А. Никольский Формы русского церковного пения




Скачать 241.05 Kb.
НазваниеА. Никольский Формы русского церковного пения
страница2/2
Дата публикации25.05.2014
Размер241.05 Kb.
ТипРеферат
literature-edu.ru > Литература > Реферат
1   2

2) Мелодия 1-го гл. Киевск. Сокр. Роспева.
По обиходу придворного напева2

Количество мелодических строк, их чередование и общая форма мелодии, как видно, сохранены. Но бросаются в глаза мелодические изменения в 1-ой и отчасти во 2-ой строке.

Настоящий пример может служить образцом того, как и насколько именно видоизменяются мелодии роспевов в обычных местных напевах. (Смотри гл. I).

3. Второй глас.
Мелодия стихир Знаменного роспева.


Сопоставив эту мелодию с изменением ее же в Киевск. Росп. (приводим ниже), в 2-х вариантах последнего нетрудно заметить как тематическое родство строк (за исключением 2 и 5), так и сходство обеих мелодий по форме, т. е. По чиcлу строк и из чередованию.










Вариант 2-й строки в Киевск. Росп. Приближает ее к 4-й, обнаруживая их сходство между собою. В смысле формы, это отразилось следующим образом на мелодии того же гласа по Киевск. сокр. росп.



а) Из 4-х строк, составляющих мелодию 2-го гласа (по сокр. росп.), 1-я строка не участвует в чередовании других строк, а предназначается лишь для начальной фразы текста. (В этом отношении все роспевы на 2-й гл. вполне сходны).

Чередуются 2 и 3-я строка; конструктивно они различны; следовательно, их повторение не вызывает тавтологии, весьма опасной с точки зрения формы, а привносит безотчетное ощущение arsis’a и thesis’a, крайне ценное в эстетическом смысле.
Схема формы:


Мелодия в ее целом представляет определенную смену трех-и-двухчастных строк через одну, что сообщает форме целого симметричность построения. 3-хчастная 1-я строка (не повторяется) с 2-хчастной заключительной строкой составляет свою симметрию, далеко не безразличную в общей сумме впечатлений. Заключительная строка, после ряда чередований 2-й и 3-й строк, будучи по конструкции не сходною с предшествующей (3-ей), является отличным итогом мелодии гласа.

б) В мелодии Знаменного и Киевск. (не скращ.) роспевов, видим 5 строк, при чередовании 2, 3 и 4-й.



3-я строка – трехчастная, окружена с обеих сторон 2 и 4-й – двухчастными строками, что создает своеобразную симметрию повторяемому отделу мелодии.

в) В то время, как мелодии Киевск. не сокр. росп. удержана почти неизменной в напеве некоторых восточных губерний (Тамбов, Пенза, Саратов, Самара, Симбирск и т. д.), а Киевск. сокр. роспев целиком принят в так наз., Московском напеве, - обиход придворного напева придал мелодии 2-го гласа следующую редакцию:

Нельзя не признать в этом варианте, во 1-х, неудачное «сокращение» мелодического рисунка, дающее в общем впечатление сухости и какой-то деланности. Во 2-х, пяти-строчная мелодия здесь превращена в 4-хстрочную, вдобавок при посредстве уродливого хроматического хода (см. 4-ю стр.). Сходство заключительной половины 4-й стр. со 2-й; и их непосредственное соседство при чередовании, еще более подчеркивают искажение основного роспева. Форма в целом нарушена и лишена контрастов, однообразна:



  1. Третий глас.









Тематическое сходство всех трех мелодий очень большое (так близки бывают лишь напевы по отношению к своим прототипам-роспевам). Количество строк и их чередование также одинаковы. Таким образом, форма мелодии 3-го гласа устанавливается легко и прочно.

Мелодических строк всего только три; чередуются 1 2-я, обе четырехчастные; заканчивается мелодия двухчастной строкой.
Схема:


Мелодия в общем – весьма короткая, а в случае продолжительного текста – даже несколько однообразная, чему отчасти способствует сходство в построении чередующихся строк. Тем большее освежение привносит заключительная строка, контрастом своего двухчастного построения, являющегося на смену 3-хчастных строк.

Заслуживает указания применение, какое получил Киевск. Роспев данного гласа и в обиходе Придворного напева. Вот его редакция:


Мелодия распева оказалась перенесенной на ступень вверх, вследствие чего качественное содержание интервалов получило существенное изменение: на месте больших секунд появились малые и обратно. Лучшего примера на «искажение» основной мелодии трудно привести1).

5. Глас четвертый.


Мелодически сходны: вполне – 3 строки всех распевов, и отчасти – заключительные – в Знаменном и Киевском сокращенном. Точно также наблюдается сходство в том, что 1-е строки (а в Киевском расп. – и 2-е) не повторяются, будучи предназначены лишь для начальных предложений текста. Вообще – генетическая связь Киевского распева со Знаменным (см. гл. I) несомненна.

Первая и вторая строки Киевского распева (начальные) конструктивно одинаковы: обе – двухчастные.

От соседства таких фраз форма в целом могла бы проигрывать в стройности, если бы не мелодическое построение их, когда вторая служит как бы ответом на первую. На самом деле:

Благодаря этому, начало мелодии - двухстрочное – получает свое внутреннее единство, позволяющее рассматривать обе строки, как одну (в интересах формы).
При этом условии, 6-ти строчная мелодия Киевского распева обращается по существу в 5-ти строчную, и становится по форме своей совершенно тожественной с мелодией Знаменного роспева.
В чередовании участвуют лишь средние строки (3, 4 и 5-я по Киевскому распеву и 2, 3 – 4-я – по Знаменному); крайние из них – трехчастные; которые окружают собой двухчастную. Так. обр., симметричность построения в повторяемой части общей мелодии – очевидна (сравни с мелодией 2-го гласа). Заключительная строка – двухчастная. (NB. В киевском сокращенном распеве эта строка позаимствована из мелодии 1-го гласа).

С х е м а м е л о д и и:


6. Общие замечания о форме мелодий первых 4-х гласов.
Рассмотренные формы мелодий первых 4-х гласов дают основание сказать, во-первых, – что все эти формы совершенно различны одна от другой и по числу строк, и по их конструкции, и, наконец, по законам чередования:

Во 2-х, – форма каждого гласа полна несомненного изящества, красоты и гармонии частей.

Если разнообразие форм свидетельствует о богатстве творческой фантазии, то изящество их обнаруживает еще и присутствие высокого художественного вкуса у составителей вышеуказанных мелодий. То и другое, конечно, лишний раз подчеркивает достоинство русского церковного пения, как искусства.

7. Глас пятый.





Строк – 4; три чередующиеся и 4-я – заключительная.

Симметрия в построении повторяющейся части мелодии выражается тем, что средняя из строк (2-я)-двухчастная окружена трехчастными. Заключительная строка – двухчастная.

По числу строк и их конструкции мелодия 5 гл. совершенно схожа с мелодией 2 гл. (по сокращ. расп.). Но тем не менее форма обеих мелодий различна, т. к. правила чередования строк в том и другом гласе – свои.


7. Глас шестой.





Строк – тоже 4, при 3-х повторяющихся и 4-й – заключительной. Но сходства формы с 2-м и 5-м гласом нет потому, что самая конструкция строки совершенно особая: все они – двухчастные.

Отсутствие контраста между строками, в виду их подобия в построении, все – же не исключает стройности формы, т. к. ее образуют однородные элементы. Эта черта сообщает мелодии 6-го гласа некую оригинальность, в ряду мелодий прочих гласов, строки которых разнотипны.

9. Глас седьмой.






Как и в 3-м гласе, прежде всего бросается в глаза тематическое родство мелодий во всех распевах, подчеркивающее их взаимную связь в происхождении от одного и того же корня.

Сравнивая схемы мелодий 3 гл. и 7 гл., также находим полное подобие, касающееся как числа, так и конструктивной стороны строк.

В итоге – поразительное тождество форм.
10. Глас восьмой.








Строк и в 8-м гласе (как во 2-м, 5 и 6-м) – четыре: три чередующиеся и 4-я – заключительная. Но полного сходства форм тем не менее между гласами нет, т. к. конструкция строк в мелодии 8-го гласа такова, какой не встречается в других гласах. Особенность формы в том, что за двумя трехчастными строками следуют две другие – двухчастные. Если взять одну повторяющуюся часть общей мелодии, т. е. Строки 1, 2 и 3-ю, то в ней контрастируют 1 и 2-я строка с третьей, давая своеобразное чередование одной строки с двумя, сходными между собой. Если же взять форму в целом, то равновесие частей восстановится чередованиями разных построений. Форма 8-го гл. аналогична четверостишию, где ритмуют смежные стихи.

11. Общее заключение о форме гласов 5 – 8.

Среди мелодий второй четверицы гласов замечается новое разнообразие форм, столь же стройных, как и в первой черверице.




Наичаще встречаются 4-хстрочные мелодии (2, 5, 6 и 8 гл.). Как уже было указано, тожества форм от этого не получается, но величина мелодий одна и та же. Глас 7-й замечателен в том отношении, что его форма – идентична форме 3-го гласа.

Анализ формы не дает оснований видеть во второй четверице гласов полную аналогию с первой. Парность гласов (1-го с 5-м, 2-го с 6-м, и т. д.), часто утверждаемая, как одна из основ осмогласия, находит свое оправдание только относительно 3 и 7 гл. Что же касается прочих сопоставлений, то они приводят совершенно к обратным заключениям. А именно, 1-й глас – пятистрочный и 5-й – четырехстрочный, очевидно, не идентичны; 2-й и 6-й, будучи правда оба (в сокращ. росп.) четверострочными, глубоко различны по конструкции строк и их чередованию, 4-й и 8-й также не сходны между собой ни числом строк, ни их конструкцией, ни правилами чередования.

Анализ форм, не подтверждая мысли о парности гласов или о соответствии первых 4-х гласов (яко бы «главных») – вторым («производным»), наводит однако на другие, очень ценные, выводы касательно свойств русского осмогласия. Таковым свойством является разновидность форм. Этот факт важен тем, что к различию, красоте и выразительности распевов в чисто-мелодическом отношении прибавляется новое и крайне ценное достоинство, т. к. несомненно, что различная, беспрестанно меняющаяся, всегда свежая форма, свободная от шаблона – есть по существу художественный придаток огромного значения. А высокое качество этих разнообразных форм, т. е. Их стройность, законченность, ясность и гармоничность, еще более усиливают эстетическую ценность осмогласия, возводя его на степень бесспорного художества.

12. Запевы перед стихирами в гласах 2 – 8-й.
В главе III, отд. в) было указано, что между запевом I – гл. и мелодиями его в разных роспевах совсем не замечается тематического родства, причем сделан был общий вывод относительно внутреннего смысла этого факта.

Приведем полную таблицу запевов, начиная со 2-го гласа.










Легко заметить, что запевы и в этих гласах мелодически столь же однородны во всех распевах (если не считать детальных различий), как и в 1-м гласе. Но сходные по характеру с знаменной редакцией1)), все запевы в то же время не имеют ничего общего со строками самих гласовых стихир, в смысле их мелодического содержания.

Этот факт заслуживает большого внимания.

Мелодическая симметричность запевов находит себе следующее объяснение, а вместе с тем вскрывает и следующий внутренний смысл своей обособленности, от стихирных мелодий2) .

«Господи воззвах»… «Да исправится»…, а равно и прочие запевные стихи, взяты из псалмов 140, 141 и 129. Так как их пропеванию предшествует кафизма, т. е. Чтение псалма, то и эти стихи являются как бы ее продолжением, с заменой лишь чтения – пением.

Пропевание же стихир есть ничто иное, как вставка, несомненно, позднейшего происхождения новых текстов в текущий момент богослужения. Благодаря этому образовалось два параллельных цикла песнопений: один – в виде пения стихов из вышеуказанных псалмов, другой – в виде стихир. Внутренней связи по содержанию эти циклы не имеют, да и не могут иметь, и эту самостоятельность их необходимо сохранить и даже подчеркнуть. В сознании и понимании слушателя -–богомольца надо поддержать цельность стихословного песнопения с одной стороны, и стихир – с другой, помогая им не смешиваться друг с другом.

Эту мысль русские певцы-мастера, как было сказано в IV гл., выразили посредством введения одних мелодий для «воззвахов», совсем иных – для стихир (см. гл. III, 1б). В интересах большей выпуклости той же мысли, было бы вполне резонно пропевать не стихиры по-клиросно, как это делается теперь, а поручая запевные стихи одному клиросу, стихиры же – другому. Такой вид антифонного исполнения делал бы еще более ясным и выразительным параллельность этих циклов.

Завершением рассматриваемого богослужебного момента служит – Богородичен на «Слава… и ныне!». Практика древней русской церкви создала для догматиков особо развитые мелодии по большому Знаменному распеву, сообщая тем самым чрезвычайную значительность заключительному песнопению. Эта манера имеет глубокий смысл и резоны большой силы, а потому заслуживает всяческого охранения. Применение же и для Богородична тех же мелодий, какими распевались стихиры, лишает завершительный момент той яркости, какая желательна для него, стушевывает его значение, и даже заставляет совсем забывать о нем. Знаменный же распев здесь наиболее уместен и потому еще, что он своей величавостью как бы связывает и объединяет вышеуказанный параллелизм песнопений, музыкально примиряя их внутреннюю разрозненность и внешнюю обособленность их мелодий.



1 Начало схожее по интервалу, но не по ритму с мелодией 2-го гласа. Это ритмическое различие, однако, очень существенно, т. к. позволяет не смешивать эти мелодии.

2 В ред Бахметева.

1. Это произошло оттого, что мелодия в сущности поручена альту, которого дискант удваивает в сексту. Но верхний голос, заметно выдаваясь из массы прочих голосов хора, дает ложное впечатление мелодически-главного.

1) Большая широта мелодий Киевского росп., по сравнению со знаменными, замечаемая в части запевов, нисколько не мешает однако считать запевные мелодии, по происхождению, чисто-знаменными. Киевский же росп. В данном случае проявляется точно так же, как это наблюдается обычно в напевах с их отношением к прототипу и распеву.

2) Сверх указанного в гл. III в.
1   2

Похожие:

А. Никольский Формы русского церковного пения iconФилософские аспекты староверия Издательский Дом „Третий Рим“
Россию к крушению. Но, к сожалению, до сих пор корни старообрядчества и причины русского церковного раскола семнадцатого века все...

А. Никольский Формы русского церковного пения iconПояснительная записка Во внеклассной и внешкольной работе хоровое...
Эти особенности состоят в качестве голосового аппарата – органа речи и пения, а так же в коллективной природе хорового пения. Важным...

А. Никольский Формы русского церковного пения icon1. Границы понятия «современный русский язык». Русский литературный...
Границы понятия «современный русский язык». Русский литературный язык как нормированная и кодифицированная форма существования русского...

А. Никольский Формы русского церковного пения iconИгорь Иванович Акимушкин Тропою легенд Сканирование, распознавание и вычитка Никольский О
««Тропою легенд»: второе издание»: издательство ЦК влксм «Молодая гвардия»; Москва; 1965

А. Никольский Формы русского церковного пения iconНачало формы Конец формы План сочинения егэ по русскому языку
Во вступлении недопустим пересказ содержания текста. Объем вступления – 1-3 предложения

А. Никольский Формы русского церковного пения iconКруглый стол учителей русского языка и литературы
Какие формы и методы работы с одаренными детьми можно использовать в рамках городского методического сообщества и ресурсного центра...

А. Никольский Формы русского церковного пения iconМетодические рекомендации по дисциплине «История русского искусства»
Методические рекомендации адресованы студентам заочной формы обучения всех направлений бакалавриата ибк

А. Никольский Формы русского церковного пения iconНачало формы Конец формы Карен Прайор. Не рычите на собаку! О дрессировке...
Отучение: как использовать подкрепление, чтобы избавиться от нежелательного поведения

А. Никольский Формы русского церковного пения iconУказатель 461
Иисуса из-под наслоений церковного христианства. Сам Иисус казался мне довольно привлекательной личностью: странствующим учителем,...

А. Никольский Формы русского церковного пения iconПоложение о межмуниципальном фестивале-конкурсе педагогического мастерства...
...

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции