

Блок «внутреннего фильтра»: Пвнеш — предпочтение внешнее (по внеш­ним признакам); Пвнут — предпочтение внутреннее (склонности, интересы): НКдек — нравственный контроль декларируемый; НКнедек — нравственный конт­роль недекларируемый; Ов — оценка своих возможностей (знаний, умений, ка­честв); Ос — оценка состояния в данный момент; Уу — учет условий достижения цели; Пп — предвидение последствий поступка, деятельности.

Целевой блок: Цп— потребностная цель; Од— опредмеченное действие; ПудП — процесс удовлетворения потребности.

Соответственно этим обозначениям, формула структуры мотива может быть та­кой: или Пб, Ос, Уу, Цп или Д, НКдек, Пп, Од и т. д.

Уяснение структуры мотива важно и для практических психологов, и для педаго­гов, и для юристов, да вообще для всех, кто имеет дело с людьми (в семье, школе, на производствен т. д.). Акцентирование внимания только на одной из причин может привести к неправильному суждению о человеке и к непоправимым ошибкам.

Рассмотрим один из случаев.

Девочка регулярно воровала деньги у одноклассников. Выяснение обстоятельств, почему она это делала, привело к неожиданному результату, изменившему негативное мнение о ней учителей и товарищей. Оказывается, она не могла без сострадания воспринимать тот факт, что многие ребята не ходят в школьный буфет из-за постоянного отсутствия денег и захотела устранить это социальное неравенство, решив покупать им угощение. Для этого и нужны были деньги. Таким образом, причиной ее поступка была не личная корысть, не жажда денег, а желание помочь своим нуждающимся товарищам. И она им действительно помогала. Решаю­щим для оценки ее поведения оказалось «вскрытие» учителями «блока внутреннего фильт­ра», выявление сострадания, а не выбора неадекватного пути удовлетворения возникшей по­требности девочки.

Роль этого блока с его обилием разных мотиваторов в выяснении причины того или иного поступка видна и из выделения низменных и высоконравственных моти­вов.

А. Н. Леонтьев говорил, что функция мотивов, взятая со стороны сознания, со­стоит в том, что они как бы оценивают жизненное значение для субъекта объектив­ных обстоятельств и его действий в этих обстоятельствах, придают им личностный смысл.

К сожалению, справедливо замечание Б. В. Зейгарник (1969) о том, что психоло­гия мало занимается изучением истинного «лика» действий человека и что это явля­ется скорее уделом художественной литературы. Между тем значимость выявле­ния у субъекта структуры мотивов общения и деятельности очевидна. Как отмечает В. Зейгарник, содержание психотерапевтических и психокоррекционных меро­приятий состоит в том, чтобы пациент осознал истинный смысл своих действий, чтобы он мог увидеть себя со стороны. Только при этом условии возможна адекватная Регуляция своего поведения. Можно сослаться и на мнение А. К. Марковой с соав­торами (1983), которые пишут, что, зная особенности мотивационной сферы школь­ников и тенденции ее становления, учитель точнее ориентируется и в причинах, изменяющих их отношение к обучению.

7.2. ПРОБЛЕМА ПОЛИМОТИВАЦИИ ПОВЕДЕНИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Долгое время соотношение между мотивом и поведением (деятель­ностью) рассматривалось с мономотивационной позиции. Исходя из того что мотив является системообразующим фактором деятельности и поведения, психологи тес­но привязывают их к конкретной потребности {принимаемой за мотив). Это нахо­дит выражение в тезисе: каждому мотиву (потребности) должна соответствовать своя деятельность, и наоборот. Например, Д. Н. Узнадзе пишет; «...нет одного и того же поведения, которое могло бы иметь различные мотивы. Было бы правильнее говорить, что есть столько же поведений, сколько мотивов, дающих им смысл и значе­ние» (1966, с. 403).

Из такого понимания соотношений между мотивом и поведением (деятельно­стью), отмечает И. В. Имедадзе (1984), вытекают три следствия. Первое состоит в формуле: один мотив — одна деятельность. Второе — мотив именует деятельность и благодаря этому выступает критерием выделения различных видов и форм поведе­ния. Третье следствие заключается в том, что мотив определяет содержательную характеристику деятельности.

Однако в последние годы среди многих отечественных психологов стала распространенной точка зрения, что деятельность и поведение человека обусловлены од­новременно многими мотивами (Л. И. Божович, В. К. Вилюнас, И. В. Имедадзе, В. И. Ковалев, А. Н. Леонтьев, В. Ф. Петренко, М. М. Филиппов). А. Н. Леонтьев, например, выдвигая положение о полимотивированности деятельности, отталкива­ется от факта, что сложные формы поведения и деятельности, как правило, побуж­даются несколькими потребностями. Первый вариант полимотивации, по А. Н. Ле­онтьеву, состоит в обусловленности учебной деятельности как познавательными мо­тивами, так и социальными, придающими этой деятельности двоякий смысл. Второй вариант полимотивации — это сочетание смыслообразующего мотива, осуществля­ющего функцию побуждения, направления и смыслообразования, с мотивами-сти­мулами, которые играют роль лишь дополнительной стимуляции данной деятельно­сти.

Психологи настолько уверовали в непогрешимость постулата о полимотивиро­ванности деятельности и поведения, что считают его аксиоматичным. Например, В. К. Вилюнас пишет: «У человека одновременное проявление и действие мотиваци-онных факторов различного происхождения представляет собой практически посто­янный фон жизни. Поэтому актуальной является не сама по себе констатация поли­мотивированности человеческой деятельности, а проблема ее форм и механизмов» (1990, с. 187). Но, пожалуй, в наиболее крайнем проявлении этот взгляд выражен А. Маслоу, который полагает, что любое поведение обнаруживает тенденцию к де­терминированности скорее несколькими или всеми базовыми потребностями одно­временно, чем единственной из них.

Попытку разобраться в том, насколько состоятельна та и другая позиция психо­логов, предпринял И. В. Имедадзе (1984). Критикуя мономотивационную позицию ряда психологов, он отмечает, что при предметно-потребностной трактовке мотива

требование того, чтобы у каждой деятельности был свой мотив, оборачивается по­иском специфической потребности для каждой деятельности, а это приводит к не­адекватному истолкованию того, что делает человек. Например, продолжает он, труд, будучи особой формой деятельности, должен иметь свою потребность (потреб­ность в труде, т. е. в непосредственном процессе или результате труда). Но такая потребность, по замыслу классиков марксизма, возникнет у человека только в ком­мунистическом обществе. И получается, что современный человек может добросо­вестно трудиться всю жизнь, не имея таковой потребности и, следовательно, не осу­ществляя трудовую деятельность (исходя из формулы, что каждой потребности дол­жна соответствовать своя деятельность). Неправомерность такой интерпретации, отмечает И. В. Имедадзе, показана рядом авторов.

Таким образом, заключает И. В. Имедадзе, при отождествлении потребности и мотива становится невозможным реализовать положение «один мотив — одна дея­тельность», поскольку всем хорошо известно, что одну деятельность, как правило, побуждает несколько потребностей. В связи с этим он говорит о полипотребностной природе деятельности и поведения.

Мне кажется, что здесь И. В. Имедадзе несколько переусердствовал в своей кри­тике. Уже его оговорка по поводу своего тезиса («как правило...») говорит о том, что в отдельных случаях (а может быть, и значительно чаще) между видом потребности (мотива) и видом деятельности может существовать и содержательное, и семанти­ческое сходство, т. е. положение «один мотив — одна деятельность» может отра­жать действительность. Другое дело, что из названия деятельности часто не следу­ет такое же название потребности, ее обусловившей (например, упоминание о «спортивной деятельности» вовсе не говорит о наличии у человека, ею занимающе­гося, «спортивной» потребности, или что коммерческая деятельность обусловлена коммерческой потребностью). И именно в этом может проявляться несоответствие вида деятельности и вида потребности.

Кроме того, он, по существу, не отрицает и формулу: «один мотив — одна дея­тельность», а просто более правильно смотрит на структуру мотива. Так, отрицая тождество потребности и мотива, И. В. Имедадзе рассматривает его как основание поведения (деятельности) со стороны субъекта, в котором должно учитываться все содержание деятельности: как эмоционально-потребностное, так и когнитивно-си­туационное. Человек учитывает ситуацию, наличие объективных и субъективных возможностей, наличие противоположных потребностей. Поэтому мотив в пред­ставлении И. В. Имедадзе сложная структура, не сводимая к одной какой-либо по­требности.

Он настаивает на том, что деятельность может обусловливаться многими потреб­ностями, которые, сосуществуя в рамках одной деятельности и устанавливая различ­ные взаимосвязи друг с другом, создают единый мотив, служа одной интегральной Цели. В подтверждение этого можно привести высказывание Л. И. Божович: «Отмет­ка в качестве мотива учебной деятельности может воплощать в себе и потребность в одобрении учителя, и потребность быть на уровне своей собственной самооценки, и стремление завоевать авторитет товарищей, и желание облегчить себе поступление в высшее учебное заведение, и многие другие потребности» (1972, с. 27).

Надо заметить, что во многих случаях речь о полимотивации идет только потому, что за мотивы принимаются не только потребности, но и различные мотиваторы.

Поэтому точнее было бы говорить о полимотиваторной природе поведения и деятель­ности. В западной психологии акцент в основном делается на одновременной обу­словленности поведения и деятельности многими целями или личностными диспози­циями (Дж. Аткинсон [J. Atkinson, 1964]; X. Хекхаузен, 1986, и др.). Таким образом, во многих случаях авторы рассуждают, по существу, о мифическом феномене полимотивации из-за того, что мотив понимается слишком зауженно: то как потребность, то как цель, то как один из мотиваторов.

В то же время, как и И. В. Имедадзе, я считаю возможным говорить и об истин­ной полимотивации. И. В. Имедадзе по этому поводу пишет, что, в строгом смысле слова, с полимотивацией мы имеем дело только тогда, когда одновременно действу­ют несколько мотивов, в состав каждого из которых могут входить множество по­требностей. Однако в этом случае реально психологически осуществляется несколько деятельностей, каждой из которых соответствует свой мотив.

Истинная полимотивация, по моему мнению, имеет место при достижении чело­веком отдаленной цели, например в процессе учебной (получение образования) или спортивной (достижение рекордного результата) деятельности, которая направля­ется долговременной мотивационной установкой. И учебная и спортивная деятель­ности связаны с рядом частных деятельностей, каждая из которых побуждается и обосновывается частными по отношению к общей направленности поведения моти­вами. Они как бы встроены в общий мотив и, являясь относительно самостоятельными психологическими образованиями, способствуют достижению конечной цели.

«Встроенными», по существу, являются мотивы деятельностей, связанных с за­рабатыванием денег. В этом случае тоже нет прямой связи между потребностями человека и предметами их удовлетворения. Она опосредована целым рядом деятель­ностей, имеющих свои мотивы. Таким образом, на пути достижения отдаленной по времени, но главной на данном этапе жизни человека цели может выстраиваться цепочка таких «встроенных» мотивов, реализация которых будет неуклонно прибли­жать человека к заветной цели.

  1   2   3

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconГусев Вячеслав Алексеевич врач-психотерапевт. Базовое образование...
Приоритетное направление в работе – психосоматика, бизнес-консалтинг. Ведущий специалист Центра Современных Психотехнологий (г. Киев)....

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconО сущности мотива
В основном психологи группируются вокруг следующих точек зрения на мотив: как на побуждение, на потребность, на цель, на намерение,...

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconПискунов Н. С. Дифференциальное и интегральное исчисления. Т. 1, 2
Беклемешев Д. В. Курс аналитической геометрии и линейной алгебры. –М.: Наука, 2005

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconПаломничество, как фактор влияния
В современной отечественной психологической теории и практике все более актуальной становится тенденция к изучению феномена паломничества...

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconТема: «Русские народные промыслы»
Народные художественные промыслы занимают видное место в о декоративно-прикладном искусстве. Искусство народных художественных промыслов...

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconКнига вводит ребёнка в самое сложное в жизни в мир человеческих чувств,...
Средства массовой информации (особенно телевидение) вытеснили или почти вытеснили такую традиционную форму общения старших и младших...

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconПриказ от 29. 03. 2014 №252-а По итогам проведения I тульского it- форума «Образование»
«О проведении I тульского it- форума «Образование» «Электронное образование: от настоящего к будущему» в период с 25-27 марта 2014...

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconПересекая границу. Психологическое изображение пути знания Карлоса Кастанеды
Дональд Ли Уильямс "Пересекая границу Психологическое изображение пути знания Карлоса Кастанеды"

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconОбразовательная программа муниципального козённого образовательного...
Начальное общее образование, основное общее образование, среднее (полное) общее образование)

Мотив как сложное интегральное психологическое образование iconСведения о реализации основных общеобразовательных программ
Начальное общее образование основное общее образование Среднее общее образование

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции