Краткое содержание Глава Заложники эмоций




НазваниеКраткое содержание Глава Заложники эмоций
страница4/18
Дата публикации21.05.2014
Размер3.05 Mb.
ТипКраткое содержание
literature-edu.ru > Авто-ремонт > Краткое содержание
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18
Глава з

Эмоции как источник

Чтобы построить мир, в котором люди наслаждаются эмо­циональным выбором, надо уметь распознавать тот исход­ный материал, из которого будет построен этот мир, то есть эмоции. Вопреки расхожему мнению, распознавание эмоций не про­исходит автоматически и не подразумевается само собой.

Как мы уже намекнули, эмоции не исчерпываются набором обычных чувств, а включают сотни оттенков. Хотя мы и можем разделить эмоции на достаточно обобщенные категории — «пози­тивные», «негативные», «приятные» и «неприятные», — эти кате­гории сами по себе не являются эмоциями.

На одном из наших занятий Лайза, директор средней школы, попросила- о помощи, потому что чувствовала себя «плохо». Когда мы начали вдаваться в подробности, спрашивая: «Как именно "пло­хо"?», она могла ответить лишь: «Просто плохо, и все». Однако про­блема заключалась в том, что мы не знали этого, потому что «пло­хо» — это лишь название класса эмоций, неприятных вообще. Озна­комившись с несколькими примерами разницы между плохим ощущением и ощущением беспокойства, страха или неуверенности, Лайза смогла понять, что ее «плохо» сводилось к тревоге.

Лайза узнала, что эмоции отличаются от общих категорий «хо­рошего» и «плохого», к которым их можно причислить. Знание того, что вам плохо, не дает, по сути, никакой полезной информа­ции о событиях, заставляющих вас чувствовать себя плохо, или о том, что нужно сделать, чтобы изменить ситуацию. С другой сто­роны, если вы точно знаете, какую эмоцию испытываете, то мгно­венно получаете полезную обратную связь. Например, как только мы узнали, что Лайза испытывает тревогу, мы сразу же поняли, что ее внимание сфокусировано на будущем, в котором много не-

известного, и что она чувствует себя неготовой к столкновению с некоторыми задачами и ситуациями с потенциально неприят­ным исходом, например к конфронтации со школьным советом. Ей было нужно заполнить пробелы и при необходимости принять на себя ответственность за подобные ситуации в будущем, подгото­вившись к ним так, чтобы сделать их приемлемыми, желательны­ми или, как минимум, терпимыми. Оказанная ей помощь заключа­лась лишь в подготовке к адекватному принятию будущего. Как только она осознала, что может содержательно реагировать на по­добные ситуации в будущем, она обрела способность к их пред­восхищению, а ее чувство тревоги сменилось чувством уверенно­сти и доверия к себе.

Эмоции не равнозначны суждениям, которые мы о них вы­носим, а также действиям, которые они порождают. Мы обнаружи­ли, что многие называют эмоциями лишь несколько переживаний — их список часто ограничивается страхом, любовью, ненавистью, радостью, счастьем и печалью. Остальное — лишь описательные слова. Но ответственность, целеустремленность, амбиции, способность, смущение, фрустрация, гордость, безопасность и страсть — не просто паттерны поведения, но еще и эмоции. Временами вы чувствуете ответственность, чувствуете целеустремленность, чувст­вуете амбиции и т. д. Разница между пропусканием ваших пере­живаний через сито нескольких всеобщих эмоций или пропуска­нием их через открытые шлюзы человеческого опыта подобна разнице между черно-белым и цветным телевидением или же между игрой на фортепиано на восьми клавишах или на всех восьмиде­сяти восьми.

Между поведением и параллельными чувствами нередко име­ется разница. Лесли, например, частенько говорила: «Боже мой, у меня столько дел, что я сама удивляюсь, как мне удается справлять­ся с ними в одиночку. Но мне же за них отвечать!» Она повторяла это без тени юмора или иронии и так часто, что Майкла охватило любопытство и он спросил ее, действительно ли она чувствует от­ветственность. Вопрос застал Лесли врасплох. Она несколько ми­нут моргала, а затем ответила с удивлением: «Знаешь, что? Вовсе нет. Я чувствую только, что все это мне надоело!»

Прозрение Лесли может показаться странным, однако на са­мом деле это достаточно распространенный случай. Иногда мы судим о наших переживаниях по тому, что делаем, — то есть по нашему поведению, — забывая о возможной разнице между делами и чув­ствами. Например, вы вправе считать себя очень успешным в со­циальном общении, потому что прекрасно сходитесь с людьми и ведете разные беседы, но тем не менее глубоко внутри вы чувству­ете себя испуганным, утомленным или считаете себя выше окру-

жающих. Вам может казаться, что вы ничего не понимаете в лек- 37 циях по физике, на которые ходите, но при этом вы не обращаете внимания на то, что данный предмет вам интересен и вы полны решимости. Замечать только свое поведение и реагировать только на него означает игнорировать важный пласт переживаний — соб­ственные эмоции.

То же самое верно, если речь идет о наблюдении за другими и реакции на них. Нередко есть разница между тем, чем вам кажется поведение другого человека, и тем, что чувствует этот человек на самом деле. Это было наглядно продемонстрировано нашим дру­гом, чей сын-подросток весь день ходил, как в воду опущенный. Когда наш друг спросил, что случилось, выяснилось, что сын пе­реживает из-за насмешек друзей. Было бы ошибкой заподозрить по поведению мальчика, что тот чувствует себя угрюмым. Это было не так. Эмоцией, которую он испытывал, была «боль», проявляв­шаяся в поведении, которое отец воспринял как угрюмость. Еще одним частым примером этой точки зрения может быть неистовое и буйное поведение, в которое часто впадают дети, рассерженные на родителей. В большинстве случаев эти дети чувствуют себя не буйными или неистовыми, а одинокими или брошенными. И они реагируют на потребность в связи, о которой сигнализируют эти чувства. Их чувства побуждают их искать любого внимания и кон­такта, пусть даже агрессивного.

Конечно, чувства человека влияют на его поведение, а поведе­ние влияет на чувства, но эти проявления отличаются друг от дру­га и могут быть абсолютно разными в конкретный момент време­ни. Об этом следует помнить, потому что легко предположить, будто мы знаем, .что творится внутри другого человека, из простых на­блюдений за его поведением. Наши суждения в таких случаях мо­гут нам сказать что-то о нашем собственном выражении эмоций в своем поведении, но это неприменимо по отношению к другому человеку.

Эмоция — это общая чувственная реакция в данный момент времени, и она отличается от рациональных способов ее описания. В книге «Язык сердца» (Lynch, 1985) доктор Джеймс Дж. Линч доказывает связь между эмоциями и такими физиологическими проявлениями, как артериальное давление и частота сердечных со­кращений. В главе под названием «Скрытый диалог» он рассказы­вает о том, как в Центральной больнице штата Массачусетс иссле­дователи открыли, что многие пациенты практически не осознают своих чувств или же могут описать их лишь в рассудочных, отор­ванных от реальности и бесстрастных терминах. Для описания та­ких людей один из врачей исследовательской команды предложил специальный термин «алекситимия».

Типичной проблемой для алекситимичных пациентов стано­вится четкая формулировка собственных чувств, как это видно из случая, опубликованного доктором Немией и его коллегами:

Поскольку многим пациентам трудно описывать свои чув­ства и распознавать эмоции, они не могут провести разли­чия между обычными человеческими чувствами. [Один па­циент], например, при ответе на вопрос, каково ему быть испуганным, ответил: «Каково быть испуганным? (Пауза.) Понятия не имею».

Врач: Ощущаете ли вы это физически?

Пациент: Скорее, мне кажется, сознательно.

Врач: Сознательно?

Пациент: В основном это происходит в голове. Все пропускается че­рез голову.

Врач: И не влияет на организм?

Пациент: Не знаю... не уверен. Возможно. Возможно. Может быть, а желудок.

Врач: На желудок? И что вы в нем чувствуете?

Пациент: Он будто в узел завязывается.

Врач: Чем же это отличается от бешенства?

Пациент: Чем это отличается от бешенства? Ну, я... на самом деле, не все едино. Одно и то же, знаете ли.

Врач: Эти чувства похожи?

Пациент: Да. Страх, напряжение, раздражение. У меня они все пере­ходят с головы на желудок... (длинная пауза)... Я и вправ­ду не могу... Скажите, что вы хотите услышать, и я вам от­вечу.

Врач: Я хочу лишь услышать, что вы чувствуете, больше ничего.

Пациент: Ага, ну тогда... Нет, не могу сказать (р. 233-234).

Поскольку люди, страдающие эмоциональной «слепотой», не понимают, что они слепы, они изъясняются непонятно, и окружа­ющие не могут взять в толк, в чем же дело. Проблемы с коммуни­кацией и ошибочное понимание сказанного распространены по­всеместно.

Люди с нормальным цветовым зрением воспринимают его как должное, в то время как люди, его лишенные, даже не понимают, что им чего-то недостает. Цветовая слепота не­редко остается нераспознанной, так как нельзя ощутить от­сутствие феномена, с которым ни разу не сталкивался. Пу­таница привносится тем фактом, что человек, не различаю-

щий цветов, знает, что в языке есть такие слова, как крас­ный, желтый и зеленый, и может с успехом ими опериро­вать, не имея ни малейшего понятия о цветовом восприя­тии. Аналогичным образом, всем известны слова любовь, ненависть, ревность, экстаз и зависть, и все способны ис­пользовать эти слова, беседуя с другими людьми. Однако существует большая разница между рассудочным употреб­лением терминов, обозначающих чувства, которые никогда не испытывались, и использованием тех же слов при нали­чии соответствующего чувственного опыта. Психосомати­ческие больные прекрасно справляются с описанием эмо­ций, хотя и не имеют ни малейшего представления о соот­ветствующих ощущениях.

Проблема усугубляется, когда речь заходит об интенсифи­кации чувства. Сильное эмоциональное возбуждение созда­ет для алекситимичных пациентов особенно серьезные про­блемы. Не будучи способными описать свои чувства, они также теряют способность к различению их соматических корре­лятов. Скачок артериального давления может выражать гнев с тем же успехом, что и наплыв любовного чувства. Озву­чить разницу алекситимичные пациенты совершенно не в состоянии (р. 234-235).

В начале каждой сессии доктор Линч расспрашивает паци­ентов об их самочувствии, тогда как те, в свою очередь, соедине­ны с разнообразными аппаратами, фиксирующими артериальное давление, частоту сердечных сокращений и т. д. Ответы алекси­тимичных пациентов обычно повергают его в чувство досады и раздражения.

Пациент быстро меняет тему, переходя от области чувств к безопасной когнитивной области, спокойному царству рас­судка и мыслей, и отвечает: «По-моему, со мной все в по­рядке». В тот же момент артериальное давление или часто­та сердечных сокращений больного подскакивает на 25-50%. Такие пациенты отвечают на вопросы об их самочувствии рассудочно, жертвуя соматической стороной дела. Однаж­ды, услышав от Пэтти такого рода вежливый ответ, я немно­го вспылил и воскликнул: «Я знаю, как вы думаете, что вы думаете, почему вы думаете, когда вы думаете и где вы ду­маете, но я спросил, как вы себя чувствуете? — а не как вы об этом думаете».

Она улыбнулась в ответ на этот выплеск и сказала: «Что вы имеете в виду, когда спрашиваете, как я себя чувствую се­годня? Я же сказала вам, что я в полном порядке». «Я имел в виду, злитесь ли вы, или печалитесь, или радуе­тесь, или находитесь в бешенстве, или влюблены?» Она снова улыбнулась и вздохнула: «Я думаю, что со мной все в порядке» (р. 237-238).

Невзирая на то обстоятельство, что эмоция представляет со­бой общую чувственную реакцию, имеющую место в данный кон­кретный момент времени, ее не следует путать с некоторыми теле­сными ощущениями, которые вы можете испытывать параллельно. Слова о «желудке, завязанном в узел», прозвучавшие в приведен­ном ранее диалоге врача и пациента, являются примером телесных ощущений. Это — не эмоция. Недавно мы работали с клиенткой, ко­торая на вопрос: «Что вы чувствуете?» ответила: «Я чувствую, будто медленно движусь, не в силах пошевелить рукой. У меня тяжелая голова, и я чувствую что-то вроде пустоты в животе». Она описы­вала различные телесные ощущения, но не эмоции, частью кото­рых они являлись. Мы решили выяснить, какую эмоцию она ис­пытывает, но вместо ответа на вопрос, который мы имели в виду, она ответила на другой, уже звучавший: «Что вы чувствуете?» Мы исправились и спросили ее: «Какие эмоции вы испытываете?»; она, подумав минуту, ответила: «Подавленность. Я чувствую подавлен­ность».

Таким образом, есть разница между ощущениями в различ­ных участках тела и вашим целостным субъективным ощущением момента, или «эмоцией». Важно уметь проводить различия меж­ду вашими эмоциями и соматическими ощущениями, чтобы адек­ватнее реагировать на происходящее с вами. Например, оказалось, что те же самые соматические ощущения наша депрессивная па­циентка испытывала, когда была физически утомлена. (Она знала, что «подавлена», когда стремилась уснуть и убежать таким обра­зом от своих чувств, но если она была счастлива отправиться спать, то понимала, что испытывает «усталость».) На самом деле, если вы пребываете в депрессии, вы будете иначе реагировать на ситуа­цию, чем в случае, когда вы утомлены.

Эмоции — это наши общие субъективные реакции в отдельно взятый момент времени.

Эмоции отличаются от соматических ощущений, могущих воз­никать, параллельно.

Эмоции отличаются от паттернов поведения, возникновению которых они способствуют.

Эмоции отличаются от ценностных суждений, которые мы выносим в их отношении.

Эмоции как сообщения

Для некоторых людей эмоциональным выбором выступает способ­ность останавливаться на эмоциях, которые им нравятся, которые обогащают и разнообразят их жизнь, и жить, ошутттая только яти

приятные чувства. Но если бы вы преуспели в этом, то где бы тогда оказались на самом деле?

Имей вы возможность выбрать прямо сейчас, какие шесть эмо­ций вы оставили бы себе на всю оставшуюся жизнь, а какие шесть предпочли бы навсегда оставить в прошлом? (Вам лучше прервать чтение и ответить на этот вопрос. Когда вы закончите читать эту книгу, вам будет очень полезно вернуться сюда и посмотреть, на­сколько изменились ваши ответы.)

Испытывать Исключить

Неважно, что вы написали в обеих графах: скорее всего, это самообман. Едва ли, например, вы включили в желаемые эмоции «разочарование» или «фрустрацию». И тем не менее разочарова­ние дает вам понять, что вы не получили чего-то важного, чего хо­тели и ждали. Как и разочарование, фрустрация говорит об отсут­ствии некоего ожидаемого и желанного результата. Разница лишь в том, что когда вы фрустрированы, у вас еще есть возможность добиться желаемого результата и вы все еще пытаетесь достичь его. Разочарование говорит о том, что возможность получить «это» исчезла, и все, что вы можете сделать, — это прекратить, бросить это дело; но когда вы реагируете фрустрацией, реакция подразу­мевает, что вы продолжаете преследовать цель.

Подумайте, например, о том, чего вам хотелось на протяже­нии всего минувшего года, но чего вы так и не получили. Позволь­те себе на некоторое время испытать разочарование по этому по­воду. Теперь проверьте: продолжаете ли вы этого хотеть, чем бы оно ни было? Если вам это уже ни к чему, то найдите что-нибудь еще, по поводу чего можно разочароваться, что-то, чего вы хотите до сих пор. Как только у вас появится новый пример, не разочаро­вывайтесь по его поводу, а позвольте себе на минуту представить, что вы можете получить это; это что-то, что вы до сих пор хотите, и вы можете получить это, вы пытаетесь это сделать, но то, как вы это делаете, не приносит результата. Другими словами, испытайте фрустрацию в связи с тем, что вы не можете получить этого. В чем

разница между фрустрацией и разочарованием? И снова ответ, который мы неизменно получаем, задаваясь подобным вопросом, говорит нам, что в состоянии фрустрации люди все еще продолжа­ют борьбу за получение желаемого, даже если точно не знают, что нужно сделать для достижения успеха.

Разочарование помогает нам прекратить преследовать цель, принять это и обратиться к другим, более перспективным делам. Быть может, вполне уместно разочароваться в знакомом, который никак не может отказаться от наркотиков, несмотря на все, что вы для него уже сделали и готовы сделать еще. А если ваш ребенок ненавидит балет вопреки вашим стараниям увлечь его этим заня­тием, то лучше пережить разочарование, принять этот факт и по­дыскать какое-то дело, которое больше устроит вас обоих.

Фрустрация побуждает вас к дальнейшей борьбе. Пока вам не покажется, что все средства уже исчерпаны, адекватнее будет ис­пытывать чувство фрустрации по поводу плохого поведения ре­бенка, или проблем в общении с другом, или по поводу того факта, что ваше здоровье не настолько безупречно, как хотелось бы. Если эти обстоятельства заслуживают фрустрации, то есть смысл при­влечь эмоции терпения и решимости, чтобы задача лежала перед вами как на ладони вплоть до своего разрешения. Поэтому цен­ность эмоции нельзя измерить степенью удовольствия, которое она приносит; она поверяется лишь результатом, для достижения ко­торого предназначена.

Функциональные атрибуты

Представьте, что перед вами — два ваших близких друга, Джим и Линда. Вы любите и уважаете их обоих, и вам известно их забот­ливое отношение друг к другу. Наблюдая за ними, вы слышите, что Джим заклинает Линду прислушаться к его совету. Увещева­ния Джима исполнены такой сердечной настойчивости и силы, что звучат как требования. Для вас совершенно очевидно, что его «требования» мотивированы подлинной заботой и любовью к Линде. Однако Линда игнорирует Джима и все, что он говорит.

Теперь измените перспективу и вообразите себя на месте Джима. Вы знаете, что ваша подруга Линда нуждается в помощи и совете. Она вот-вот совершит ужасную ошибку в отношениях, капитало­вложениях или профессиональной деятельности, игнорируя предуп­реждающие сигналы, очевидные для вас, но не для нее. Вы — един­ственный, кто может уберечь ее от боли. Вы не просто беспокои­тесь, вы отчаянно пытаетесь помочь ей. Вы умоляете, вы берете ее за руку и заклинаете, но она остается глуха к вашим мольбам.

Линда просто стоит, смотрит куда-то вдаль и не обращает на вас 43 внимания.

Наконец, измените перспективу еще раз так, чтобы оказаться на месте Линды. Вы — человек, который не осознает, что от его внимания ускользает важное сообщение. Добрый друг, мудрый друг, глубоко разделяющий ваши интересы, умоляет вас выслушать его. Ваш друг молит, и даже требует, чтобы вы сделали то, что необхо­димо, чтобы позаботиться о вашем благосостоянии. Однако на сей раз в сценарии есть одно изменение. Тот заботливый, мудрый друг, который требует и молит, — это ваши эмоции.

Ваши эмоции подобны чуткому другу, который оповещает вас о ситуации, требующей реакции. Как и заботливый друг, ваши эмо­ции могут давать вам знать о чем-то неприятном; они даже могут приносить вам довольно болезненные известия. Тем не менее было бы глупо проигнорировать то, что пытается сообщить ваш друг — эмоции.

Неважно, насколько неприятными кажутся эмоции, они все равно стоят того, чтобы быть сигналом. То, о чем говорит этот сиг­нал, — то, что пытается передать эмоция, — можно назвать «функ­циональным атрибутом» эмоции. Даже самые неприятные эмоции обладают функциональными атрибутами, которые могут принес­ти пользу, если вы отреагируете на них как на важные сообщения, касающиеся ваших потребностей. Первым шагом в утилизации ваших эмоций будет распознавание вещей, о которых они вам сиг­нализируют. Вторым шагом будет соответствующая реакция на это сообщение. Давайте разберем несколько примеров.

Функциональным атрибутом сожаления является его указа­ние на тот-факт, что в той или иной ситуации в прошлом вы могли или должны были поступить иначе, чем поступили. Вы можете сожалеть о том, что не подготовились к экзамену, который зава­лили, или о том, что грубили матери, когда были подростком, или о том, что отклонили приглашение, а позже обнаружили, что упу­стили фантастический шанс и прозевали любовь. О чем бы вы ни сожалели и как бы болезненно это ни было, важно осознать, что это чувство дает вам знать о совершенной вами ошибке. Толь­ко признав свои ошибки, вы сможете избежать их повторения в будущем.

Функциональным атрибутом вины является сигнал о том, что вы поступились собственными принципами и что вам следует за­страховаться от повторения подобного в будущем. Например, вы можете чувствовать вину за то, что солгали другу, забыли об обе­щании, данном ребенку, не заняли надлежащую позицию и молча взирали на творящуюся несправедливость. Никому не нравится испытывать вину, но когда это случается, вы получаете обратную

связь о попрании или намерении попрать важные для вас принци­пы. Без такой обратной связи вам будет трудно вести себя в соот­ветствии со стандартами.

Функциональным атрибутом тревоги является информация о некоем будущем событии, к которому вам надлежит получше подготовиться. Вы можете испытывать тревогу в связи с необхо­димостью вернуть крупный долг, тогда как не уверены, что вам удастся сохранить рабочее место, или в связи с походом в гости туда, где вы никого не знаете, или по поводу грядущего аудита, предпринимаемого Внутренней налоговой службой США. Чув­ство тревоги позволяет вам осознать действия, которые следует предпринять во избежание этих ситуаций или при подготовке к ним. Испытывая время от времени чувство тревоги, вы избавляе­те себя от ежедневного участия в персональной версии Бородин­ского сражения.

Чувство перегруженности обычно возникает после попыток добиться результатов, слишком масштабных или многочисленных для отведенного периода времени. Функциональным атрибутом этого чувства является сигнал о том, что вам необходимо переоце­нить и установить приоритеты поставленных перед собой задач. То есть вам необходимо составить план и закупить все для вече­ринки, забрать детей из школы и отвести их к врачу, прибрать в доме, продумать наряд и приготовить ужин — и все это перед ро­дительским собранием, которое начнется в семь часов вечера. Это чувство перегруженности говорит вам о том, что нужно отрешить­ся от задач во всей их совокупности и выделить среди них обяза­тельные и необязательные, а после определить порядок их выпол­нения.

Когда вашему благополучию грозит появление соперника, стре­мящегося снискать расположение близкого вам человека, самой частой реакцией на это становится чувство ревности. Функцио­нальным атрибутом ревности является указание на убежденность в существовании угрозы вашему эмоциональному благополучию и необходимость предпринять какие-то действия. Вы, возможно, почувствуете ревность на вечеринке, заметив, что ваш друг уеди­нился в углу с какой-то привлекательной особой, поглощен разго­вором и явно забыл о вашем существовании, или же если ваша супруга ежедневно задерживается на работе допоздна, оставаясь в обществе обходительного сотрудника. Такие ситуации могут угро­жать сохранности ваших отношений, а следовательно, вашему лич­ному благополучию. Чувство ревности предупреждает вас о таких угрозах. Если вы не испытываете ревности, то в этом случае вы можете дать угрожающей ситуации развиться до такой степени, когда ваши отношения уже нельзя будет восстановить.

Когда кто-то намеренно или нечаянно угрожает вашему бла­гополучию, у вас в ответ наверняка разовьется чувство гнева. Фун­кциональным атрибутом гнева является информация о необходи­мости что-либо предпринять и не позволить нанести вред вашему благополучию или предотвратить такую возможность в будущем. Вы, может статься, обнаружили, что вас обманули при покупке машины, ваш начальник оклеветал вас перед другим начальником или ваш друг солгал вам. Ваш гнев в такие минуты указывает на то, что кто-то предпринял действия, нанесшие вам вред. Если это предупреждение не будет замечено, то вы не сделаете ничего, что­бы застраховаться от подобного вреда в будущем. Или же ваш обид­чик так и не узнает, что сделал вам больно, и не получит возмож­ности исправить положение — ни ваше, ни свое.

Функциональный атрибут играет при использовании эмоций главную роль, так как если определить его для каждой эмоции, то последняя сразу же преобразуется в чувство, достойное ощуще­ния и использования. Всегда бывает полезно знать, что вы совер­шили ошибку, поступились собственными принципами или все еще пытаетесь добиться результата, при условии осознания того фак­та, что все перечисленное становится импульсом для соответству­ющего реагирования.

Однако слишком часто бывает, что эмоции чувствуются и вы­ражаются, но не становятся источником реакции. Мало смысла сожалеть о чем-то сделанном в прошлом, если это чувство не по­могает изменить поведение в будущем. Чувство вины бесполезно, если оно не ведет вас к восстановлению желания и воли соответ­ствовать своим принципам в будущем. Мало смысла в расстрой­стве, если это чувство не подталкивает вас к творческим попыткам достичь желаемого результата. Функциональный атрибут непри­ятной эмоции конкретизирует благоприятную реакцию на ту или иную эмоцию.

Неприятные эмоции стоит испытывать при условии их пра­вильного использования. Если вы, например, считаете, что каж­дый несет личную ответственность за чистоту окружающей среды, то чувство вины, которое вы испытываете, заметив, что насорили на привале в лесу, является адекватным. Точно так же понятен ваш гнев, когда вы видите, что это сделал кто-то другой. На самом деле, если бы вы не могли испытывать эти эмоции, то многое поте­ряли бы. Если вы никогда не испытывали перегрузки, то вам лег­ко расточать свое время на достижение ничтожных результатов. Неспособность испытывать ревность может свести вас с челове­ком, для которого близкие отношения ничего не значат и легко заменяются. А если вы никогда не злились, то вас запросто назо­вут тряпкой. Если говорить о сигнальной ценности, то даже самые

неприятные эмоции приобретают качество, ради которого их сто­ит испытывать, — особенно если они настраивают вас на полезные результаты и паттерны поведения.

Приобретение эмоционального выбора

Теперь, когда у вас сложилось некоторое представление о том, что мы подразумеваем под словом «эмоции», и их функциональными атрибутами, можно вернуться немного назад и подробнее объяс­нить наше понимание «эмоционального выбора». Истинный эмо­циональный выбор означает наличие и применение четырех спо­собностей, которые подробно описываются в следующих разделах:

Расстановка

Выражение

Использование

Предупреждение

Расстановка

Первым ключом к эмоциональному выбору является способность последовательно реагировать на жизненные ситуации эмоциями, которые окажутся наиболее благоприятными и практичными. Когда для каждого контекста у вас находится благоприятная эмоция, это означает, что вы владеете адекватной «расстановкой» эмоций.

Примером адекватной расстановки является ощущение разо­чарования вместо фрустрации в случае, когда вы уже сделали все возможное, чтобы помочь упрямому приятелю завязать с наркоти­ками. В данной ситуации лучше почувствовать разочарование, чем еще глубже втягиваться в нее и продолжать расходовать свои силы, вместо того чтобы ощутить чувство принятия или, возможно, пас­сивную надежду на то, что в будущем этот человек изменится сам, без посторонней помощи. Если полностью исключить личное уча­стие неблагоразумно, можно углубиться в это будущее вплоть до момента ожидаемого отказа вашего друга от наркотиков, что по­зволит вам перейти к чувству терпения. Для вас обоих любой из этих вариантов лучше, чем' постоянное чувство фрустрации. Дру­гой пример контекста, в котором разочарование оказывается бла­гоприятной эмоциональной реакцией, — признание необратимого ухудшения отношений или разрешение партнерше жить своей жизнью, как ей захочется, даже если вы видите, что это не приве­дет ни к чему хорошему. Другими вариантами благоприятной рас­становки являются чувство решимости как обратное безынициа­тивности, направленное на сохранение желания достичь далекой

цели, или же ощущение способности как чувства, обратного несо­стоятельности, когда вы затеваете какое-то новое дело.

Всем нам случается реагировать на определенную ситуацию не той эмоцией, которой нужно или желательно. Признав, что данная эмоциональная реакция неуместна или слишком расслабляет, че­ловек, делающий эмоциональный выбор, может определить, какая эмоция подойдет лучше, и затем обратиться именно к ней. Напри­мер, такой человек может осознать, что ему следует отказаться от фрустрации и перейти к разочарованию, а после — к принятию того факта, что у его ребенка отсутствует интерес к футболу, танцам или даже к высшему образованию.

Обжегшись несколько раз, Лесли адекватно привела некото­рые свои эмоции в соответствие с тем или иным контекстом, из­менив при ведении деловых переговоров великодушие и участли­вость на осторожность и бдительность по отношению к поступаю­щим предложениям. Когда бы Майкл ни выражал скепсис по поводу честности нашего сына, он переходит к чувству доверия и поддер­жки, чтобы дать Марку почувствовать, что ему доверяют и что он заслуживает этого доверия, а также чтобы самому Майклу было легко и он ощутил себя любящим отцом.

Чтобы уметь подобрать подходящую эмоцию в зависимости от того, что вам нужно в данной конкретной ситуации, вам нужно иметь некоторое представление о свойствах разных эмоций и дей­ствий, к которым они ведут, а также знать, что именно вам хочется извлечь из данной ситуации.

Выражение

Вторым ключом к эмоциональному выбору является умение вы­бирать пути выражения эмоций. Желательнее всего выражать кон­кретную эмоцию способом, соответствующим вашему представле­нию о себе и желаемому результату. Выражение эмоций несоот­ветствующим вашей сущности образом может привести лишь к неуютным и потенциально пагубным последствиям, которые за­метите не только вы сами, но и окружающие.

Если качество выражения релевантно для всех эмоций, то оно особенно важно, когда вы выражаете эмоции по отношению к дру­гому человеку — злость, симпатию, признательность, разочарова­ние, раздражение, сочувствие, фрустрацию или восхищение. Это бессмысленное занятие, если выражение эмоции не передает под­разумеваемый смысл и не оказывает желаемого воздействия. На­пример, если вы слишком пылко выражаете свою признательность, то собеседник может заподозрить вас в лицемерии. Выражение злобы через деструктивное поведение может разрушить те самые отно-

шения, которые для вас настолько важны, что вы злитесь, а то и привести вас на скамью подсудимых. Выражение симпатии через сексуальное поведение в определенных ситуациях способно при­вести к серьезной ссоре и вообще к чему угодно, но только не к любви.

Конечно, бывают случаи, когда правильнее быть неконгруэнт­ным и обладать при самовыражении выбором определенного диа­пазона. Например, адвокаты и бизнесмены, ведущие деловые пе­реговоры, бывают воплощением холодной уверенности, в то время как внутри у них все кипит от сомнений и тревоги. В любом слу­чае целью здесь выступает овладение способами идентификации выражаемой эмоции с последующим (если вы не решите вдруг пе­реключиться на другую эмоцию) выбором предпочтительного пути выражения этой эмоции в будущем.

Представим, например, что ваш сын-подросток без конца раз­говаривает по телефону, запершись в кухне, и эти длительные раз­говоры лишают вас душевного покоя, мешают думать и деструкту-рируют вашу жизнь, так что в итоге вы испытываете раздражение. Оно сохраняется, невзирая на то, что вы пытаетесь сконцентриро­ваться на чем-то другом. Вместо того чтобы переключаться на другую эмоциональную реакцию (терпение или принятие), вы можете по­пробовать выразить раздражение конструктивно.

Одна наша знакомая, оказавшаяся как раз в такой ситуации, обычно позволяла раздражению нарастать внутри себя до тех пор, пока не набрасывалась на своего сына с руганью, за которую ей потом было стыдно. Члены семьи считали ее вздорной и глупой, а сына — мучеником и очень благоразумным мальчиком. Когда она обнаружила, что может выбирать способ выражения своего недо­вольства и творчески подходить к нему, она взяла в обычай ры­чать, как пума или волчица, что было для сына предупреждением — он уже знал, что чересчур увлекся телефонным разговором. Хотя этот способ и выглядел несколько эксцентричным, он оказался эффективнее крика, швыряния трубки, жалоб мужу и ворчания на сына. Когда она рычала, остальные члены семьи, включая сына, сразу же настораживались и задавались мыслью о возможной при­чине подобной реакции (нужно отметить, что всем им хотелось избавиться от криков, ворчания и жалоб).

В первой главе мы рассказывали про Майкла, который во вред себе и к смятению окружающих выражал чувства боли и гнева через замкнутость. Теперь он умеет быстро и четко выразить свои претензии и дажг научился орать. Такое выражение эффективнее для него и не только предпочитается, но и одобряется домашними и друзьями. Теперь, когда они понимают причину его недоволь­ства, они в состоянии сразу же успокоить его, объяснить, испра-

вить ситуацию или привести здравый аргумент. Благодаря измене­нию выражения затяжные мучения сменились короткими бурями.

Кроме того, выражение можно использовать для усиления при­ятных эмоций. Используя в качестве примера того же Майкла, можно сказать, что его партнеров по бизнесу часто приводила в замеша­тельство его реакция на собственные финансовые успехи. Они бук­вально прыгали от радости, когда удавалось что-то продать и выру­чить крупную сумму. Майклу и хотелось бы радоваться вместе с ними, но он обычно чувствовал лишь легкое и быстро преходящее удовлетворение. Для Майкла искусство и вызов состояли в покуп­ке собственности с гарантией заработка. Для других же реализаци­ей выгоды и поводом для торжества была продажа собственности через месяцы и годы. Для Майкла продажа была необязательным делом, простым подтверждением его изначальных суждений; в его сознании выгода реализовывалась через отбор и структуру поку­пок. Его захватывало приобретение собственности. Однако он за­служивал большего, чем кратковременное удовлетворение, возникав­шее у него при завершении сделки. Новое понимание того, как раз­ные способы выражения влияют на сами эмоции, вооружило его способностью к более приятному реагированию. Теперь он выража­ет свое удовлетворение финансовым успехом, покупая друзьям по­дарки — компьютеры, книги, путевки — которые помогут им до­биться успеха в их собственных делах. Их удивление только подли­вает масла в огонь его удовлетворения, а искры восторга воспламеняют его чувства, заставляя их пылать теплой и светлой радостью; и эта радость воспламеняется и приводит его в восторг всякий раз, когда его дар помогает им в чем-то продвинуться к достижению цели.

Использование

Третьим ключом к эмоциональному выбору выступает способность использовать неприятные эмоциональные состояния для выработки полезных паттернов поведения и перехода к более приятным эмо­циям. Первым шагом на пути к оптимальному применению эмо­ций является идентификация функционального атрибута эмоции, то есть того, чем -она хороша и о чем она может сигнализировать. Как было сказано выше, неважно, насколько неприятна эмоция; она всегда выполняет какую-то функцию. Выбор исходит из спо­собности опознать эту функцию и затем отреагировать на нее, об­ратившись к потребности, о которой сигнализирует эмоция. Обра­щение к потребности включает отбор, оценку и поддержание иной эмоции — той, которая способствует удовлетворению конкретной потребности.

Идентифицированный функциональный атрибут можно ис­пользовать для изменения чувств и паттернов поведения в жела-

тельном направлении. Вместо того чтобы нуждаться в освобожде­нии от неприятных чувств, вы получаете выбор, позволяющий вос­принимать их как важное выражение ваших переживаний и учи­тывать обратную связь, предоставляемую ими, после чего исполь­зовать эти эмоции при переходе к дальнейшим практическим шагам.

Например, многим людям знаком неприятный круговорот, в который затягивает тревога. Тревожное чувство может казаться кап­каном, из которого никак не освободиться и который сжимается все сильнее с каждой вашей попыткой вырваться на свободу. Час­то этой эмоции боятся настолько, что многие люди тратят уйму времени на тревогу о будущей тревоге, которая, как им известно, может возникнуть в любой момент. Неизвестное или ожидаемое неприятное будущее, которое и вызывает тревогу, является также тем, что напрямую указывает путь, ведущий от тревоги к уверен­ности и спокойствию. Тревога сигнализирует о будущем событии, к которому следует получше подготовиться. Эта подготовка мо­жет сводиться к обычному сбору информации для заполнения про­белов в картине «кто, что, где, когда и зачем», изображающей не­кое будущее событие. Чтобы лучше подготовиться к будущему, Лесли использует тревогу двояким образом.

Лесли поняла, что тревога возникает, когда размышления о грядущем событии заставляют ее рисовать лишь одну из возмож­ностей: это событие будет неприятным. Например, если она пла­нирует презентацию тренинга для корпоративной команды, то ри­сует в своем воображении лишь собственную неуклюжесть, забыв­чивость, негативную реакцию аудитории и т. д: Если такого рода кошмарный вариант оказывается единственной возможностью, которую вы принимаете в расчет, то вы приобретаете билет в тюрьму тревоги, — и в этом случае не надо идти на зеленый свет! Понимая это, Лесли, когда она начинает испытывать тревогу по поводу пре­зентации (или чего-то еще), воспринимает ее как сигнал о потреб­ности в позитивных и обнадеживающих картинах будущих воз­можностей. Она добивается этого, задавая нужные вопросы и от­вечая на них: «Каких событий я хочу?» и «Что я могу сделать, чтобы надежнее гарантировать их наступление?» Определив, что ей нужно сделать и как это сработает в плане реализации желае­мого будущего, она использует свое прошлое, чтобы подтвердить собственную способность к выполнению всех необходимых шагов. После этого она репетирует реализацию своих планов, создавая развернутые картины желаемого будущего. Таким образом, она ис­пользует первые приступы тревоги как трамплин для поиска но­вых позитивных возможностей, уверенности, основанной на про­шлом опыте, и уверенности по поводу будущего.

Однако ей не всегда удается исключить вероятность будущих неприятных переживаний. Когда чувство тревоги сохраняется, не-

смотря на все попытки заменить представления о будущем более j позитивными, она воспринимает эти чувства как сигнал, говоря­щий о необходимости оценить фактический риск. Она задает себе вопросы: «Каковы реальные ставки? Моя жизнь? Мое здоровье? Важные отношения? Деньги? Моя репутация? Отвержение? Не­сколько неприятных часов? Что-то по-настоящему важное?» и отвечает на них. Обычно она обнаруживает, что в худшем случае рискует быть отвергнутой людьми, которые не обладают возмож­ностью испортить ей жизнь и чье отвержение через годы покажет­ся пустяком. И часто она открывает, что рискует лишь вытерпеть несколько часов дискомфорта. После этого тревога исчезает, сме­няясь осведомленностью, смирением и принятием незначительно­го риска.

Предупреждение

Четвертый ключ к эмоциональному выбору — способность влиять на свое поведение и жизненные ситуации, чтобы предотвращать те или иные парализующие и ужасные эмоции или, если вы захо­тите, даже более мягкие неприятные эмоции. Такие невыносимо острые эмоции, как ярость, стыд, унижение, ужас и полная беспо­мощность, хотя и обладают функциональными атрибутами, обыч­но настолько пагубны, что от них следует избавляться при первой возможности.

Предотвращение таких чрезмерных эмоций включает, во-пер­вых, идентификацию обстоятельств, которые их запускают, с пос­ледующим изменением своего поведения в отношении этой эмо­ции или реорганизацией жизненной ситуации, призванной исклю­чить развитие данной эмоции. Возьмем ради примера человека, который, приходя на танцплощадку, постоянно испытывает чув­ство унижения. Этот человек может либо устраниться от опасной ситуации, избегая танцев и вечеринок, либо повести себя так, что­бы предотвратить неприятное чувство, научившись танцевать до­статочно хорошо, чтобы не чувствовать унижения. Женщина, ис­пытывающая собственную беспомощность при конфликтах с вла­столюбивым начальником, может идентифицировать все то, что ей нужно, чтобы чувствовать себя сильной в присутствии началь­ника, вооружиться этими представлениями и приобрести соответ­ствующие паттерны поведения; в другом же случае она может выйти из ситуации, перейдя на другую работу под начало к более прият­ному человеку. Есть множество способов укрепить собственное благополучие, включая изменение образа мышления, поведения и жизненной ситуации.

Эти четыре способности — расстановка, выражение, исполь­зование и предупреждение — подробнее рассматриваются в после-

дующих главах. И в этих же главах есть дополнение. Приобретя эмоциональный выбор благодаря усвоению техник, ведущих к овладению перечисленными способностями, вы сможете успешнее распознавать чужие эмоции, а также использовать эту информа­цию при выборе адекватной реакции. Реакция, которую вы выбе­рете, будет включать решение об1 усилении или изменении чужой эмоции. Если вы хотите помочь изменить эмоцию, то чем раньше вы будете готовы к этому, тем лучше. Ваша реакция на других будет вашим выбором, а не вашей реакцией.

Например, если вы понимаете, что ваша дочь не чувствует себя защищенной, то можете отреагировать ответным волнением, уси­ливая чувство незащищенности у ребенка. В другом же случае можно признать, что люди, испытывающие чувство незащищенности, нуж­даются в успокоении. Тогда вам необходимо понять, как именно успокаивать дочь, чтобы она перестала чувствовать себя незащи­щенной и перешла к противоположному чувству. (Вы не всегда будете правы в оценке необходимого, но зная, чего хотите в плане эмоции, в конечном счете сумеете добиться нужного результата.)

Еще один пример: вашей жене нравится чувствовать себя удов­летворенной. Удовлетворение не содержит в себе никаких требо­ваний, и его, скорее всего, не нужно менять на другую эмоцию. Но в чем это касается вас лично? Почему бы вам не повысить это удовлетворение, разделив его?

Четыре ключевые способности эмоционального выбора

Расстановка — способность реагировать на жизненные ситуа­ции благоприятными и практичными эмоциями.

Выражение — способность выбирать пути выражения эмоций.

Использование — способность использовать неприятные эмо­ции для выработки практичных паттернов поведения и приятных эмоций.

Предупреждение — способность уберечься от переживания тех или иных тягостных и парализующих эмоций.

Практическая польза, которую принесет

эта книга

Эта книга не покончит с вашими эмоциями. Напротив, она обога­тит ваши переживания, вооружив вас способностью распознавать и использовать собственные эмоции ради личного благополучия и благополучия других, а также способностью переходить к полез­ному и желательному поведению, чтобы прийти к желаемым ре-

^mfroTQu R <-ttp7tvw->tttpU ГТТЯЙР. ГЛе ГОВОГЩТСЯ О CTDVKTVDe ЭМОЦИЙ,

захватывающее путешествие, в ходе которого разоблачаются и при­обретаются эмоции, начнется всерьез.

Мы уверены, что информация и наглядные примеры, необхо­димые для того, чтобы эта книга оправдала ваши надежды, дей­ствительно окажутся на ее страницах. Но кроме них вам понадо­бится кое-что еще: ваше активное участие. В следующих главах описаны эксперименты с мыслями и чувствами, в которых вам предстоит принять личное участие. Они не просто иллюстрируют изложение — они должны стать научающими переживаниями. Мы хотим, чтобы эта книга обогатила вас не только интеллектуально, но и эмоционально. Чтобы это сбылось, вам следует погрузиться в исследования, которые мы подготовили специально для вас.

Возможно, вам не захочется прерывать чтение и выполнять упражнения. Мы горячо одобряем ваш выбор в том случае, если вы предпочтете вернуться к этим упражнениям, когда прочтете главу или раздел, и только после этого продолжите чтение.

Вы уже начали путешествие, которое, как мы надеемся, най­дете захватывающим, полезным и достойным трудов. По ходу чте­ния первых трех глав вы уже предприняли больше шагов, чем вам могло показаться, и, может быть, эти шаги были самыми трудны­ми в этом путешествии.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

Похожие:

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconКраткое содержание Глава 1
Книга «Психология и культура» представляет собой уни­кальный труд многих ученых из разных стран, который окажет неоценимую помощь...

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconДипломная работа Коррекция эмоционального состояния дошкольников...
Понятие «эмоции» в различных концепциях. Обзор исследования по исследованию эмоций. Психолого-педагогическая модель эмоциональной...

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconАправления экспериментального исследования мотивации и эмоций
Создатель дифференциальной теории эмоций, предполагающей рассмотрение эмоции в трех аспектах: феноменологическом, нейрофизиологическом...

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconУчебное пособие Ростов-на-Дону 2008 содержание введение Глава Эволюция...
Основные методы лечения и оздоровления, применяемые на современных европейских курортах (на примере Италии)

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconПрайм-еврознак
Реан А. А. Часть I: глава 14; в частях IV, V, VIII: глава Реан А. А., Петанова Е. И. Часть V: глава Розум С. И. В частях II, IV-VIII:...

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconПсихология эмоций
Опубликовано множество книг и статей, так или иначе затрагивающих проблему человеческих эмоций. В настоящее время наука располагает...

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconСодержание Предисловие 8 глава история лифляндской Золушки: Екатерина Первая 11

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconЭнергия эмоций в общении: взгляд на себя и на других
Санкт-Петербургской медицинской академии, показывает нормальные и аномальные проявления эмоций в деловом общении и семье. Приведены...

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconКраткое содержание справочника
Даны рекомендации специалистов по выбору газовых, электрических, универсальных котлов и комплектующих. Дан обзор систем солнечного...

Краткое содержание Глава Заложники эмоций iconТворчество великих философов, тема на выбор
Введение, Содержание, каждая новая глава реферата, Заключение, Список литературы и Приложения

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции