Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь




НазваниеМохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь
страница1/58
Дата публикации31.05.2014
Размер7.4 Mb.
ТипДокументы
literature-edu.ru > Авто-ремонт > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   58
Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь
----------------------------------------------------------------------------

Изд: Ганди М.К. Моя жизнь, М., Гл. ред. Восточ. литературы изд-ва "Наука", 1969.

Пер: с английского А.М.Вязьминой, О.В.Мартышина, Е.Г.Панфилова,

под ред. проф. Р.А.Ульяновского

----------------------------------------------------------------------------
МОЯ ЖИЗНЬ
ВСТУПЛЕНИЕ
Лет пять назад, по настоянию своих ближайших товарищей по работе, я

согласился написать автобиографию. Но не успел закончить я первую страницу,

как в Бомбее вспыхнули волнения, и я вынужден был работу приостановить.

Затем последовали события, которые для меня завершились заключением в тюрьму

Йервади. Находившийся со мной в тюрьме адвокат Джерамдас советовал мне

отложить все прочие дела и закончить автобиографию. Но я ответил, что уже

составил себе программу занятий и не могу думать о чем-либо другом, пока она

не будет выполнена. Я бы закончил автобиографию, если бы отбыл свой срок

полностью, но меня освободили на год раньше. Теперь Свами Ананд повторил это

предложение, а так как я закончил историю сатьяграхи в Южной Африке, то

решил приняться за автобиографию для "Навадживана". Свами хотелось, чтобы я

выпустил автобиографию отдельной книгой, но у меня не было для этого

свободного времени: я мог писать лишь по главе в неделю. Для "Навадживана"

мне все равно необходимо было что-нибудь писать еженедельно. Почему бы в

таком случае не заняться автобиографией? Свами согласился с этим, и я

усердно принялся за работу.

Между тем у одного из моих богобоязненных друзей возникли сомнения,

которыми он поделился со мной в мой "день молчания".

- Что толкнуло вас на эту авантюру? - спросил он меня. Писание

автобиографий - обычай, присущий Западу. Я не знаю ни одного человека на

Востоке, который занимался бы этим, за исключением лиц, подпавших под

влияние Запада. А о чем вы будете писать? Допустим, завтра вы откажетесь от

положений, которые сегодня считаете своими принципами, или в будущем

пересмотрите сегодняшние планы. Не окажется ли тогда, что люди,

руководствующиеся в своих поступках вашим авторитетным словом, будут введены

в заблуждение? Не лучше ли совсем отказаться от этого или хотя бы несколько

повременить?

Доводы эти произвели на меня некоторое впечатление. Но я и не собираюсь

писать настоящую автобиографию. Просто мне хотелось бы рассказать историю

своих поисков истины. А поскольку такие искания составляют содержание всей

моей жизни, то рассказ о них действительно будет чем-то вроде автобиографии.

Но я не против того, чтобы на каждой странице автобиографии говорилось

только о моих исканиях. Я верю или по крайней мере стараюсь верить, что

связный рассказ об этом принесет пользу читателю. Мои искания в сфере

политики известны теперь не только Индии, но и в какой-то степени всему

"цивилизованному" миру. Для меня они не представляют большой ценности. Еще

меньшую ценность имеет для меня звание "махатмы", которое я получил

благодаря этим исканиям. Это звание часто сильно меня огорчало, и я не помню

ни одного случая, когда бы оно порадовало меня. Но мне, разумеется, хотелось

бы рассказать об известных лишь мне одному духовных исканиях, в которых я

черпал силы для своей деятельности в сфере политики. Если мои искания

действительно носят духовный характер, тогда здесь нет места для

самовосхваления, и мой рассказ может лишь увеличить мое смирение. Чем больше

я размышляю и оглядываюсь на прошлое, тем яснее ощущаю свою ограниченность.

В течение тридцати лет я стремился только к одному - самопознанию. Я хочу

видеть бога лицом к лицу, достигнуть состояния мокша. Я живу, двигаюсь и

существую только для достижения этой цели. Все, что я говорю и пишу, вся моя

политическая деятельность - все направлено к этой цели. Но будучи убежден,

что возможное для одного - возможно для всех, я не держу в тайне свои

искания. Не думаю, что это снижает их духовную ценность. Есть вещи, которые

известны только тебе и твоему творцу. Их, конечно, нельзя разглашать.

Искания, о которых я хочу рассказать, другого рода. Они духовного или скорее

морального плана, ибо сущностью религии является мораль.

В своем жизнеописании я буду касаться только тех вопросов религии, которые

одинаково понятны и взрослым и детям. Если мне удастся рассказать о них

смиренно и бесстрастно, то многие, ищущие истину, почерпнут здесь силы для

дальнейшего движения вперед. Я смотрю на свои искания как ученый, который

хотя и проводит их весьма точно, тщательно и обдуманно, однако никогда не

претендует на окончательность своих выводов и дает большие возможности для

размышлений. Я прошел через глубочайший самоанализ, тщательно проверял себя,

исследовал и анализировал все психологические моменты. И все же я далек от

мысли претендовать на окончательность или непогрешимость своих выводов.

Единственное, на что я претендую, сводится к следующему: мне они

представляются абсолютно правильными и для данного момента окончательными.

Если бы это было не так, я не положил бы их в основу своей деятельности. Но

на каждом шагу я либо принимал, либо отвергал их и поступал соответствующим

образом. И пока мои действия удовлетворяют мой ум и мое сердце, я должен

твердо придерживаться своих первоначальных выводов.

Если бы все сводилось для меня к обсуждению академических принципов, я,

разумеется, не стал бы писать автобиографию. Но я ставил себе целью показать

практическое применение этих принципов в различных случаях и потому назвал

эти главы, к написанию которых я приступаю, "Историей моих поисков истины".

Сюда должны войти искания в области применения ненасилия, безбрачия и прочих

принципов поведения, которые обычно рассматриваются как нечто отличное от

истины. Но для меня истина - главенствующий принцип, включающий множество

других принципов. Эта истина есть правдивость не только в словах, но и в

мыслях, не только относительная истина наших понятий, но и абсолютная

истина, вечный принцип, т. е. бог. Имеется бесконечно много определений

бога, ибо проявления его бесчисленны. Они наполняют меня удивлением и

благоговейным трепетом и на какое-то мгновенье ошеломляют. Но я поклоняюсь

богу только как истине. Я еще не нашел его, но ищу. Я готов в своих исканиях

- пожертвовать всем самым дорогим для меня. Если понадобится жертва, я отдам

даже жизнь, думаю, что я готов к этому. Все же до тех пор, пока я не познал

эту абсолютную истину, я должен придерживаться относительной истины в своем

понимании ее. Эта относительная истина должна быть моим маяком и щитом. Хотя

путь этот прям и узок, как острие бритвы, для меня он был самым быстрым и

легким. Даже мои колоссальные промахи показались мне ничтожными благодаря

тому, что я строго держался этого пути.

Этот путь спас меня от печали, и я продвигался вперед, руководствуясь

внутренним светом. Часто на этом пути я видел слабые проблески абсолютной

истины, бога, и с каждым днем во мне росло убеждение, что только он один

реален, а все остальное нереально. Пусть те, кто захочет, узнают, как во мне

росло это убеждение; пусть они, если смогут, разделят со мной мои искания, а

также мое убеждение. Во мне зрело все большее убеждение, что все, доступное

мне, доступно даже ребенку; я говорю это с полным основанием. Практика этих

исканий столь же проста, сколь и трудна. Они могут показаться совершенно

недоступными человеку самонадеянному и вполне доступными невинному младенцу.

Ищущий истину должен быть смиреннее праха. Мир попирает прах, но ищущий

истину должен настолько смириться, чтобы даже прах мог попрать его. И только

тогда, а не прежде, он увидит проблески истины. Это становится абсолютно

ясно из диалога между Васиштой и Вишвамитрой. Христианство и ислам также

полностью подтверждают это.

Если читателю покажется, что в моих словах сквозит гордыня, значит, что-то

неверно в моих исканиях и я видел не проблески истины, а всего лишь мираж.

Пусть погибнут сотни таких, как я, но восторжествует истина. Даже на волосок

не следует отступать от истины, когда судят о таких заблуждающихся

смертных, как я.

Я прошу, чтобы никто не считал советы, разбросанные по страницам

последующих глав, непререкаемыми. Описываемые мной искания следует

рассматривать лишь как иллюстрации. Каждый, ознакомившись с ними, может

проводить свои собственные искания в соответствии со своими наклонностями и

способностями. Полагаю, что с такой оговоркой предлагаемые мной иллюстрации

будут действительно полезны, так как я не собираюсь скрывать или замазывать

неприятные вещи, о которых следует говорить. Я надеюсь познакомить читателя

со всеми своими ошибками и заблуждениями. Моя задача - описать свои искания

в области сатьяграхи, а вовсе не рассказывать о том, какой я хороший.

Оценивая самого себя, я постараюсь быть строгим, как истина, и хочу, чтобы

другие были такими же. Применяя к себе такое мерило, я подобно Сурдасу могу

воскликнуть:
Есть ли на свете негодяй,

Столь порочный и омерзительный, как я?

Я отказался от своего творца,

Настолько я вероломен.
Ибо для меня вечная мука, что я все еще далек от него, который, как я

доподлинно знаю, управляет каждым моим вздохом и от которого я веду свое

начало. Я знаю, что мои дурные страсти отдаляют меня от него, но я еще не в

силах избавиться от них.

Но пора кончать. В следующей главе я приступлю уже к рассказу о своей

жизни.
Ашрам, Сабармати

26 ноября 1925 года

М. К. Ганди

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
I. СЕМЬЯ И РОДНЫЕ
Ганди принадлежат к касте бания, и некогда, по-видимому, они были

бакалейщиками. Но представители трех последних поколений, начиная с моего

деда, были премьер-министрами в нескольких княжествах Катхиавара. Мой дед

Оттамчанд Ганди или, как его чаще называли, Ота Ганди, был, по всей

вероятности, человеком принципиальным. Государственные интриги заставили его

покинуть Порбандар, где он был диваном, и искать убежище в Джунагархе. Там

он обычно приветствовал наваба левой рукой. Кто-то, заметив такую явную

неучтивость, спросил деда, чем она вызвана. "Правая рука моя принадлежит

Порбандару" - ответил он.

Ота Ганди, овдовев, женился вторично. От первой жены у него было четыре

сына, от второй - два. Помнится, в детстве я никогда не чувствовал и даже,

пожалуй, не знал, что сыновья Ота Ганди были не от одной матери. Пятым из

этих шести братьев был Карамчанд Ганди, или Каба Ганди, как его называли,

шестым - Тулсидас Ганди. Оба брата, один за другим, занимали пост

премьер-министра Порбандара. Каба Ганди - мой отец. Он был членом

раджастханского суда. Сейчас этот суд больше не существует, но тогда это был

весьма влиятельный орган, разрешавший споры между главами и членами кланов.

Каба Ганди был некоторое время премьер-министром в Раджкоте, а затем в

Ванканере. До самой смерти он получал пенсию от правительства Раджкота.

Каба Ганди был женат четыре раза. Первые три жены умерли. От первого и

второго браков у него остались две дочери. Четвертая жена Путлибай родила

ему дочь и трех сыновей. Я был самым младшим.

Отец был предан своему роду, правдив, мужествен и великодушен, но

вспыльчив. В известной мере он не мог жить без чувственных наслаждений. В

четвертый раз он женился, когда ему было уже за сорок. Он был неподкупен и

за свою справедливость пользовался уважением и в семье, и среди чужих.

Хорошо известна была его лояльность по отношению к государству Раджкот.

Однажды помощник политического агента выразился оскорбительно о раджкотском

такор-сахибе, у которого отец состоял на службе. На оскорбление отец ответил

оскорблением. Агент рассердился и потребовал у Каба Ганди извинения. Отец

извиняться не стал и был посажен под арест. Однако, увидев, что Каба Ганди

непреклонен, агент через несколько часов велел выпустить его.

Отец никогда не стремился к богатству и оставил нам совсем небольшое

состояние.

Он не получил никакого образования, а лишь приобрел большой практический

опыт; в лучшем случае он доучился до пятого класса гуджаратской школы. Об

истории и географии отец не имел никакого понятия. Но богатый жизненный опыт

помогал ему решать самые сложные вопросы и управлять сотнями людей. Он был

малообразован и в религиозном отношении, но у него была та религиозная

культура, которая свойственна многим индусам благодаря частому посещению

храмов и слушанию религиозных проповедей. На склоне лет он по настоянию

ученого брахмана, друга семьи, начал читать "Бхагаватгиту" и во время

молитвы ежедневно вслух повторял из нее несколько стихов.

О матери я сохранил воспоминание как о святой женщине. Она была глубоко

религиозна и не могла даже подумать о еде, не совершив молитвы. Она считала

своим долгом ежедневно посещать хавели - храм вишнуитов. Если мне не

изменяет память, мать ни разу не пропустила чатурмаса. Она накладывала на

себя строжайшие обеты и неукоснительно их выполняла. Помнится, однажды во

время чандраяны она заболела, но даже болезнь не помешала ей соблюдать пост.

Для нее ничего не стоило поститься два-три дня подряд. У нее даже вошло в

привычку во время чатурмаса принимать пищу только раз в день. Не

довольствуясь этим, во время одного из чатурмасов она постилась через день.

В другой раз во время чатурмаса она дала обет не есть, пока не увидит

солнца. В такие дни мы, дети, не спускали глаз с неба, чтобы поскорее

сообщить матери о появлении солнца. Всем известно, что в сезон дождей солнце

очень часто совсем не показывается. Помню, как бывало мы мчались сломя

голову, чтобы сообщить матери о его внезапном появлении. Она прибегала,

чтобы самой взглянуть на небо, но солнце уже успевало скрыться, и мать снова

лишалась возможности поесть. "Ничего, - бодро говорила она, - бог не

пожелал, чтобы я сегодня ела". И возвращалась к своим обязанностям.

Мать была весьма здравомыслящим человеком, она была прекрасно осведомлена

о государственных делах, и придворные дамы с уважением отзывались о ее уме.

Пользуясь привилегией детского возраста, я часто сопровождал мать во дворец,

и до сих пор помню ее оживленные беседы с вдовой - матерью такор-сахиба.

Я родился в Порбандаре, или Судамапури, 2 октября 1869 года. Там же провел

детство. Помню, как впервые пошел в школу. В школе мне не без труда далась

таблица умножения. Тот факт, что из всех воспоминаний в памяти сохранилось

лишь воспоминание о том, как я вместе с другими детьми научился давать

всевозможные клички нашему учителю, говорит о том, что ум мой тогда был
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   58

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconМоя жизнь после смерти
Я писал эту книгу не только ради того, чтобы нарушить покой в душах несчастных библиотекарей, которым придётся долго и нудно ломать...

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconМетодическая разработка классного часа на тему патриотического воспитания:...
Данная разработка выполнена для проведения классного часа «Моя профессия – моя гордость»

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconМ. Норбеков Философия мастера игры, или Как заставить жизнь играть по правилам
Скажу сразу: ничего особенного. Радикально моя жизнь не изменилась. Правда, свободного времени остается гораздо меньше, потому что...

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь icon5 класс А. С. Пушкин
Марина Москвина «Моя собака любит джаз, или Жизнь и приключения милиционера Караваева»»

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconК. С. Станиславский Моя жизнь в искусстве
Редакционная коллегия: М. Н. Кедров (главный редактор), О. Л. Книппер-Чехова, А. Д. Попов, Е. Е. Северин, Н. М. Горчаков, П. А. Марков,...

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconНиколай Герасимович Кузнецов. Накануне
Вся моя жизнь связана с Советским Военно-Морским Флотом. Ясделал выбор однажды, в совсем юные годы, и никогда не жалел об этом

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconЧистилище жизнью от автора «Когда я там, я точно знаю, что это есть» Китайский мастер цигун
И по большому счёту, где-то из тайников души, чувствовала, моя жизнь оправдана и целесообразна только в том случае, если хоть в какой-то...

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconКнига и моя жизнь наполнены двумя моими увлечениями
В течение 25 лет я был увлечен мобильными компьютерами. В мире высоких технологий Силиконовой Долины я известен как зачинатель двух...

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconКнига и моя жизнь наполнены двумя моими увлечениями
В течение 25 лет я был увлечен мобильными компьютерами. В мире высоких технологий Силиконовой Долины я известен как зачинатель двух...

Мохандас Карамчанд Ганди. Моя жизнь iconРассказ-эссе «Моя профессия школьный библиотекарь»
«Кому в школе жить хорошо? Школьному библиотекарю «Выдал учебники и сиди себе целый год спокойно в тишине школьной библиотеки». Так...

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции