«история русского языка (история русского литературного языка)»




Название«история русского языка (история русского литературного языка)»
страница14/19
Дата публикации17.10.2014
Размер2.33 Mb.
ТипУчебно-методический комплекс
literature-edu.ru > Литература > Учебно-методический комплекс
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА
ЗАДАНИЯ И МЕТОДИЧЕСКИЕ УКАЗАНИЯ

ДЛЯ ВСЕХ ВАРИАНТОВ

Задание №1

Дайте краткую, но конкретную и четкую сопоставительную характеристику разновидностей древнерусского литературного языка по трем основным их типологическим признакам ( хорошо это оформить в виде таблицы ).

В чем состоит единство древнерусского литературного языка как системы подсистем?

Задание №2

На примере предложенного в Вашем варианте отрывка из «Слова о полку Игореве» покажите путем анализа языковой структуры текста и особенностей употребления в нем языковых средств своеобразие народно-литературного типа и литературного языка древнерусской народности в целом.
Методика выполнения задания №2

I. Обязательно перепишите данный отрывок из «Слова…» в тетрадь для контрольных работ. Он должен быть, конечно, на древнерусском языке, а не в переводе. Но «для себя» сделать перевод и ознакомиться с переводами, которые даются специалистами в известных изданиях «Слова о полку Игореве» ( например, с переводом Д.С. Лихачева ), безусловно, необходимо: без этого невозможно выполнить многие из дальнейших заданий.

2.Языковую структуру текста характеризуйте по следующему плану.

А. Следы 2-ого южнославянского влияния в облике дошедшего до нас списка «Слова…»:

а) в орфографии отдельных слов;

б) в передаче их морфологической структуры.

( Факты «второго южнославянского влияния» должны быть исключены в ходе последующего анализа при оценке соотношения русских и старославянских элементов в языковой структуре памятника).

Б. Лексическую структуру отрывка покажите в следующей таблице:


Слова древнерусского (восточнославянского) происхождения

Слова старославянского происхождения








При заполнении таблицы придерживайтесь следующего плана.

а) В левую графу таблицы внесите древнерусские слова, имеющие соответствие в старославянском языке, в том числе – слова с фонетическими и словообразовательными приметами их восточнославянского происхождения и собственно лексические русизмы. В правой графе ( но обязательно в скобках! ) приведите подобранные вами соотносительные элементы старославянского происхождения ( это могут быть и отдельные морфемы – корень или приставка с противопоставленной особенностью ).

Ниже в левую же графу таблицы поместите характерные для древнерусского языка заимствования, указав рядом с ними в скобках источник заимствования ( например: из сканд. ).

б) В правую графу таблицы внесите старославянские слова, имеющие соответствие в древнерусском языке, в том числе – слова с фонетическими и словообразовательными приметами их старославянского происхождения и собственно лексические славянизмы. В левой графе ( в скобках ) приведите их русские соответствия.

в) Сформулируйте вывод о соотношении в данном отрывке элементов восточно- и южнославянского происхождения и о структурной основе языка памятника на уровне лексики.

В. Морфологическую структуру отрывка покажите путем заполнения аналогичной таблицы, внося в нее лишь те словоформы, которые имели в древнерусском и старославянском языках противопоставленные варианты.

Но, подводя итоги проведенного анализа, не забудьте о той количественно преобладающей группе морфологических форм, которая не различалась в двух языках. И с учетом этого обстоятельства сформулируйте вывод о характере основы языка памятника на уровне его мофрологической структуры.

Г. Синтаксическую структуру Вашего отрывка характеризуйте по следующему плану:

а) особенности организации простого предложения (например, такие специфические для древнерусского языка явления, как характерное повторение союзов при однородных членах, повторение предлогов при определениях и определяемых словах; наличие в отрывке соответствующих типов односоставных конструкций и т.п.);

б) количественное соотношение в данном фрагменте простых и сложных предложений;

в) среди сложных – соотношение союзных и бессоюзных предложений;

г) преобладание в отрывке присоединительных и сочинительных или подчинительных связей в сложных предложениях с союзами;

д) особенности использования союзов (например, встречающееся в древнерусском языке использование сочинительного союза в роли подчинительного), их происхождение;

е) вывод об общем характере синтаксической структуры данного фрагмента, то есть о ее большей близости к строю разговорного языка восточных славян или к структуре книжных церковнославянских памятников.

ПРИМЕЧАНИЕ. Примеры к каждому пункту этой характеристики должны быть выписаны из данного Вам отрывка.

Д. Подводя итоги анализа языковой структуры памятника, сделайте заключение о ее своеобразии и общей основе в плане реального употребления языковых элементов.

II. При характеристике особенностей употребления языковых средств и своеобразия стилистической организации текста соотношение выразительно-изобразительных приемов и устойчивых формул, восходящих к традициям народной или книжной языковой культуры, покажите в таблице по следующему образцу:


Выразительные приемы и формулы, восходящие к традициям народной языковой культуры

Выразительные приёмы и формулы, восходящие к традициям народной и книжной культуры

Устно-поэтической

Историко-мемуарной

Ораторской

Книжным метафорам, библейской символике

а) формулы с постоянными эпитетами: чрьна земля,..

б) и т.д.

а) летописные формулы: полегоша за землю русскую,..

б) воинские формулы


А) риторические обращения: О Бояне соловию старого времени,..

б) …

а) книжные метафоры абстрактной семантики:

летая умомъ под облакы, ...

б) библейские символы… (Они в «Слове» редки).


III. Охарактеризуйте функции старославянизмов, а в тех случаях, где это показательно, – и соотносительных с ними русских слов в данном Вам отрывке (конкретно для каждого случая употребления.)

I. Обобщая все Ваши наблюдения непосредственно над данным отрывком, напишите небольшое заключение, в котором сделайте выводы, соответствующие заданию.

ПРИМЕЧАНИЕ. Все языковые факты, выделенные Вами на разных уровнях анализа, в приводимых примерах должны быть подчеркнуты. (Например, в словах с неполногласием – соответствующее сочетание букв, в сложных предложениях разных типов – средства связи: союзы, союзные слова…; в бессоюзном предложении – место , где проходит граница между «простыми», входящими в его состав, и т.п. ).

Основная теоретическая и справочная литература

  1. Горшков А.И. История русского литературного языка. - М., 1969.

  2. Горшков А.И. Теория и история русского литературного языка. - М., 1984.

  3. Колесов В.В. Древнерусский литературный язык.- М., 1989.

  4. Мещерский Н.А. История русского литературного языка. – Л., 1981 ( в том числе см. о функциях старославянизмов в тексте «Слова» ).

  5. Адрианова – Перетц В.П. «Слово о полку Игореве» и памятники русской литературы XI-XIII веков. – Л., 1968.

  6. Обнорский С.П. Очерки по истории русского литературного языка старшего периода. – М.- Л., 1946.

  7. Якубинский Л.П. История древнерусского языка. – М., 1953 ( в том числе – о функциях старославянизмов ).

  8. Ларин Б.А. Лекции по истории русского литературного языка (X-середина XVIII в.). – М., 1975.

  9. Словарь- справочник «Слова о полку Игореве». – М., 1965-1984.

  10. Словарь русского языка XI- XVII вв. – М., 1974 – 2005 … ( по выпускам ).

  11. Энциклопедия «Слова о полку Игореве». – СПб., 1995.

12. Этимологические словари русского языка.
Фрагменты текста для анализа

( по вариантам )

Вариант № 1

От слов «Не лЂпо ли ны бяшетъ…» до слов: «…на землю ПоловЂцькую за землю Руськую».

Вариант № 2

От слов «О Бояне, соловию стараго времени!» до слов «…ищучи себе чти, а князю сла※.

Вариант № 3

От слов «ПЂти было пЂснь Игореви…» до слов «…крычатъ телЂгы полунощи, рци, лебеди роспущени».

Вариант № 4

От слов «Игорь къ Дону вои ведетъ» до слов: « О Руская замлЂ! Уже за шеломянемъ еси! » ( 2 –е употребление ).

Вариант № 5

От слов «А ты, буи Романе, и Мстиславе!» до слов: «Трубы трубятъ городеньскии».

Вариант № 6

От слов «Жены руския въсплакашась, а ркучи…» до слов: «…а самою опуташа въ путины желЂзны».

Вариант № 7

От слов «Что ми шумить, что ми звенить…» до слов: « …емляху дань по бЂлЂ отъ двора».

Вариант № 8

От слов «А уже не вижду власти сильнаго и богатаго…» до слов: « СтрЂляи, господине … за землю Рускую, за раны Игоревы, буего Святславлича.

Вариант № 9

От слов «Другаго дни велми рано…» до слов: «…за обиду Ольгову, храбра и млада князя».

Вариант № 10

От слов «Ярославе и вси внуце Всеславли!» до слов: «Копиа поютъ».

Вариант № 11

От слов «Прысну море полунощи» до слов: «…и древо с тугою къ земли прЂклонилося».

Вариант № 12

От слов « А не сороки втроскоташа…» до конца текста памятника.

Вариант № 13

От слов «Длъго ночь мрькнетъ» до слов: «…а храбрии Русици преградиша чрълеными щиты».

Вариант № 14

От слов «О, далече заиде соколъ, птиць бья…» до слов: «…а веселие пониче».

Вариант № 15

От слов «На рЂцЂ на КаялЂ тьма свЂть покрыла…» до слов: «Туга и тоска сыну ГлЂбову!»

Вариант № 16

От слов «Донецъ рече… » до слов: «…соловии веселыми пЂсньми свЂтъ повЂдаютъ».

Вариант №17

От слов «Уже бо, братие, невеселая година въстала…» до слов: «…иссуши потоки и болота».

Вариант № 18

От слов « А Святъславъ мутенъ сонъ видЂ…» до слов «Се ли створисте моеи сребренеи сЂдинЂ!».

Вариант № 19

От слов «На Дунаи Ярославнынь гласъ слышить…» до слов: « …къ отню злату столу».

Вариант № 20

От слов «Игорь къ Дону вои ведеть» до слов» до слов: «…на рЂцЂ на КаялЂ, у Дону Великаго».

Вариант № 21

От слов «Дремлетъ въ полЂ Ольгово хороброе гнЂздо» до слов: «…и своя милыя хоти, красныя Глебовны, свычая и обычая!»

Вариант № 22

От слов «Се вЂтри, Стрибожи внуци…» до слов «…хотять полетЂти на уедие».

Вариант № 23

От слов «Уже бо Сула не течетъ сребреными струями…» до слов: «…костьми Рускихъ сыновъ».

Вариант № 24

От слов «Тогда въступи Игорь князь въ злать стремень…» до слов: «…Кончакъ ему следъ править къ Дону Великому».

Вариант № 25

От слов «Были вЂчи Трояни…» до слов: «…тугою взыдоша по Рускои земли!»

Х Р Е С Т О М А Т И Я

А. И. Горшков
ОТЕЧЕСТВЕННЫЕ ФИЛОЛОГИ О СТАРОСЛАВЯНСКОМ И ДРЕВНЕРУССКОМ ЛИТЕРАТУРНОМ ЯЗЫКЕ
(// Древнерусский литературный язык в его отношении к старославянскому. М., 1987. С. 7 – 29. Воспроизводится со значительными сокращениями).


Обсуждение на IX Международном съезде славистов проблемы языковой ситуации в Киевской Руси оживило интерес к вопросам образования и развития древнерусского литературного языка, среди которых всегда был и по сей день остается весьма существенным вопрос об отношениях между древнерусским и старославянским языком. Доклады и дискуссия показали, что этот вопрос пока не имеет общепринятого всесторонне обоснованного решения и путь к этому решению лежит не через разного рода умозрительные построения, но только через интенсивное исследование конкретного языкового материала, языка письменных памятников. Разумеется, такое исследование не может быть изолировано от ранее выполненных филологических разысканий и предложенных филологами суждений и обобщений.

Изложение, систематизация и анализ высказываний отечественных филологов о старославянском и древнерусском языках, их генетическом статусе, структурных особенностях, общественных функциях и взаимодействии в сфере древнерусской литературы могли бы по объему составить специальную монографию. И нужда в такой монографии есть. Знание истории научной разработки вопроса позволяет исследователю избежать односторонности и избирательности при обращении к фактам и тенденциозности в их освещении, не говоря уже о том, что оно необходимо для распознания дилетантизма и графомании, которые порой выдаются за «большую науку».

В пределах статьи невозможно сколько-нибудь полно изложить все аспекты интерпретации отечественными филологами проблемы соотношения и взаимодействия старославянского и древнерусского языка. Но в связи с тем, что в последние годы было выдвинуто требование заменить понятие «старославянский язык» понятием «древнеболгарский язык» и вновь извлечено па свет положение о церковнославянском языке (по терминологии некоторых болгарских коллег «древнеболгарском языке русской редакции») как единственном «древнерусском литературном языке», можно и полезно напомнить, хотя бы в самых общих чертах, что было высказано по этим вопросам в русской филологической науке.

В XVIII - начале XIX в. язык первых славянских текстов, как и язык всех вообще славян, живших в древние времена», называли «славянским» или «славенским». У Пушкина не отмечены ни церковнославянский язык», ни «старославянский язык». Но Н.И. Надеждин в статье «Европеизм и народность в отношении к русской словесности» (1836) уже оперирует понятием «церковнославянский язык»1. М.А. Максимович в работах конца 1830-1840-х гг. использует термины «церковнославянский язык» и «старославянский язык»2. И.И. Срезневский в широко известных «Мыслях об истории русского языка» (1849) говорит о «старославянском наречии». В обращении оказалось два термина, между которыми не было проведено строгого различия. Неудобство такого положения усугублялось тем, что церковнославянским языком начали называть не только язык первых славянских переводов, но и позднейшие видоизменения этого языка на восточнославянской, сербской и болгарской почве. Возникла потребность в разграничении соответствующих понятий и терминов. Обнаружились два пути такого разграничения.

Ф.И. Буслаев писал: «Сведения о первоначальных отличительных свойствах церковнославянского языка почерпаются из древнейших его памятников. В рукописях церковнославянских, переписанных в России, даже в самых древних, заметно уже влияние языка русского, внесенное в них русскими писцами. В последствии времени, церковные книги, быв постоянно переписываемы, значительно уклонились от первоначального характера древней церковнославянской письменности.

Таким образом в истории церковнославянского языка надобно отличать два периода: к первому относится язык древнейший, в наибольшей чистоте сохранившийся в древнейших его памятниках; ко второму - язык позднейший, образовавшийся под влиянием русского: это тот язык, которым мы пользуемся в ныне употребительных церковных книгах»3.

Так наметилось разграничение языка древнецерковнославянского и церковнославянского, нашедшее отражение в ряде дореволюционных учебных пособий, в частности, в известкой книге С.М. Кульбакина4.

Но возобладало и закрепилось в русском языкознании другое разграничение. согласно которому язык первых славянских переводов получил название старославянского, а его последующие изменения на территории различных славянских народов получили название различных редакций (или изводов) церковнославянского языка. В «Лекциях по фонетике старославянского (церковнославянского) языка», опубликованных посмертно в 1919 г., Ф.Ф. Фортунатов предложил такие определения: «Старославянским, или церковнославянским, языком называется тот древний южнославянский язык, на который в IX веке было переведено священное писание... с течением времени старославянский язык обратился у нас в тот искусственный, искаженный язык, который употребляется теперь в богослужении и называется церковнославянским языком. Для того чтобы не смешивать с этим ломаным языком тот древний церковнославянский язык, который мы открываем при изучении древнейших его памятников, я называю последний языком старославянским. Подобную же судьбу, как в России, старославянские тексты имели в Сербии и в Болгарии, и, таким образом, кроме старославянских текстов русской редакции, мы находим старославянские тексты сербской редакции, например Симеоново евангелие, и старославянские тексты болгарской редакции, например Болонскую псалтырь. Но, кроме старославянских памятников этих трех редакций, вносивших в старославянские тексты примесь русского, сербского и болгарского языков, существуют также древние памятники старославянского языка, которые не обнаруживают признаков ни одной из этих редакций и представляют чистый старославянский язык: это так называемые «паннонские» памятники старославянского языка»5.

Такая квалификация понятий была принята в отечественной филологии6 и закреплена в советских учебниках по старославянскому языку7. Однако надо иметь в виду, что в трудам ряда филологов прошлого (например, А.И. Соболевского, А.А. Шахматова) находим термин «церковнославянский язык», употребляемый для обозначения не только собственно церковнославянского языка, но и старославянского языка. Нельзя пройти и мимо того факта, что если в советских учебниках по старославянскому языку четко разграничиваются старославянский и церковнославянский языки, то в учебниках по истории русского литературного языка эта четкость порой отсутствует8.

После того, как в славистике было принято положение о солунской диалектной основе старославянского языка, возник повод для механистического отождествления этого последнего с легшим в его основу диалектом (языком). Сформировался вопрос о возможности или невозможности замены понятия «старославянский язык» понятием «древнеболгарский язык». Этот вопрос небезразличен для истории русского литературного языка, поэтому приведем мнения наиболее авторитетных отечественных филологов по этому вопросу. Как известно, о значении древнеболгарского языка в истории русского языка много писал Шахматов. Правда, в одних работах, например в «Очерке современного русского литературного языка», он говорит о церковнославянском (по происхождению своему древнеболгарском) языке9, но в других, например в работе «Русский язык, его особенности. Вопрос об образовании наречий. Очерк основных моментов развития литературного языка» речь идет просто о древнеболгарском языке10. В концепции Шахматова древнеболгарское влияние распространялось не только на русский литературный, но и на русский разговорный язык. Отсюда неудобство в использовании термина «старославянский язык» (или «церковнославянский язык»), употреблявшегося для обозначения языка специфически книжного, литературного. Поэтому у Шахматова мы находим не столько отождествление старославянского (церковнославянского) языка с древнеболгарским, сколько обращение к последнему как источнику не только книжного, но и разговорного воздействия на русский язык. Однако в шахматовской «красивой и величественной картине болгарского языкового книжного и устного влияния на разные типы языка Киевской Руси нельзя не видеть сильного увлечения и преувеличения»11.



1 «Телескоп», 1836, № 1.
2 Максимович М.А. История древней русской словесности. Киев, 1839. Кн. 1, Он же. Начатки русской филологии. Киев. 1848. Кн. 1.
3 Буслаев Ф.И. Опыт исторической грамматики русского языка. М. 1858. С. 14-15.
4 Кульбакин С.М. Древнецерковнославянский язык. 2-е изд. Харьков, 1973. С. 8.
5 Фортунатов Ф.Ф. Избранные труды. М., 1957. Т. 2. С. 5-6.
6 См., например: Дурново Н.Н. Введение в историю русского языка. М., 1969. С. 27; Якубинский Л.Н. История древнерусского языка. М., 1953. С. 84.

Начало формы

Библиотека

Якубинский выдвинул оригинальную концепцию образования древнерусского литературного языка и его отношения к старославянскому языку. В X-XI вв., по мнению Якубинского, в качестве литературного языка в Древней Руси выступал язык церковнославянский. Причем это был литературный язык «широкого размаха», выступавший не только как язык религиозной литературы, но и как язык княжеских канцелярий, государственный язык Киевской Руси1. «В дальнейшем, - пишет Якубинский, - положение меняется. Уже, по-видимому, с XI в. церковнославянский язык теряет свое прежнее господствующее положение. Он перестает быть государственным языком; в XII в. и государственные, и частные акты пишут только на древнерусском народном языке. Уже в XI в. возникают и литературные произведения на древнерусском языке, развивается древнерусский литературный язык.2 Гипотеза о церковнославянском языке как первом языке древнерусской деловой письменности (до XII в.) не получила убедительных доказательств. Но главный пафос концепции Якубинского был направлен на обоснование самобытности природы и развития древнерусского литературного языка.

Свои выводы Якубинский сформулировал очень определенно: «Древнерусский литературный язык существовал в XI-XIV вв. как особый, отличный от церковнославянского литературный язык...

Древнерусский литературный язык возникает не путем постепенного преобразования церковнославянского литературного языка, не в результате постепенного обрусения этого языка (как думал акад. Шахматов). С изменением общественно-политической обстановки в XI в,, с развитием самобытной древнерусской культуры, уходящей обоими корнями в народ и питающейся его соками, лучшие люди Древней Руси стали выражать свои мысли и чувства в письменной форме не на иноземном, а на родном древнерусском языке, пользуясь буквами церковнославянского письма. Отказывать древнерусскому обществу в самостоятельном литературном языке - это значит превращать его в какую-то византийско-болгарскую тень, что не находит себе абсолютно никакого подтверждения в фактах и основано на ложном представлении о низкой культуре и отсталости Древней Руси.

Основой древнерусского литературного языка является вовсе не церковнославянский язык, а прежде всего живой разговорный язык древнерусских писателей»3.

Концепция Якубинского опиралась не только на данные смежных наук о высоком уровне культуры Древней Руси, по и на конкретный лингвистический анализ текстов «Русской Правды», «Повести временных лет», «Поучения» Мономаха, «Слова о полку Игореве». Однако «История древнерусского языка» Якубинского была опубликована только в 1953 г. К тому времени обсуждение проблем образования и развития древнерусского литературного языка в значительной мере свелось к умозрительному противопоставлению «теории Шахматова и «теории Обнорского». В ходе споров между сторонниками той и другой теории концепции Якубинского не было уделено того внимания, которого она заслуживает.

Что касается «теории Шахматова» и «теории Обнорского», то они хорошо известны, и излагать их здесь нет нужды. Однако сделать некоторые замечания и уточнения необходимо. Прежде всего надо отметить, что в нашей филологической науке возникла тенденция высказывания всех филологов прошлого распределять на две группы с точки зрения признания той или другой "основы" русского литературного языка. Между тем наши филологи далеко не всегда вообще рассматривали вопрос об «основе» или, по крайней мере, далеко не всегда ставили этот вопрос во главу угла. В результате возникли очевидные противоречия в оценке концепций ряда ученых прошлого. Так, Обнорский решительно объявил Срезневского основоположником теории церковнославянской «основы» русского литературного языка4. К этой оценке присоединился А.И. Ефимов5. Но С.И. Бернштейн и Виноградов определенно отнесли Срезневского к числу ученых, признававших русскую «основу» русского литературного языка6. Между тем главная идея Срезневского заключалась не в поисках «основы» русского литературного языка, а в утверждении, что "до тех пор, пока в языке народном сохранялись еще древние формы, язык книжный поддерживался с ним в равновесии, составлял с ним одно целое. Друг другу они служили взаимным дополнением. Народная чистота одного и ученое богатство другого были в противоположности, но не более как язык людей простых и людей образованных". Срезневский считал, что русский книжный язык стал отделяться от разговорного лишь в XIII- XIV вв., когда «народный русский язык подвергся решительному превращению древнего своего строя». Концепция Срезневского проникнута идеей единства литературного и разговорного русского языка XI-XII вв.

Разрабатывая вопросы близости старославянского и древнерусского языка, Срезневский уделял пристальное внимание общим принципам и конкретным признакам выявления их сходства и различия. Он сомневался в правомерности квалификации некоторых «книжных» форм как исключительно старославянских, не свойственных русскому языку. «Древнерусский язык без сомнения отличается от так называемого церковнославянского; но трудно отделить эти языки один от другого... хотя существует, так сказать, рутинное средство для этого; например, слово благо есть славянское слово, а слово добро - русское... но говоря: это слово - славянское, а это русское, рискуешь принять за славянское то, что есть общеславянское, а не церковнославянское... Есть некоторые окончания слов, которые в народном языке менее обычны, например на -cтвo, на -ость, на -ще; но и тут опять является механическое отделение. Почему же предполагать, что в простонародном языке, т.е. в народном русском языке, эти окончания в то время не были обычны? Они, как славянские окончания и бывшие обычными, могли же быть обычными и в русском?... Самые летописи представляют язык русский, почти чистый, т.е. без примеси таких выражений, которые можно считать не народными русскими, а заимствованными из языка церковнославянского».7 Таким образом, Срезневским был поставлен вопрос о «литературных потенциях» древнерусского языка - вопрос важнейший, но не привлекший к себе должного внимания.

Критикуя «теорию Шахматова», Обнорский был, конечно, прав в том, что признание старославянской «основы» русского литературного языка в конце XIX - начале XX в. было «стереотипным взглядом», общим местом филологических работ. Однако нет оснований ставить у истоков этого взгляда Срезневского. И «теория Шахматова» не сводится к сотни или может быть тысячи раз процитированному утверждению, что по своему происхождению русский литературный язык - это перенесенный на русскую почву церковнославянский язык: «По своей близости к русскому он никогда не был так чужд народу, как была чужда особенно германцам латынь; вследствие этого с первых же лет своего существования на русской почве он стал неудержимо ассимилироваться народному языку, ибо говорившие на нем русские люди не могли разграничить в своей речи ни свое произношение, ни свои словоупотребление и словоизменение от усвоенного ими церковного языка... Памятники XI в., т.е. первого столетия по принятии Русью xpистианства, доказывают, что уже тогда произношение церковнославянского языка обрусело, утратило чуждый русскому слуху характер русские люди обращались, следовательно, уже тогда с церковнославянским языком как со своим достоянием, не считаясь с его болгарским происхождением, но прибегая к иноземному учительству для его усвоения и понимания»8.



1 Якубинский Л.П. История древнерусского языка. М., 1953. С. 94, 95.
2 Там же. С. 98-99.
3 Там же. С. 299.
4 Обнорский С.П. Очерки по истории русского литературного языка старшего периода. М., Л., 1946. С. 4.
5 Ефимов A.И. История русского литературного языка. 2-е изд. М., 1967. С. 28.
6 Бернштейн С.И. А. А. Шахматов как исследователь русского литературного языка // Шахматов А. А. Очерк современного русского литературного языка. 4-е изд. М., 1941. С. 24, 34; Виноградов В.В. Избранные труды: История русского литературного языка. С. 66.
7 Срезневский И.И. Записка, прочитанная на первом археологическом съезде в Москве // Труды 1 археолог. съезда М., 1871. Т I. C. CXXXIV.
8 Шахматов А.А. Указ. соч. С. 61.

 Библиотека

Постоянное внимание к реальным воплощениям древнерусского литературного языка в памятниках литературы - сильная сторона концепции Виноградова. Выдвинутый им тезис об определяющем для специфики литературного языка значении лексики, семантики и синтаксиса был неразрывно связан с филологическим пониманием литературного языка, с четким представлением о двуединой природе литературного текста, заключающего в себе «содержание» и языковые средства его выражения. Признание литературного языка «не подлежащей никакому сомнению языковой реальностью»1 обусловливало подход к нему со стороны литературы, со стороны сферы его употребления. Такой подход явственно обнаруживается и в трактовке Виноградовым проблем образования и развития древнерусского литературного языка. Он справедливо считал, что «самобытность путей движения древнерусской литературы не могла не отразиться и на процессах развития древнерусского литературного языка»2. «Широта включения живой восточнославянской речи в строй древнерусского литературного языка - даже на начальных этапах его становления и развития - была обусловлена, между прочим, составом древнерусской литературы, которая уже в начальный период своей истории культивировала, кроме религиозно-философских, также повествовательные, исторические и народно-художественные жанры. В этом заключалось существенное отличие восточнославянской литературы от древнейшей болгарской»3. Один из главных выводов, который сделал Виноградов, рассматривая вопросы взаимодействия старославянской и древнерусской письменности, таков: «Памятники древней болгарской письменности переходили на Русь до ее официального крещения из западной Болгарии. Но - само собою разумеется - сводить процессы формирования древнерусского письменного литературного языка (так же как и древнерусской литературы) к завоеваниям и ассимиляциям старославянского языка и церковнославянской литературы - значит вступить в противоречие с реальной историей древнерусской культуры, литературы и письменности»4.

В концепции В. В. Виноградова особо рассмотрен вопрос и о статусе делового языка. В специальной литературе много внимания уделяется вопросу о языке «Русской Правды», грамот, судебников и подобных памятников. Мнения лингвистов в этом вопросе расходятся. Одни решительно не признают деловой язык литературным, другие не менее решительно признают. Особенно много спорили и спорят о языке «Русской Правды». Обнорский опровергал шахматовскую концепцию церковнославянской «основы» русского литературного языка, опираясь прежде всего на данные языка «Русской Правды»5. Селищев в свою очередь опровергал точку зрения Обнорского, утверждая, что «"Русская Правда" не представляет указания на существование особого типа древнерусского литературного языка, предшествовавшего литературному языку, сформировавшемуся на основе старославянского». Современным противникам «теории Шахматова» кажется, что именно непризнание языка «Русской Правды» и других деловых документов литературным дает основание для заявлений о «нерусской основе» русского литературного языка, а если признать язык деловых документов литературным, то для таких заявлений не останется оснований6. Такая постановка вопроса наивна, потому что один деловой язык (независимо от того, объявим мы его литературным или пет) не определяет ни общего облика древнерусского литературного языка, ни последующих путей развития русского литературного языка.

В концепции Виноградова деловой язык до XVII в. не отождествляется с языком литературным, но и не отгораживается, не изолируется от него7. Виноградов считал, что «литературный язык в собственном смысле этого слова даже по отношению к древнерусской эпохе нельзя смешивать и отождествлять с «письменным языком» или с письменно-деловым языком», т.е. с письменно-деловою речью, как это часто делается (ср. ссылки на «литературный язык» «Русской Правды», новгородских берестяных грамот и т.п.)»8. В то же время он решительно возражал против зачисления в разряд «деловой письменности» таких произведений, как Летопись (в том числе и новгородская), «Поучение» Владимира Мономаха. «Хожение за три моря» Афанасия Никитина и т.п.9.

В начале 60-х гг. споры об «основе» русского литературного языка стали приобретать механистический, а порой и схоластический характер. За этими спорами терялась сложная, многоплановая картина образования и развития древнерусского литературного языка. Это вызвало скептическое отношение к декларативной борьбе «романтических народников» с «теорией Шахматова»10.

Но когда на VI Международном съезде славистов Б.О. Унбегаун в своем докладе вновь предложил тезис, что «литературным языком Древней Руси был церковнославянский», Виноградов выступил с резкой критикой этой устаревшей и к тому лее упрощенно толкуемой концепции, заявив, что решительно отвергает предлагаемую проф. Унбегауном концепцию истории русского литературного языка.

Возражения Унбегауну и свои представления о формировании древнерусского литературного языка Виноградов изложил в статье «О новых исследованиях по истории русского литературного языка - последней статье, опубликованной при жизни ученого. В этой статье основной упор делается на общую характеристику древнерусского литературного языка как целостной системы, тем самым обнаруживается движение мысли от идеи двуязычия (двух типов) к идее единства древнерусского литературного языка в его жанрово-стилевых разновидностях.

Обобщая свои размышления об образовании и развитии древнерусского литературного языка, Виноградов писал: «Предлагаемая Б.О. Унбегауном концепция истории русского литературного языка не соответствует реальным историческим процессам развития русского литературного языка. Во-первых, непонятно, почему старославянский язык, бывший в IX-XI вв. международным литературным языком всего славянства, только в России остался на все время существования и развития русского государства и превратился в национальный литературный язык русского народа. Во-вторых, еще более странно отрицание участия народной русской речи с ее диалектными разветвлениями в формировании языка русской нации (вопреки свидетельствам истории русской культуры и величайших русских писателей и созидателей русской художественной речи: Ломоносова, Державина. Карамзина, Пушкина, Л. Толстого, Тургенева, Достоевского и мн. др.). В-третьих, возникновение древнерусского литературного языка в X-XI вв. нельзя представлять как процесс заполнения пустого места чужим церковнославянским языком. Процесс формирования, складывания древнерусского литературного языка определялся взаимодействием и синтезированием четырех (правда, неравноправных) элементов: 1) старославянского (или церковнославянского) языка; 2) деловой, государственно-правовой и дипломатической речи, развивавшейся еще в дописьменную эпоху; 3) языка фольклора и 4) народно-диалектных элементов. Роль конденсатора и грамматико-семантического регулятора сначала принадлежала церковнославянскому языку. Реальный состав сплава или смешения всех этих элементов зависел от жанра письменности и литературы».

Изложенная здесь концепция образования древнерусского литературного языка отличается глубокой продуманностью и законченностью. Абстракционизму споров об «основе» нашего литературного языка и априоризму тезиса, что литературным языком Древней Руси был церковнославянский, противопоставлена живая и детальная картина объединения книжных старославянских и различных восточнославянских «элементов». Объективные данные памятников древнерусской письменности не оставляют сомнения в том, что «возникновение древнерусского литературного языка в X-XI вв. нельзя представлять как процесс заполнения пустого места чужим церковнославянским языком». Названные Виноградовым как составные «элементы» древнерусского литературного языка «деловая, государственно-правовая и дипломатическая речь», «язык фольклора», «народно-диалектные элементы» - это разновидности употребления древнерусского языка в разных сферах или «некие композиционные системы в кругу основных жанров или конструктивных разновидностей общественной речи»11. Поставленный с ними в один ряд «старославянский (или церковнославянский) язык» выступает уже не как «иноземный» язык, а как «конструктивная разновидность общественной речи» восточных славян, которой принадлежала «роль конденсатора и грамматико-семантического регулятора» на первых этапах формирования древнерусского литературного языка.

Концепция Виноградова - крупнейшего филолога-русиста современности - остается наиболее полным, разносторонним и адекватным предмету изложением процесса формирования и развития древнерусского литературного языка. В этой концепции обобщены все наиболее содержательные и близкие к истине мысли отечественных филологов об отношении и взаимодействии старославянского и древнерусского языков.



1 Виноградов В.В. Проблемы литературных языков и закономерностей их образования и развития. М., 1967. С. 100.
2 Виноградов В.В. Избранные труды. История русского литературного языка. С. 74.
3 Там же. С. 73.
4 Там же. С. 75.
5 Обнорский C.П. "Русская Правда" как памятник русского литературного языка // Обнорский С.П. Избранные работы по русскому языку М., 1960. С. 120-144.
6 См., например: Филип Ф.П. Истоки и судьбы русского литературного языка. М, 1981. С. 72, 225, 242, 268.
7 Виноградов В.В. Избранные труды. История русского литературного языка. С. 113-126, 143.
8 Там же. С. 113.
9 Там же. С. 117.
10 Там же. С. 224.
11 Виноградов В.В. Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. М. С. 14.

  Библиотека

Колесов В. В.
ДРЕВНЕРУССКИЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЯЗЫК

(Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1989. )
Аннотация издательства

В монографии последовательно и критически изложены ключевые проблемы истории древнерусского литературного языка как результата общекультурных и языковых схождений народно-разговорного языка и старославянских текстов. В качестве иллюстраций приведены наблюдения над языком многих жанров древнерусской письменности. Образование современного литературного языка показано как диалектически противоречивый процесс многовековой истории русского языка. Особое внимание уделяется языку и стилю таких мастеров древнерусского литературного языка, как Кирилл Туровский (XII в.), Епифаний Премудрый (конец XIV — начало XV в.), Аввакум Петров (XVII в.).
Для филологов-русистов, специалистов в области средневековья и читателей, интересующихся историей русского языка.



Оглавление

Часть первая. ТЕКСТ — ЯЗЫК

1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19

Похожие:

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconИстория русского литературного языка
Ковалевская, Е. Г. История русского литературного языка : учеб пособ для студ пед ин-тов / Е. Г. Ковалевская. – М. Просвещение, 1978....

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconМатериалы для подготовки к олимпиаде школьников История языка
Генетические связи современного русского языка. Происхождение современного русского литературного языка. Графика

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconУчебной дисциплины история и методология изучения и преподавания...
Древней Руси и России в разнее исторические периоды, выработать системный подход к рассмотрению языковых явлений и активных процессов...

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconКонспект урока русского языка в 11 классе. Тема урока: А. С. Пушкин...
Цель урока: выявить определяющую роль А. С. Пушкина в создании русского литературного языка, показать, что русский язык является...

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconПрограмма учебной дисциплины грамматика как аспект преподавания русского...
«История и методология изучения русского языка как иностранного», «Актуальные проблемы изучения русского языка как иностранного»....

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconТезисы научно-исследовательской работы по теме: «Вклад Пушкина в...
Научный Афанасьева В. Н. учительница русского языка и литературы бсош №1

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconПрограмма учебной дисциплины 19 век в истории русского языка и культуры...
Дать филологу представления о взаимодействии культурно-исторических и лингвистических процессов, протекавших в момент формирования...

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconРассказывать, так, право, сказки!
Билет 27. Значение басенного языка Крылова и языка комедии «Горе от ума» для развития русского литературного языка

«история русского языка (история русского литературного языка)» iconУроках русского языка Урок русского языка в 7-м классе
Мастер-класс по теме «Развитие творческих способностей учащихся на уроках русского языка»

«история русского языка (история русского литературного языка)» icon1. Границы понятия «современный русский язык». Русский литературный...
Границы понятия «современный русский язык». Русский литературный язык как нормированная и кодифицированная форма существования русского...

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции