Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция




Скачать 4.15 Mb.
Название Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция
страница 23/23
Дата публикации 13.06.2014
Размер 4.15 Mb.
Тип Книга
literature-edu.ru > Философия > Книга
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   23

рождает возможность подсовывания ложных представле­ний.

На свете есть много людей, считающих, что они не смог­ли бы удержаться в бизнесе, каков бы ни был этот бизнес, если всегда ограничиваться лишь джентльменскими сред­ствами влияния на нужных индивидов, которые следят за их деятельностью. Рано или поздно в круговороте своих дел такие люди приходят к выводу о необходимости кон­центрации и прямой манипуляции производимыми ими впечатлениями. Наблюдаемые превращаются в исполни­тельскую команду, а наблюдатели — в аудиторию. Дейст­вия, которые кажутся чисто деловыми, объективными, по сути становятся жестами, адресованными аудитории. Де­ятельность исполнителей театрализируется.

И теперь мы подходим к основному диалектическому моменту. В качестве полноценных исполнителей все заин­тересованы в поддержании впечатления, будто они живут согласно множеству норм, по которым судят о людях и продуктах их деятельности. Так как эти нормы весьма мно­гочисленны, многообразны и всепроникающи, то индиви­ды, выступающие как исполнители, гораздо в большей ме­ре, чем мы думаем, субъективно и объективно остаются в сфере моральных отношений. Но как исполнителей-функ­ционеров людей интересует не моральная проблема реали­зации упомянутых норм в жизни, а по сути аморальная проблема создания убедительного впечатления, будто эти нормы реализуются. В таком случае, наша деятельность по большей части соприкасается с моральными вопросами, но в роли исполнителей мы не имеем моральной заинтере­сованности в них. Как исполнители мы оказываемся ком­мерсантами от морали. Весь наш день плотно занят возней с “товарами”, выставляемыми нами напоказ, и наши голо­вы забиты глубокими соображениями относительно них. Но вполне может быть, что нам придется тем больше уде­лять внимания этим товарам, чем более далекими мы себя чувствуем от них и от тех, кто достаточно доверчив, чтобы их покупать. Пользуясь другими образными сравнениями, можно сказать, что сама обязательность и выгодность всег­дашнего появления перед другими людьми в постоянном моральном сиянии, неизбежность существования в облике того или иного обобществленного персонажа, вынуждает че­ловека быть искушенным в проблемах и тонкостях сцены.
ИНСЦЕНИРОВАНИЕ И СОЦИАЛЬНОЕ Я ЧЕЛОВЕКА

Общая идея, что мы то и дело представляем себя дру­гим, вряд ли нова. Но в заключение упор следует сделать не на ней, а на том, что сама структура человеческого Я может быть по-новому увидена в понятиях, описывающих, как такие представления устраиваются в англо-американ­ском обществе.

В данной работе действующий индивид выступал в двух ипостасях. Он рассматривался как исполнитель, загнан­ный жизнью фабрикатор впечатлений, втянутый в обще­человеческую задачу сценической постановки своего ис­полнения; и как сценический персонаж-характер (фигу­ра, как правило, красивая), дух, жизненную силу и дру­гие безупречные качества которого исполнение этого ин­дивида целенаправленно вызывает из небытия. Качества исполнителя и качества представляемого им характера — явления разного порядка. Обычно именно так и бывает, однако оба набора качеств имеют свое значение в услови­ях спектакля, которого не избежать в жизни.

Итак, сначала возьмем человека как персонаж, как ис­полняемый им характер. В западном обществе исполня­емый человеком персонаж и собственное Я этого человека в известной мере уравнены, и это Я-как-персонаж обычно видится как нечто неотделимое от самого исполнителя, так или иначе образующее некое заметное явление в психоби­ологии личности. Такой взгляд неявно присутствует в том, что каждый из нас старается представить другим, но имен­но из-за этого затрудняется анализ этого представления. В настоящем исследовании исполняемое Я рассматривалось как некоторый образ, обычно похвально-положительный, который сценически, в соответствующем персонаже-харак­тере успешно пытается возбудить и закрепить в сознании других действующий индивид в отношении себя. Хотя этот образ осмысляется относительно данного индивида так, что тому приписано какое-то Я, сами свойства этого Я про-изводны не от неизменных личностных свойств индивида, а от всей сценической обстановки его действия, ибо по­рождаются той особенностью локальных событий, кото­рая заключается в их зависимости от интерпретации оче­видцев. Правильно поставленная и исполненная сцена за-
Заключение. Рамки социального взаимодействия

301

ставляет аудиторию приписывать какое-то Я представлен­ному характеру, но это приписывание, это Я, есть про­дукт состоявшейся сцены, а не причина ее. В таком слу­чае Я как представленный характер — это не органиче­ское явление со своей точно определенной локализаци­ей, которому по природе суждено родиться, достичь зре­лости и умереть. Это драматический результат, постепен­но и расплывчато возникающий из представляемой дру­гим сцены, ключевая проблема и главный интерес всего представления состоит в том, поверят или не поверят это­му результату.

При таком подходе, анализируя определенное социаль­ное Я, можно отвлечься от его обладателя, от того конк­ретного индивида, кто из-за этого результата больше всего выигрывает или теряет, ибо он и его плоть попросту слу­жат стержнем, вокруг которого временно упорядочивают­ся некоторые продукты коллективного сотрудничества. И средства для производства и утверждения социальных Я человека находятся не внутри этого организующего стерж­ня: в действительности эти средства часто надо искать в существующих общественных учреждениях. Там обязатель­но появится и будет функционировать задняя зона дейст­вия с ее средствами подготовки человека к исполнению, и передняя зона с ее постоянным сценическим реквизитом. В любом учреждении или социальном образовании надет-ся команда из лиц, чья активность на месте действия с ис­пользованием доступного реквизита определит квазитеат­ральную жизненную обстановку, в которой будет разви­ваться Я исполняемого персонажа-характера, и появится другая команда — аудитория, чья интерпретаторская ак­тивность также будет необходима для этого развития. Со­циальное Я человека есть продукт всех этих взаимопри­способлений разных сил и в любых своих проявлениях не­сет на себе отпечатки такого происхождения.

В целом машинерия производства социального Я тяже­ла и громоздка и порой ломается. Тогда обнажаются со­ставляющие ее механизмы: контролирование закулисной задней зоны, командный сговор, помогающая исполнению тактичность аудитории и т. д. Но, весьма текучие по при­роде, впечатления будут достаточно быстро оправляться от этой поломки, чтобы снова увлечь нас в поток одного из
возможных типов реальности: исполнение возобновится и наладится, появится устойчивое Я, соответствующее каж­дому исполняемому характеру, становящееся в дальней­шем внутренним самовыражением его исполнителя.

Перейдем теперь от индивида как представленного ха­рактерного персонажа к индивиду как исполнителю-ра­ботнику. Последний способен учиться, проявляя эту спо­собность при подготовке к роли. Он предается мечтам и фантазиям: какие-то из них рисуют в его воображении ра­достные картины триумфального, победоносного исполне­ния, другие же омрачены тревогами, страхами, и навязчи­выми мыслями о возможных жизненных провалах перед публикой в самой видной передней зоне. Он часто прояв­ляет стадное чувство по отношению к товарищам по ко­манде и к аудиториям, но также — такт и внимательность к их интересам. Он может испытывать глубокое чувство стыда, что заставляет его стараться минимизировать шан­сы любого возможного разоблачения.

Эти качества индивида как исполнителя — не просто описательный результат, выведенный из каких-то частных исполнений. Они психобиологичны по своей природе, и все же, по-видимому, формируются в тесном взаимодей­ствии с постановочными возможностями разных исполне­ний.

И теперь последнее замечание. При развитии системы понятий, принятой в данной работе, был использован не­кий язык театральной сцены. Я говорил об исполнителях и аудиториях (публиках); о рутинных номерах, партиях и ролях; об исполнениях удавшихся или провалившихся; о репликах, сценических декорациях, реквизите, обстанов­ке и закулисье; о драматургических требованиях, драма­тургическом мастерстве и драматургических стратегиях. Теперь пришла пора признать, что это злоупотребление простой аналогией, отчасти было лишь риторикой и так­тическим маневром.

Изречение “весь мир — театр” достаточно общее место для всех, чтобы читатели знали о его ограниченности и были терпимыми к нему, поскольку всякий в любое время может легко убедить себя, что такие броские афоризмы не следует воспринимать слишком серьезно. Действие, постав­ленное в театре, представляет собой условную, придуман-

ную иллюзию, о чем все прекрасно знают. В отличие от обычной жизни, ничего реального или подлинного не мо­жет случиться с представляемыми на сцене персонажами, хотя на другом уровне рассмотрения, конечно же, может произойти нечто реальное и практически ощутимое с репу­тацией исполнителей как профессионалов, чьей повседнев­ной работой являются театральные представления.

При таком вторжении реальности язык и маски сцены обычно отбрасываются. В конце концов, монтажные леса нужны, чтобы построить что-то другое, и воздвигаются они с последующим намерением снести их в свое время. На­стоящее исследование на самом деле не интересовали эле­менты театра, которые проникают в повседневную жизнь. Его интерес был сосредоточен на структуре социальных контактов, непосредственных взаимодействий между людь­ми — на структуре тех явлений в общественной жизни, которые возникают всякий раз, когда какие-либо лица фи­зически присутствуют в пространстве взаимодействия. Ключевой фактор в этой структуре — поддержание како­го-то единого определения ситуации, причем это опреде­ление должно быть выражено до конца вопреки множест­ву потенциальных срывов и потрясений.

Характер (персонаж), инсценированный в театре, в изве­стных отношениях призрачен, не реален и не имеет таких реальных, практически важных последствий, каких спо­собен натворить в жизни насквозь фальшивый персонаж, сыгранный мошенником. Но успешное инсценирование лю­бого из этих вымышленных персонажей требует использо­вания одинаково реальных технических приемов — тех самых приемов, при помощи которых обыкновенные люди выдерживают свои жизненно реальные социальные ситу­ации. Те, кто лицом к лицу взаимодействуют на театраль­ной сцене — профессиональные актеры, тоже должны удов­летворять ключевому требованию реальных ситуаций: они обязаны выдерживать избранное определение ситуации, применяя подходящие средства самовыражения, иначе го­воря, экспрессивно поддерживать общее определение си­туации. Но они делают это в тепличных условиях, облег­чающих им применение соответствующей театральной тер­минологии для решения задач взаимодействия, которые все мы с ними разделяем.

СОДЕРЖАНИЕ

А. Д. Ковалев

КНИГА ИРВИНГА ГОФМАНА “ПРЕДСТАВЛЕНИЕ СЕ­БЯ ДРУГИМ В ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ” И СОЦИОЛО­ГИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ 5

ПРЕДИСЛОВИЕ 29

ВВЕДЕНИЕ 32

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ИСПОЛНЕНИЯ 45

Вера в исполняемую партию 45

Передний план исполнения 54

Театральное воплощение 63

Идеализация 67

Поддержание зкспрессивного контроля 84

Ложные представления 91

Мистификации 101

Действительность и уловки 105

ГЛАВА ВТОРАЯ. КОМАНДЫ 112

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ЗОНЫ И ЗОНАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ 142

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ПРОТИВОРЕЧИВЫЕ РОЛИ 179

ГЛАВА ПЯТАЯ. КОММУНИКАЦИЯ С ВЫХОДОМ ИЗ

ПРЕДСТАВЛЯЕМОГО ХАРАКТЕРА 208

Обсуждение отсутствующих 211

Сценические разговоры 217

Командный сговор 218

Перестроения в ходе исполнения 231

ГЛАВА ШЕСТАЯ. ИСКУССТВО УПРАВЛЕНИЯ ВПЕ­ЧАТЛЕНИЯМИ 251

Защитные меры и практики 256

Покровительственные действия 274

Тактичность относительно другой тактичности 279

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. РАМКИ СОЦИАЛЬНОГО ВЗАИМО­
ДЕЙСТВИЯ 283
Аналитический контекст 284
Личность—Взаимодействие—Общество 28 7
Сравнения и исследовательские возможности 289
Роль выразительности в передаче впечатлений о себе 295
Инсценирование и социальное Я человека 299

НАУЧНОЕ ИЗДАНИЕ

Гофман Ирвинг

ПРЕДСТАВЛЕНИЕ СЕБЯ ДРУГИМ В ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ

Оформление Н.Д. Саркитова

Верстка А. Н. Саркитова Корректор В. А. Подолинская

Издательство «КАНОН-пресс-Ц», 113054, г. Москва, Стремянный пер., д. 31/1.

Серия ЛР № 066291

По вопросам реализации звонить: 113-31-31. Региональным оптовым книготорговым

организациям обращаться: 111402, г. Москва, Вешняковская ул., 6-3-92.

Подписано в печать 12.03.00. Формат 84xl081/32- Печать офсетная. Гарнитура SchoolDL. Бумага офсетная. Усл. печ. л. 15,96. Тираж 3.000 экз. Заказ N° 231

Отпечатано с оригинала-макета заказчика

в ППП типография «Наука», 121099, Москва, Шубинский пер., д. 6.


2

1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   23

Похожие:

Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Р. Хаэр Лишённые совести. Пугающий мир психопатов
Книга обильно иллюстрирована примерами из клинической практики и повседневной жизни. Книга Лишенные совести будет интересна как профессиональным...
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Книга позволяет читателю сопоставить свои возможности с нравственными...
Это первая на русском языке книга, отдельно посвящённая месту и значению нравственных идеалов и правил йоги, их важности для самопознания...
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Книга известного американского экономиста-математика Ирвинга Фишера,...
Ирвинга Фишера, профессора политической экономии Йельского университета сша, имеет следующее полное название: “Покупательная сила...
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Тематический план № п/п Тема Дата
Книга — твой друг. Книга в твоей жизни. Книга и ее роль в духовной жизни чело­века и общества (родина, край, искусство, нравственная...
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Миллман Автор «Путь Миролюбивого Воина»
Представив своё собственное, уникальное выражение практической духовности в повседневной жизни, он приблизил просветлённость к земле....
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Вечно живая традиция
Т39 Гималайские мудрецы: Вечно живая традиция / Перев с англ. — М. Ооо издательский дом «София», 2006. — 192 с
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Эта книга практическое пособие по соционике. Она станет надежным...
Эта книга — практическое пособие по соционике. Она станет надежным помощником для любого человека, решившего лучше узнать свой характер...
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Книга адресована всем, интересующимся вопросами мировой культуры,...
Эта книга явилась результатом огромной работы по изучению одной из самых замечательных традиций человечества — традиции передачи...
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Васант Лад аюрведа
Аюрведа должна быть принята Западом в виде простого практического метода. До этого Аюрведа считалась на Западе эзотерической наукой....
Книга ирвинга гофмана “представление себя другим в повседневной жизни” и социологическая традиция icon Васант Лад аюрведа
Аюрведа должна быть принята Западом в виде простого практического метода. До этого Аюрведа считалась на Западе эзотерической наукой....
Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции