Учебное пособие "Философия" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки




НазваниеУчебное пособие "Философия" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки
страница8/54
Дата публикации27.09.2014
Размер6.86 Mb.
ТипУчебное пособие
literature-edu.ru > Философия > Учебное пособие
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   54
67
ний современности. Основная проблема томизма - доказательство бытия Бога и понимания его места в мире - была дополнена проблемой бытия человека. Произошло смещение акцента на проблемы человека. Неотомисты создали новый его образ, который творит свой культурно-исторический мир, побуждаемый к этому Божественным Творцом Универсума.
Человек - основной элемент бытия, через него проходит история, ведущая к высшему состоянию развития общества - "Граду Божьему" и имеющая гуманный смысл и назначение. Общество может прийти к состоянию, не похожему на все известные, более высокому, чем капитализм и коммунизм, потому что оно будет основано на высших религиозно-нравственных ценностях.
Философская герменевтика. Само понятие "герменевтика"обозначает искусство понимания, истолкования текстов, памятников прошлого. В философии XX в. этим словом обозначается учение о понимании и научном постижении сферы культуры, и шире - человеческого духа.

У истоков герменевтики стоят протестантский философ XIX в. Ф. Шлейермахер, В. Дильтей, Э. Гуссерль, М. Хайдеггер и наш современник Ганс Гадамер, наиболее яркий и поздний представитель школы. Гадамер, ученик Хайдеггера, полагал, что основная задача философии - это практика толкования и осмысления "текста". "Текст" в понимании - это не страницы книги, это сама культура. Все знания человечества о мире можно рассматривать как "текст", т.е. это жизнь человечества, которую и следует понять. Понимание - главная категория герменевтики. Понимать - это значит проникать в механизм жизни, теоретически и опытно познавать ее. Философия, считает Гадамер, пронизана "пониманием", "понимативным усилием". Человек понимает бытие как предельную "смысловую возможность", т.е. понимает свое место в мире и свое значение.
Понимание - это не черта познания в ряду других (объяснение, дефинирование и проч.). Это характеристика самого существования человека, способ его бытия. Фундаментальной истиной герменевтики Гадамер считал
68


следующее положение: "Истину не может познавать и сообщать кто-то один. Всемерно поддерживать диалог, давать сказать свое слово и инакомыслящему, уметь усваивать произносимое им - вот в чем душа герменевтики". В этом смысл "понимания" как метода философии. Понимание, согласно Гадамеру, метод проникновения в смысл текста, в "суть дела", когда "понимающий субъект" не занимает место автора, чье произведение анализируется. Он не вживается в ту эпоху или ситуацию, в которой жил автор, а напротив, осмысливает текст с позиции реальных проблем своего времени.
Понимание обусловлено историческим контекстом, который называется "предпониманием". Что такое предпонимание? Главное в нем - "предрассудок". Предрассудок - не логическая предвзятость. Он отражает состояние общества и познающего, "понимающего" субъекта. Это - фундамент понимания, он показывает суть эпохи, смыслы бытия, которые не выражены явно. Понимающий человек не может быть свободен от различных предпосылок, ведь познает не абстрактный субъект, а конкретный человек, разделяющий стереотипы мышления своего времени, имеющий свой взгляд на мир.
Понимание всегда предполагает две равноправные стороны в поиске ими "согласия относительно сути дела". В диалоге всегда три участника: 1) текст; 2) интерпретатор текста; 3) время. В диалоге мы имеем дело с традициями, которые интерпретируются во времени. Мы "понимаем" традиции, т.е. "осмысливаем" прошлую культуру (опыт традиций), и соответственно самоосмыливаем себя и общество, в котором живем. В результате мы теоретически познаем мир и, что гораздо важнее, жизненно-практически осваиваем его. Наука должна опираться на рациональные методы познания и "предрассудок". Диалог мнений - модель и форма развития любой науки и вообще знания - особенно философии, которой противопоказан монолог.
Через "опыт жизни", "опыт истории", "опыт искусства" человек обретает реальность. Наш жизненный опыт выражен в языке. Поэтому язык - это конкретный механизм формирования опыта и одновременно исходная схема человеческой ориентации в мире, "стихия понимания".
69
Таким образом, понимание имеет универсальный характер. Это и метод философии, и характеристика всего знания человечества о мире, и способ существования познающего, действующего и оценивающего человека.
Аналитическая философия - это направление в западной философии XX в., заключающее ряд теорий. Наиболее известны концепции Б. Рассела, Л. Витгенштейна, философов "Венского кружка" (Р. Карнап, М. Шлик и др.). Предметом анализа в аналитической философии стали языковые средства науки, обыденный язык и язык философии. Ученые рассматриваемого направления считали, что большинство философских проблем носит логико-лингвистический характер. Они возникают в результате многозначности и неверного понимания понятий языка. Это означает, что философия не есть содержательная наука о какой-либо реальности, а род деятельности, преследующий две основные цели:
1) устранение из науки всех псевдопроблем и не имеющих смысла рассуждений, которые возникли из неправильного употребления языка или из идеологии;
2) обеспечение с помощью аппарата математической логики построения идеальных моделей осмысленного рассуждения.
На этой основе возможно создание новой науки и философии. Из чего исходили авторы этих концепций? Анализ естественного языка показывает его противоречивость и многозначность, что порождает проблемы, которые на самом деле являются псевдопроблемами. Например, такие слова, как "знание", "реальность", "вероятность", "истинность" существуют всегда в определенных контекстах и имеют смысл в соответствии с контекстом. Поэтому проблема знания и реальности - это прежде всего проблема языка, определения, понимания всего контекста. Поэтому для решения научных и философских проблем надо использовать искусственные языки, языки науки. Они однозначны, четки и непротиворечивы, как, например, языки формальной логики или математики с их жестко фиксированным содержанием.
Философия логического анализа претендует быть дисциплиной, помогающей возрождению истинной науки.
70
Пользуясь методом "анализа", по мнению его сторонников, возможно, унифицировать язык науки и тем самым синтезировать науки, или, иначе говоря, вывести науку на новый этап развития. Поскольку научные положения должны выражать общезначимые истины, был выработан принцип проверки истинности научных суждений - принцип верификации. Истинность любой гипотезы может быть доказана при помощи либо опыта, либо связанного логического доказательства на основе опыта. Таким образом, верификация сводится к суждениям, фиксирующим данные опыта. Предположения, которые не могут быть проверены опытным путем или косвенным и опытными подтверждениями, выводятся из состава науки. Если принять принцип верификации, следует отказаться от определения объектов, существование которых вызывает сомнение (например, Божество или субстанция), ограничившись описанием свойств тех объектов, которые возможно воспринимать в опыте. Используя этот подход, можно очистить науку от ложных проблем и понятий при помощи особой техники, точного смысла слов и выражений.
Постмодерн. Термином "постмодерн" в философии обозначают ряд концепций западных философов середины - конца XX в. Большинство из них франкоязычные - Ж. Деррида, Ж. Батай, Р. Барт, П. Рикер, М. Фукс и многие другие. Однако сегодня постмодерн представлен светскими и религиозными концепциями мыслителей разных стран, в том числе - России (Валерий Подорога и др.).
Суть этих концепций - в ожесточенной критике всей классической и постклассической философии Запада. Главная идея - в критике разума и его возможностей, рефлективных способностей разума, его ценности. Этот момент часто подается как критика именно "западного разума", повлекшего за собой неисчислимые беды, войны, кровопролитные революции, экологические катастрофы. В отличие от иррационалистов XIX - начала XX в., которые отмечали недостатки рационализма и предлагали свои проекты, свою переоценку ценностей, постмодерн до конца и полностью рвет с установками классической философии, абсолютно отрицает ценности прошлого. Полностью отвергаются идея гуманизма, любые формы
71

познания истории, все концепции исторического прогресса и стремления построить научную теорию строения идеального общества или рационально обоснованную теорию самосовершенствования человека. Объявляются бессмысленными попытки создать систему общечеловеческих ценностей и приоритетов
Что же предлагается? 1. Прежде всего не создавать никаких новых идеалов вместо уже отвергнутых старых. Истина невозможна, ее поиски - это иллюзия старой философии. 2. Создавать новую жизнетворческую культуру, утверждающую полную свободу человека, свободу творчества и личности везде и во всем без границ. 3. Отказаться от прежнего дискурса (размышления) в языке, который должен содержать не понятия (общие для всех конструкций) а "симулякры" - знаки мгновенного эмоционального состояния людей, обозначающие сиюминутное отношение человека к данной ситуации. В целом, стремиться от порядка в языке к хаосу. 4. "Хаос" должен заменить "порядок" и в других сферах культуры и общества. Должно быть множество культур, политических систем, между которыми должны быть стерты все грани. Так же и в оценках интеллекта и способностей людей следует стереть все грани между гением и посредственностью, героем и толпой.
Главные понятия, используемые постмодерном, - это "игра", "случай", "свобода", "анархия", "деконструкция", "ирония", "неопределенность" и пр., создают новые словари, с помощью которых мы можем мыслить принципиально по-другому, чем все предшествующие ученые и философы.
Постмодерн внутри себя неоднороден. Есть философы, которые отказываются от полного отрицания разума и гуманизма (Ю. Хабермас), считают, что человек в истории ищет Бога и принципы гуманизма (Г. Ваганян, Г. Кокс, К. Ранер). Возможен поиск субстанциональных начал культуры (П. Рикер), рациональными методами в изучении западной культуры оперирует М. Фуко и т.д. Но и они сами считают, что задача философии - это интерпретация различных культур, а не поиск истины, не учение о человеке.
72

3. Национальные особенности философии. Русская философия XIX - XX вв.: ее смысл, основные направления и этапы развития
Особого объяснения и внимания к себе требует сам факт существования и развития - в относительной самостоятельности по отношению к мировой философии - философии национальной (философии отдельного народа). Это еще одно отличие философии от науки. Нет и не может быть немецкой (русской, китайской, японской) математики (физики, химии, биологии). Не может быть национальной таблицы умножения или таблицы тригонометрических функций. Однако русская, немецкая, французская философия - понятия не только допустимые, но и совершенно необходимые для того, чтобы вести речь о реальном процессе рождения и жизни философских идей в мире культуры и цивилизации.
Идеи философии (в первую очередь со стороны их социального содержания и генезиса) глубочайшим образом выражают "душу" народа, его внутренний духовный опыт, его сокровенные мечты и чаяния, осмысливая этот опыт и заключающиеся в нем тенденции как грань, момент общечеловеческого. Так, русская философия ("русская идея") развивалась в сотворчестве, но и в определенной "оппозиции" к философии Запада. Из глубочайших недр народного духа и сознания, из нравственного опыта поколений, из трагического опыта своей истории она сделала глубочайшие, проницательные выводы, сформулировала бескомпромиссные императивы о том, что ценность человеческой жизни абсолютна, что эксперименты, насилие над естественным ходом жизни недопустимы, что никакой "прогресс" - ни научный, ни технический, ни социальный - не стоит слезинки ребенка, не может и не должен быть куплен ценой разрушения личности.
Русские философы не приняли идеал потребительства, сытого благополучия, как не приняли они и позитивистски-рационалистической модели человека, противопоставив всему этому свой взгляд, свое видение реальности. Это была идея целостности, идея всеединства. Разум, логика составляют существенную черту человеческою духа, но не
73
исчерпывают его. Цельное знание, как и цельная личность, обретаются совокупными усилиями души, эмпирией, умозрением и верой. "В Россию можно только верить" - слова из знаменитого четверостишья Тютчева содержат в себе тот смысл, что высшие истины открываются человеку непосредственно, интуитивно, если только человек не безразличен, не безучастен к ним, если он вдохновлен, просветлен любовью к своей земле и к своему народу.
Составляя стержень национального самосознания, национальная философия открывает такие истины, вырабатывает такие ценности, которые невозможно понять и принять, не соучаствуя в жизни и делах своих современников и соотечественников. Такие императивы и ценности не усваиваются и не передаются "книжным" путем, подобно любой иной (например, научной или научно-технической) информации. Вопреки представлениям просветителей, простой "экспорт" философских, мировоззренческих идей из одной страны (культуры) в другую, с иным историческим опытом и социальным образом жизни, с иным менталитетом и иной психологией невозможен, такие идеи не привьются, не срезонируют с духом народа, с массовым сознанием, не вызовут широкого интереса, оставаясь - и то лишь для любителей-интеллектуалов - отвлеченным, нежизненным знанием (как, к примеру, философия йоги для европейцев XX в.).
Рассмотрим национальные особенности философии на примере нашей отечественной философии XIX-XX вв. Русская философия - сравнительно позднее образование нашей национальной культуры, хотя предпосылки ее далеко уходят в глубь российской (шире - славянской) истории. Но предпосылки (сюда мы отнесем прежде всего историческое сознание и самосознание народа) еще не есть само явление - они лишь подготавливают рождение и развитие его. Само же явление начинается с обретения формы, адекватной ее содержанию.
Философия в России, если руководствоваться таким критерием, начинается не в XI - и даже не в XVIII вв. (как можно прочитать во многих статьях и монографиях), а в XIX столетии (в полную меру - во второй половине его).
74
Но это было поистине великое начало: Достоевский, Толстой, Вл. Соловьев. В их лице и в их творчестве философское самосознание народа заявило о себе "на весь мир" - уже не как подражание Западу (византийцам, французам, немцам), а как совершенно самостоятельный голос, вносящий свою собственную тему и свою собственную тональность в многоликий диалог культур, в сложную духовную полифонию человеческой цивилизации.
Для России (как и для Запада) веком классики стал XIX в. Классическим - не только по совершенству, т.е. развитости сотворенных им форм и новообразований духа. Русская философская классика XIX в., как и наша классическая литература, несли миру глубоко выстраданную опытом поколений истину: нет и не может быть такой цели, ради которой была бы допустима жертва хотя бы в одну человеческую жизнь.
Русская философия выступила как философия Предупреждения. Ее лейтмотив - нравственное вето на любой социальный проект, на любой "прогресс", если только они рассчитаны на принуждение, насилие над личностью. Провидческое Слово великих гуманистов XIX столетия было обращено к нашему времени. Но чтобы быть понятой и услышанной потомками, истина этого ясного и мудрого Слова должна была быть доказана 200-миллионному народу "от противного": должны были пролиться не капли, а реки невинной крови, долго не просыхать моря сиротских и вдовьих слез, должны были рухнуть воздвигнутые на зыбком песке отвлеченного умозрения искусственные, античеловеческие конструкции-монстры, рассеяться и быть отринуты человеческими душами ложные, губительные фетиши и соблазны.
С Достоевского ("Великий Инквизитор") и Вл. Соловьева ("Три разговора") в русской философии и литературе берет начало жанр антиутопии, блестяще продолженный и развитый мыслителями и художниками XX в. Этот жанр нередко требовал языка притчи, исповеди, проповеди, отказа от академических форм теоретизирования, от чисто рационалистического способа доказательства и обоснования прочувствованных сердцем, пережитых, выстраданных истин. Глубокие исследователи, подлинные знато-
75
ки истории нашей отечественной философии (Н. А. Бердяев, Г. Г. Шпет, Н. О. Лосский, А. Ф. Лосев) всегда подчеркивали, что способ и характер русского философствования не является чисто рациональным и связывали его обычно с православием, с восточно-христианским мировосприятием и мироощущением славянской души. "Русские не допускают, - писал Н. А. Бердяев, - что истина может быть открыта чисто интеллектуальным, рассудочным путем, что истина есть лишь суждение. И никакая гносеология, никакая методология не в силах, по-видимому, поколебать того дорационального убеждения русских, что постижение сущего дается лишь цельной жизни духа, лишь полноте жизни" [1].
1 Бердяев Н. А. - А. С. Хомякову // Цит. по: Лосев А. Ф. Страсть к диалектике. М., 1990. С. 71.

Нетрудно догадаться, какой философии (и кому из философов) противопоставляется - при такой точке зрения - русская мысль и русская духовность. Их антипод более чем узнаваем: это европейский рационализм и его вершина - Гегель. С критикой гегелевского ультрарационализма и панлогизма выступили - и это было хорошо известно в России - прежде всего сами же европейские (немецкие) философы: Шеллинг, Шопенгауэр, Ницше. Но европейский иррационализм XIX в. (европейский интуитивизм, европейская философия жизни) чем-то существенно отличался от русского философско-религиозного искания. Чем же именно? Поиск ответа на этот вопрос позволит дополнить немаловажными штрихами духовные портреты России и Запада.
Философия, как уже отмечалось, есть душа нации, зрелая философия - ее зрелая душа. Европейская философия Нового времени (как апологетизирующая, так и критикующая разум) - душа такого общества, такой цивилизации, которые уже в XV-XVI вв. (на юге Европы - и того ранее) осуществили - в исторических масштабах времени - в кратчайший срок глубочайший, беспрецедентный переворот в экономических и социальных основах, условиях своей жизни: натуральные, "естественные" связи и отношения между людьми сменились отношениями и связя-

ми "искусственными", т.е. основанными не на первобытном и грубом насилии, а на насилии "хитром", предполагающим, как свое обязательное условие, формальную или действительную свободу личности. В реальном своем выражении это была свобода личной инициативы и личной ответственности. То и другое требовало от человека рационально-прагматического и утилитаристского склада ума, "делового" взгляда на мир и свое место в нем. Мощный, стремительный рывок Европы, властно заявившей всем частям света свои особые права на роль метрополии, повелителя и распорядителя судеб человечества, давал, казалось бы, все основания для такого высокомерия и претензий. В таких условиях, когда разум и его зрелое порождение - наука - одерживали одну великую победу за другой, когда знание означало силу, т.е. высшую ценность в глазах своего века, у разума мог быть только один конкурент и соперник - воля.
Европейский иррационализм - это волюнтаризм. Он вел - почти на равных - дерзкий и напряженный спор со своим испытанным, самоуверенным оппонентом. Оба они апеллировали к реалиям жизни, к опыту истории. Но этот опыт истолковывали по-разному. То, что рационализм (гегельянство) представлял шествием Познающего духа, иррационализм (Шопенгауэр, Ницше) рассматривали как творение духа Волящего. На стороне волюнтаристического иррационализма западноевропейских философов было даже то преимущество, что они оказались несомненно ближе к жизни: люди не рождаются мыслителями, да и своим появлением на свет они обязаны не рефлексии, а тому, что прямо противоположно ей, - слепой страсти, инстинкту.
Итак, мы видим, что критика односторонностей просветительства и просветительского рационализма не является исключительной особенностью русской философии, так как такая критика - от Шопенгауэра и Кьеркегора до Бергсона и Хайдеггера - велась и на Западе.
Своеобразие русской духовности и ее оппозиции Западу-в другом. Ее наиболее полно и глубоко выразил наш великий соотечественник, философ и поэт Вл. Соловьев (1853-1900). Учение Соловьева о цельном знании (а это центральный пункт его философствования) заключается
77
в том, что такую цельность ("всеединство") может придать человеку лишь особое состояние его души, ее особый вектор движения. Это состояние, этот вектор - Любовь.
Смерть и время царят на земле.

Ты владыками их не зови.

Все, кружась, исчезает во мгле.

Неподвижно лишь солнце Любви.
Солнце Любви - это свет, без которого невозможна жизнь. О "Сердце и его значении в духовной жизни человека" писал учитель Вл. Соловьева - П. Д. Юркевич (1827-1874), а в XVIII в. - прадед Вл. Соловьева - Г. С. Сковорода (1722-1794). И, конечно, не только они. Святая (по определению Томаса Манна) русская литература - и прежде всего классическая наша литература "золотого" XIX в. - тему человека, тему любви и страдания сделала главной, ведущей темой своего подвижнического творчества. В русской литературе, в сознании Любовь - это не эрос древних И даже не альтруистический символ Фейербаха. С последним ее рознит то, что она носит явно не чувственный, а преимущественно духовный характер. Смысл любви, по Вл. Соловьеву, - спасение в человеке человеческого "через жертву эгоизма".
И о пожертвовать эгоизмом и значило пожертвовать основным механизмом того "прогресса", который избрал себе Запад. Русская философия - в лице самых великих представителей своих - выдвинула и защитила иную систему ценностей, иные цели и идеалы, чем просвещенная, цивилизованная Европа. Рациональному знанию и иррациональной воле (высшим, самым зрелым проявлениям западного духа) русская философия предпочла "несвоевременные мысли" и "архаичные" понятия любви, стыда, совести. В этом была безусловная "слабость", но и величайшая сила мыслителей и художников, не устрашившихся, может быть, и разлада со своим временем. Разлада потому, что социально-экономическое развитие страны все больше и все определеннее вовлекало ее в мировую систему западного, т.е. капиталистического хозяйства. Но "утопизм" тех, кто искал альтернативу капитализму, был в то же время дальновидным провидением, так как выра-
78
жал более глубокую историческую сущность: антигуманный, безнравственный, антиэстетический, а потому по необходимости и "неистинный", преходящий характер западноевропейского, т.е. буржуазного типа развития.
Буржуа, торговец, предприниматель - отрицательный тип в классической русской культуре XIX в. В 40-е гг. - это проходимец Чичиков, в 50-е - купец-самодур из "темного царства", к концу века - циничный, малокультурный губитель "вишневого сада" и "дворянских гнезд". Даже Штольц из "Обломова" не внушает симпатий читателю, как не внушают нам симпатий ни Васса Железнова, ни Егор Булычев, ни Прохор Громов. Не случайно, что в русской лирической поэзии "деловым людям" и самому их "делу" просто не нашлось места - настолько непривлекательным, невдохновляющим оно было в глазах образованной, высококультурной части общества. Попытки разночинца Писарева защитить, поднять в глазах общественного мнения "культурный капитализм" имели лишь тот рациональный смысл, что талантливое слово публициста пробудило у одаренной молодежи 60-х гг. любовь, интерес к науке (естествознанию). Но что такое культурный капитализм - не знал никто, да и слишком далеко эти два слова стояли друг от друга. (Даже в советское время, после введения НЭПа, неологизм "нэпман" наполнялся - и в художественной литературе, и в широком сознании - отнюдь не положительным смыслом).
Антибуржуазный - в целом - дух русской классической философии ("золотого" и "серебряного" веков) не означал и не означает ее безусловно социалистического характера. "Русский социализм" Герцена (50-60-е гг.) и анархизм Бакунина (60-70-е гг. XIX в.) не столько социалистичны, сколько антибуржуазны. Стократ это справедливо по отношению к автору "Бесов", которому одинаково претил как торгашеский мир буржуа, так и "муравейник" тоталитарной диктатуры, насаждаемый "лекарями-социалистами".
Но социалистическая идея, как идея социального равенства и справедливости, в народе не умирала. Она дополнялась и одухотворялась верой масс в исключительную миссию, роль России как спасительницы европейской, а
затем и мировой цивилизации от гнета и бесправия. Именно на этой духовной основе в российское сознание на рубеже XIX-XX вв. стал входить марксизм. Но в разных слоях передовой российской интеллигенции он воспринимался по-разному, разными его сторонами. "Легальных марксистов" (Н. А. Бердяева, С. Н. Булгакова, С. Л. Франка, П. Б. Струве к др.) в учении Маркса привлекала идея о цивилизующей силе капитала, об истории общества как естественноисторическом процессе смены формаций, но отнюдь не идея кровавой диктатуры и тотального насилия. Русских революционных марксистов (большевиков), в созвучии с психологическим настроем масс, увлекало, напротив, освящение и оправдание классового насилия. Русская революция для них была лишь началом, сигналом революции мировой, вселенской. Народное, а с ним и леворадикальное, сознание России упивалось "музыкой революции".
Мы на горе всем буржуям

Мировой пожар раздуем,

Мировой пожар в крови -

Господи, благослови!

А. Блок. Двенадцать
То, что русский революционный марксизм (большевизм) оказался совсем не похож на марксизм самого Маркса, нельзя назвать ни искажением, ни фальсификацией, это по-своему нормальный и даже неизбежный, не зависящий от чьей бы то ни было воли процесс самостоятельной жизни идеи - самостоятельной по отношению к ее автору. (Нечто подобное происходит и с судьбой научного открытия, технического изобретения - они вызывают последствия, которые сами исследователи и изобретатели могли и не предвидеть).
И на Западе и в России марксизм складывался как идеология демократического, освободительного движения. (В годы молодости Маркс и Энгельс были революционерами-демократами, Ленин - социал-демократом). Всем лучшим, что в нем было и есть, марксизм обязан своему теоретическому фундаменту - высшим достижениям социальной, экономической и философской мысли.
80
Но идея и практика диктатуры, удушающего единомыслия, взгляд на насилие как на единственное средство осчастливить человечество не только не приблизили коммунистический идеал - бесклассовое общество, но фактически отбросили "реальный социализм" за пределы цивилизованного общества. В 1922 г. лучшие умы России были насильственно выдворены за пределы родины, другие замучены и казнены в лагерях в последующие годы.
Вступая в новое тысячелетие", российской культуре (и прежде всего культуре философской) предстоит пережить Великое восстановление (Возрождение) духовного наследия давнего и недавнего прошлого.
Русская философия - целостное духовное образование. Но внутреннее единство ее идей достигалось в сложной, напряженной борьбе различных школ и направлений мысли. В философских спорах нередко каждая сторона была по-своему права, а истина рождалась в сопряжении, синтезе противоположных мнений.
Рассмотрим в этом ключе основные исторические этапы развития русской философии двух последних столетий.
1. Начало самостоятельной философской мысли в России связано со славянофильством (40-50-е гг. XIX в.). Основатели этого течения, А. С. Хомяков (1804-1860) и И. В. Киреевский (1806-1856), открыто противопоставляли свой способ философствования, предполагающий единство ума, воли и чувства, западному, односторонне-рационалистическому. Духовной основой славянофильства было православное христианство, с позиций которого они критиковали материализм и классический (диалектический) идеализм Канта и Гегеля. Выступая с обоснованием самобытного, т.е. небуржуазного, пути исторического развития России, славянофилы выдвинули оригинальное учение о соборности, объединении людей на основе высших духовных, религиозных ценностей - любви и свободы.
Неизлечимый порок Запада славянофилы видели в классовой борьбе, эгоизме, погоне людей за материальными ценностями. Самобытность России они связывали с отсутствием в ее истории классовых антагонизмов, в организации народной жизни славян на основе крестьянской
81
поземельной общины. Эти идеи нашли поддержку и сочувствие у последующих поколений русских религиозных философов (Н. Ф. Федоров, Вл. Соловьев, бр. Трубецкие, Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков и др.).
2. Другую точку зрения, противоположную славянофильской, отстаивали в спорах с ними западники (40-60-е гг.
XIX в.), считавшие, что Россия может и должна пройти тот же самый этап развития, что и Запад. Среди западников были как либералы-реформаторы (П. В. Анненков, Т. Н. Грановский, К. Д. Кавелин), так и радикалы-революционеры (В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский). Основоположником западничества следует признать замечательного русского мыслителя П. Я. Чаадаева, автора знаменитых "Философических писем", в которых он высказал много горьких истин о культурной и социально-исторической отсталости России.
Широк был спектр философских воззрений виднейших представителей западничества. Чаадаев находился под большим влиянием позднего Шеллинга, его "философии откровения". Взгляды Белинского и Герцена совершили сложную эволюцию - от идеализма (гегельянства) к антропологическому материализму, когда они признали себя учениками и последователями Фейербаха.
3. Народничество (60-80-е гг. XIX в.). Это направление в России выросло из учения А. И. Герцена о "русском", т.е. крестьянском социализме. Капитализм народниками осуждался и оценивался как реакционное, попятное движение в социально-экономическом и культурном отношениях. Один из виднейших русских народников - М. А. Бакунин - в 70-е гг. перешел на позиции анархизма, полного отрицания государства и других политических организаций. Бакунин - один из первых критиков Маркса, его идеи диктатуры пролетариата.

4. Философия всеединства (70-е гг. XIX в. - 30-е гг.
XX в.). Корни философской идеи всеединства уходят в глубь веков - к античности и Возрождению. В русской духовности идея этого направления возрождена и развита была Вл. Соловьевым (1853-1900). Центральной в этом учении является идея "всеединства сущего", выражающая по-своему принцип всеобщей универсальной связи всех
82
предметов и явлений мира. Познание должно брать сущее не только в его данной действительности, но и в его целостности, универсальности, взаимообусловленности.
Всеединство мира доступно раскрывает себя лишь "цельному знанию", органически сочетающему в себе теологию, философию и опытную науку, преодолевающему на этой основе односторонность как рационализма, так и иррационализма. Выдвинутые положения развиты философом в многочисленных произведениях. Главнейшие из них: "Кризис западной философии. Против позитивистов", "Чтения о богочеловечестве", "Философские основания цельного знания", "Критика отвлеченных начал", "Оправдание добра".
Идеи Вл. Соловьева были продолжены его соотечественниками: С. Л. Франком (1877-1950), П. А. Флоренским (1882-1937), Л. П. Карсавиным (1882-1952). Основная проблема философии Франка - проблема бытия, цельности и единства мира. Лишь интуитивно открывается нам истина: непостижимость и чудесность бытия (реальности), заранее превышающее все мыслимое. Основные труды Франка: "Предмет знания", "Душа человека", "Непостижимое", "Реальность и человек. Метафизика человеческого бытия".
П. А. Флоренский идею всеединства воплотил в универсальности своих научных, философских и религиозных исканий. Но из множества трудов и сочинений мыслителя следует указать на основной - "Столп и утверждение истины", где осмысливается путь в мир христианского умозрения. По Флоренскому, обрести Истину - значит обрести абсолютные, безусловно достоверные начала бытия и познания, чего достичь одними лишь логически-рациональными средствами нельзя. Для этого нужен еще живой опыт - прежде всего опыт религии. Для полноты человеческого соприкосновения с миром одного разума мало. Нужен "подвиг веры", преодоление границ между верой и знанием.
Жизнь Флоренского трагически оборвалась в 1937 г. в северных лагерях ГУЛАГа. Такая же участь выпала и на долю другого оригинального и глубокого русского мыслителя, философа и историка Л. П. Карсавина. Вслед за Вл.
83
Соловьевым он считал, что принцип всеединства характеризует реальность в динамике, движении. В основе всеединства лежит триединый процесс: первоединство - разъединение - воссоединение.
Диалектика истории, по Карсавину, осуществляется в личности, хотя человек является личностью лишь в возможности. (Актуальная личность - Бог). С позиций идей всеединства Карсавин отвергает провиденциализм. Для него история всегда есть открытый процесс бесконечного приближения к всеединству Бога, мира и человека.
5. Русская религиозная философия конца XIX - начала XX вв. Рубеж XIX-XX вв. нередко называют Серебряным веком русской культуры, ее религиозно-философским Ренессансом. Творческий подъем охватил философию, религию, искусство (особенно музыку и поэзию). Интерес к религии был пробуждением интереса общества к высшим, вечным истинам и ценностям, к тайне человека. Свое духовное начало русская религиозно-философская мысль видела в идеях Вл. Соловьева, в мировоззренческих построениях славянофилов.
Одним из самых загадочных и противоречивых мыслителей этого времени был В. В. Розанов (1856-1919) - замечательный мастер слова, оставивший после себя богатейшее литературное наследие. (Сам философ планировал издание 50-томного собрания своих сочинений). Многие его произведения написаны в жанре эссе: "Уединенное", "Около церковных стен", "Религия и культура", но у него есть и монографии: "О понимании", "Метафизика христианства", "Легенда о великом инквизиторе Достоевского" и др.
Лейтмотив творчества Розанова - глубокое беспокойство, тревога, вызванные переживанием кризиса культуры и религии, прежде всего религии христианской, которой приходится довольствоваться "уголком" в современной цивилизации. Кризис христианства мыслитель видел в том, что оно не находит общего языка с жизнью, так как зовет не в земной, а в потусторонний мир. Христианский аскетизм чужд древнейшему светлому чувству плотской любви, радостям материнства.
84
Розанов - один из идеологов религиозного обновления, которое он рассматривал как условие и начало обновления социального. В этом вселенском процессе ведущая, творческая роль отводится им славянским народам, как не утратившим, не израсходовавшим исторической энергии жизни. Вот почему этим народам придется на себя взять бремя европейской цивилизации.
Особое место в русской религиозной философии занимает Л. И. Шестов (1866-1938), творчество которого не вписывалось в классические традиции академической философской мысли, а питалось, вдохновлялось скорее искусством и Ветхим Заветом. Эти источники, эстетические и религиозные переживания он воспринимал как бесценный экзистенциальный опыт, или опыт пограничных ситуаций, не поддающийся рациональному, рефлексивному выражению. Суть своего мировоззрения Шестов выразил двумя словами (они же стали названием одной из его работ): "Только верою". С этих позиций он критически рассматривает всю классическую западноевропейскую философию и теологию, дав им обобщающее обозначение "Афины" (т.е. эллинский стиль, склад мышления). "Афинам" противостоит "Иерусалим" (библейское откровение). Сам Шестов - на стороне последнего, считая классический европейский разум опасным змеем-искусителем, несущим главную вину за бездушие технической цивилизации, за обманчивые призывы рациональной переделки мира, что в действительности оборачивается путем к тирании.
К общему направлению русской религиозно-философской мысли относится многогранное творчество А. И. Ильина (1883-1954) - философа, правоведа, литературного критика. Самым известным его философским сочинением является "Философия Гегеля как учение о конкретности Бога и человека". Свои социальные взгляды Ильин наиболее ярко изложил в полемике с толстовцами в книге "О сопротивлении злу силой". В последнем крупном сочинении ("Путь к очевидности") философ обобщил свои взгляды на природу духовности, на сущность творческого акта, создающего культуру.

85
6. Русский марксизм (1883-1924) - в этот хронологический этап входит философская деятельность Г. В. Плеханова и В. И. Ленина, а также недолгое, но заметное духовное явление в истории российской культуры, известное как "легальный марксизм". Марксизм, в его ленинском варианте (ленинизм), долгие годы и десятилетия был идеологией, монопольно господствовавшей не только в нашей стране, но и во всем так называемом "социалистическом лагере".
Но первым выдающимся марксистом в России был не Ленин, а Плеханов. (В молодые годы Ленин признавал себя его учеником в философии). Как теоретик марксизма, Плеханов основополагающее значение придавал материалистическому пониманию истории, справедливо связывая с ним научный характер марксистской социологии. Социализм, он был твердо убежден, невозможен без солидных экономических и общекультурных предпосылок. Таких предпосылок в России еще нет, поэтому "социалистический эксперимент" 1917 г. Плеханов осудил как авантюру
В. И. Ленин, создатель большевистской партии, вождь социалистической революции в России, стал марксистом по своим убеждениям еще в гимназические годы. Но собственно философскими темами он занялся после поражения первой русской революции, т.е. в 1908-1909 гг., работая над книгой "Материализм и эмпириокритицизм". Ленин настаивал на том, что философия марксизма - диалектический материализм - есть единственно научная, единственно правильная философия, что любые попытки "дополнить" марксизм другими философскими построениями теоретически несостоятельны и практически вредны. Несомненной философской заслугой Ленина был глубокий гносеологический и методологический анализ научной революции и кризиса в естествознании (физике) и вывод о том, что современная наука не может успешно развиваться без опоры на материалистическую диалектику.
В отличие от Плеханова Ленин не удовлетворялся объективно-научным осмыслением действительности. Сознание, подчеркивал он, не только отражает мир, но и творит его. Высшим актом социального творчества, по
86
Ленину, является социально-политическая революция, классовая диктатура, с помощью которой не только можно, но и нужно "взнуздать" историю, ускорить ее ход. Экономические и культурные факторы не обязательно должны быть условием социалистической революции, они могут быть и следствием, результатом ее. Нравственно все, что служит делу социализма и коммунизма. Во имя великой цели годятся все средства, и насилие - основное из них.
Но именно с этим выводом не согласились "легальные марксисты" - молодые либеральные интеллигенты, сочувствующие капитализации России, в чем они видели основное русло общественного прогресса своего времени. С этих позиций они тоже критиковали народников за их утопическую веру в особый, небуржуазный путь развития России. Но если для революционеров-марксистов капитализм был лишь вехой на пути к социализму - через классовую борьбу и классовое противостояние, то для "легальных марксистов" буржуазная цивилизованность была самоценна и самодостаточна: общественный прогресс они связывали не с классовой борьбой, а с развитием капиталистической промышленности, с успехами техники, с подъемом сельского хозяйства.
Однако уже опыт первой русской революции, кровопролитный и братоубийственный, заставил "легальных марксистов" (А. Н. Бердяева, С. И. Булгакова, П. Б. Струве и др.) отказаться от марксистского материализма и атеизма. "От марксизма к идеализму" - так охарактеризовали сами эти мыслители эволюцию своего мировоззрения. В то же время все они (в особенности Бердяев) до конца жизни продолжали ценить Маркса как гениального, великого мыслителя и ученого-экономиста, глубоко проникшего в сложную диалектику своего времени, но безосновательно абсолютизировавшего свои выводы. В 1909 г. бывшие "легальные марксисты" опубликовали сборник статей "Вехи", в котором достаточно ясно и определенно заявили о том, что идеология зла и классового насилия для общества гибельна. Убедить в этом народные массы, уберечь их от соблазна строить свое счастье на несчастье других - в этом мыслители-гуманисты видели свой долг и призвание.
87
7. Философия в советской и постсоветской России (после 1917 г.). 80-летний этап новейшей российской истории превосходит по масштабам, глубине и противоречивости все, что было пережито страной со времен монгольского ига. Революция, война с фашизмом, грандиозный, жесточайший социалистический эксперимент, идеологическая монополия тоталитарной власти, крушение ее и распад СССР - все это произошло на глазах одного поколения.
Официальной идеологией был провозглашен марксизм-ленинизм (в действительности - сталинизм, так как только Сталин считался непогрешимым пророком этого учения). Популярная брошюра Сталина (извлечение из "Краткого курса истории ВКП(б) "О. диалектическом и историческом материализме") признавалась вершиной философского знания.
Малейшие отступления от этого канона жестоко карались и преследовались. Но даже в условиях тяжелого идеологического пресса и при Сталине и при Брежневе мыслили замечательные, выдающиеся философы, труды которых со временем получили мировую известность и признание.
Среди них были и убежденные марксисты (К. Р. Мегрелидзе, П. В. Копнин, Б. М. Кедров, Э. В. Ильенков, А. М. Минасян, Л. С. Выготский, А. Н. Леонтьев, - авторы выдающихся работ по диалектике, логике, теории познания, психологии и социологии мышления), и мыслители других мировоззренческих ориентаций. К глубочайшим научно-философским обобщениям в эти годы пришел создатель учения о биосфере и ноосфере В. И. Вернадский (1863-1945). Оригинальные идеи о природе языка и сознания развивали феноменолог Г. Г. Шпет (1879-1940), культуролог и литературовед М. М. Бахтин (1895-1975), философ и физик В. В. Налимов (1910-1997). Несмотря на репрессии и преследования творил великий русский философ А. Ф. Лосев (1893-1988), автор классических трудов в различных областях философского знания. Бессмертным научным подвигом мыслителя стал его грандиозный труд: 8-томная "История античной эстетики".
Мировое значение русской философской мысли XX в. еще подлежит изучению и исследованию.
88


Литература
Вернан Ж.-П. Происхождение древнегреческой мысли. М., 1988.

Гегель Г. В. Ф. Лекции по истории философии. В 3 кн. СПб., 1993-1994.

Горбачев В. Г. История философии. Брянск, 2000.

Замалеев А. Ф. Лекции по истории русской философии. СПб., 1999.

Зеньковский В. В. История русской философии: В 2 т. Ростов н/Д, 1999.

История философии. Ростов н/Д, 1999.

История современной зарубежной философии: компаративистский подход: В 2-х т. СПб., 1998.

История русской философии. М., 1988.

История философии: Запад - Россия - Восток: В 3 кн. М., 1997-1999.

Курбатов В. И. История философии: конспект. Ростов н/Д, 1997.

Лосский Н. О. История русской философии. М., 1991.

Любутин К. И., Сарангин Ю. К. История западноевропейской философии. Курс лекций. Екатеринбург, 2000.

Ойзерман Т. Н. Философия как история философии. СПб., 1999.

Рассел Б. История западной философии. Ростов н/Д, 1999.

Рассел Б. Мудрость Запада. М., 1998.

Реале Дж., Антисери Д. Западная философия от истоков до наших дней: В 4 т. СПб., 1994-1997.

Скирбекк Г., Гилье Н. История философии. М., 2000.

Тарнас Р. История западного мышления. М., 1995.

Хрестоматия по философии. Ростов н/Д, 1997.

1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   54

Похожие:

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconУчебное пособие для высших учебных заведений Составитель и ответственный...
Предназначено в качестве учебного пособил для студентов вузов, техникумов, учащихся колледжей, гимназий, старших классов школ

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconУчебно-методический комплекс по дисциплине « дв. 1»
«Ценные бумаги» разработан в соответствии с требованиями фгос впо (федеральный компонент) к обязательному минимуму содержания и уровню...

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconПрограмма по дисциплине Иностранный язык (английский)
Государственным образовательным стандартом высшего профессионального образования и государственными требованиями к минимуму содержания...

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconУчебно-методический комплекс по дисциплине «07. 00. 03»
Фгос впо (федеральный или региональный компонент) к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки дипломированного выпускника...

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconУчебно-методический комплекс по дисциплине Б2
Фгос впо (федеральный или региональный компонент) к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки дипломированного выпускника...

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconИнститут иностранных языков
Требования к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки выпускника вуза, предъявляемые Государственным образовательным...

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconУчебное пособие допущено Министерством образования Российской Федерации...
Социальная психология малой группы: Учебное пособие для вузов. — М.: Аспект Пресс, 2001.— 318 с. ІзхШ 5-7567-0159-1

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconПрактикум л. И. Губарева о. М. Мизирева т. М. Чурилова экология человека...
Учебное пособие предназначено для студентов высших учебных заведений, оно может быть использовано также преподавателями вузов, учителями...

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconУтверждено
Разработана на основании примерной учебной программы данной дисциплины. Составленной в соответствии с государственными требованиями...

Учебное пособие \"Философия\" для высших учебных заведений подготовлено в соответствии с новыми требованиями к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки  iconУчебно-методический комплекс по дисциплине « Б5»
Фгос впо (федеральный или региональный компонент) к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки дипломированного выпускника...

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции