М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики




Скачать 217.35 Kb.
НазваниеМ. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики
Дата публикации20.09.2014
Размер217.35 Kb.
ТипДокументы
literature-edu.ru > Экономика > Документы
Превращенные формы в политической экономии: вопросы методологии
М.С.Лангштейн, доктор экономических наук,

ведущий научный сотрудник Института экономики

промышленности НАН Украины (г.Донецк)
Журнал «Экономика Советской Украины», №10, стр. 39 – 46, изд-во ЦК Компартии Украины «Родянська Украина», Киев
Крутой поворот, который совершает ныне советское общество, носит, по своей сути, революционный характер. Набирает силу перестройка, в движении и обновлении находятся все стороны общественной жизни. И в русле этого движения развивается теоретическая мысль, открывающая новые подходы к решению задач ускорения, выступающая ныне одним из важнейших инструментов перестройки. Поэтому «нельзя допускать и того, чтобы застарелые догмы застилали нам глаза, мешали идти вперед, теоретически развивать теорию и применять ее на практике на данном конкретном историческом этапе, через который проходит наше общество» [1]. Особенно важно учитывать это требование в области методологии политической экономии социализма, которая формирует подходы к исследованию глубинных, коренных структур хозяйственного механизма. Но, к сожалению, именно здесь прочно засела застарелая догма, которую нелегко выкорчевать. Речь идет о положении, гласящем, будто при социализме не должно быть превращенных форм производственных отношений. Как и положено догме, она остается незыблемой, несмотря на развитие конкретной реальности. Ее влиянию мало повредили разработки, в которых показано, что подобная трактовка, по сути, является отголоском отрицания необходимости политической экономии социализма, что без применения метода превращенных форм затрудняется использование материалистической диалектики в исследовании сложных экономических систем [2]. Думается, что полное преодоление этой догмы «упирается в неразработанность теории превращенных форм в социалистическом общественном производстве»[10].

В настоящей статье предпринята попытка в определенной мере восполнить данный пробел путем изложения результатов исследований по осмыслению конкретного аспекта учения о превращенных формах.

Совместное эффективное функционирование составных частей целого возможно лишь при условии постоянного разрешения существующих противоречий, которые невозможно «снять» раз и навсегда, поскольку они обусловлены объективными причинами. Поэтому возникает потребность в своеобразных посредствующих звеньях, в функцию которых входит разрешать противоречия, возникающие между разнородными частями системы. И поскольку такая посредническая функция должна осуществляться непрерывно и каждый раз изменяться в зависимости от конкретных обстоятельств проявления данного противоречия, К.Маркс рассматривал ее как форму движения противоречия и подчеркивал, что «таков и вообще тот метод, при помощи которого разрешаются действительные противоречия... Противоречие одновременно и осуществляется и разрешается» [11].

Если данную функцию рассматривать вне посредствующего звена, в котором она материализуется, функция эта как бы повисает в вакууме, и становится неясным, какой элемент в системе ее осуществляет. Недаром К.Маркс подчеркивал, что противоречие «...может быть разрешено только тем путем, что оно само овеществляется» [12].

Внешние элементы системы обычно наличествуют в явлениях и видны «невооруженным» глазом. Однако, как правило, это – видимость (кажимость), которая искажает (скрывает) истинные внутренние взаимосвязи. «...Задача науки, - отмечал К.Маркс, - заключается в том, чтобы видимое, лишь выступающее в явлении движение свести к действительному внутреннему движению» [13]. В «Капитале» К.Маркс решил эту проблему с помощью нахождения посредствующих звеньев между внутренним движением и видимым движением, выступающим в явлении. Эти посредствующие звенья он называл превращенными формами.

Термин «превращенный» часто воспринимают как синоним термина «искаженный». Противники использования анализа превращенных форм в исследованиях социалистических экономических отношений усиливают это впечатление, выдергивая из контекста высказывания К.Маркса о том, что превращенные формы искажают внутренние отношения. Конечно, превращений исходной формы не бывает без искажений, но суть ведь не в искажениях. Превращенный - это принявший иной вид, перешедший в другое состояние, ставший чем-нибудь другим. Искаженный – означает: предстающий в ложном, неправильном виде. Близок по содержанию к нему термин «превратный» (ложный, извращающий истину), но отнюдь не «превращенный».


Превращенная форма есть средство для проявления скрытых взаимосвязей, присущих конкретной органической системе. Внутренние взаимосвязи при этом искажаются [13]. Но это лишь гносеологический аспект проблемы, точнее лишь часть его. В онтологическом аспекте суть превращенных форм и их позитивные функции можно рассмотреть, если проследить за тем, что делают в экономической системе категории, которые К.Маркс вывел как превращенные формы.

В пятом томе философской энциклопедии впервые предпринята попытка определить понятие превращенной формы. В ней сказано, что последняя – это «понятие, введенное в философский оборот К.Марксом и характеризующее строение и способ функционирования сложных систем; это понятие позволяет исследовать зависимости и эффекты, выступающие на поверхности целого...» [15].

Противники использования метода анализа превращенных форм при изучении социалистической экономики нередко уповают на то, что существуют прозрачно ясные формы проявления. Но ведь термин «проявить» употребляется только тогда, когда нужно сказать о том, что нечто скрытое обнаруживает себя, становится явным [16]. Когда же формы проявления прозрачно ясны – они совпадают с формой.

Путаница эта усиливается мнением, будто прозрачно ясные формы могут быть лишь при социализме (коммунизме). Однако прозрачно ясные формы наблюдаются и при капитализме. Например, выражение экономической обособленности производственных ячеек общества. Они адекватно высвечивают отношения частной собственности, которые господствуют в данном обществе. Экономическая обособленность при капитализме всем видна, и никто ее не оспаривает. Неясно, однако, каким же образом раздробленные частной собственностью производственные ячейки, хотя и могут делать, что им заблагорассудится, но, в конечном счете, вынуждены работать друг на друга. Следовательно, есть скрытая связь, которая заставляет это делать. К.Маркс назвал ее общественным характером труда. Вполне понятно, что такой характер диаметрально противоположен непосредственным отношениям экономической обособленности, обусловленной господствующей формой частной собственности. Он, естественно, может проявиться в конкретной действительности лишь в искаженном виде. Здесь-то и нужно понятие «форма проявления», поскольку внешняя форма при этом не может совпадать с внутренней формой, адекватно выражающей общественный характер труда.

Таким образом, для того, чтобы не создавать терминологическую путаницу в решении сложной проблемы, целесообразно употреблять термин «форма проявления» лишь для обозначения внешней формы скрытых экономических отношений, которые искажаются на поверхности системы. При отсутствии дифференциации понятий превращенной формы и формы проявления создается возможность рассматривать в качестве превращенной формы любую категорию, выходящую на поверхность системы [17 –19].

Под превращенными формами «понимается не просто видимость, даже самая объективная, а внутренняя форма видимости, ее устойчивое и воспроизводящее ядро, выявление которого на феноменологическом уровне само по себе может быть результатом весьма сложного анализа» [20]. Например, такая объективная видимость (кажимость), как движение солнца и планет вокруг земли, сама по себе хоть и является классическим примером категории «явление», не представляет собой превращенной формы как таковой. Это – типичная форма проявления. Как показал К.Маркс, превращенной формой главной взаимосвязи в астрономической системе является эллипс [21].

Или другой пример: прибыль в качестве формы проявления предстает как превышение доходов над расходами. В таком виде прибыль может увидеть любой наблюдатель без всякой науки. В качестве же превращенной формы – прибыль представляет собой посредствующее звено, связывающее указанную форму проявления с ее сущностью – с прибавочной стоимостью. Дело в том, что «превращенная форма – это проблема движения, развития экономических процессов, переход (в процессе ее развития) из одной формы в другую» [22]. И если не пользоваться методом превращенных форм, невозможно оторваться от обыденных представлений, поскольку «обычное представление охватывает различие и противоречие, но не переход от одного к другому, а это самое важное» [23]. Вот почему К.Маркс относил к вульгарному типу науки те изыскания, которые ограничиваются натуральным воспроизведением форм проявления без раскрытия и закрепления в соответствующих понятиях связей с их первоосновой.

До сих пор речь шла о первом этапе познания. После того, как с помощью анализа удалось понять внутреннюю связь целого и отразить полученные знания в исходной посылке, необходимо восстановить изучаемый предмет в его целостности, то есть воспроизвести его вместе с формами проявления на основе добытого знания о внутренней структуре объекта. В этом, собственно, и заключается суть восхождения от абстрактного к конкретному.

К.Маркс указал, что противоречие между абстрактным и конкретным в познании можно разрешить путем нахождения посредствующих звеньев [24]. Осуществляется это благодаря тому, что посредствующие звенья концентрируют в себе то, что объединяет связуемые им предметы (явления), и одновременно «отвлекаются» от их различий. Так, собственно, и осуществляется сопоставление непосредственно несопоставимого.

Ввиду исключительной важности данного обстоятельства для познания диалектики соизмерения результатов труда необходимо со всей силой подчеркнуть непреложную истину, гласящую, что любые конкретные формообразования непосредственно несоизмеримы, что они могут быть соизмерены лишь на основе абстрактных формообразований, в которых вычленяется то, что данные предметы (явления) разъединяет, и закрепляется то, что их объединяет. И все это не только (вернее, не столько) атрибут мышления (осознанных действий), а вообще объективный процесс объединения (сплочения) тех или иных элементов в нечто целое, в систему. Так возникают посредствующие звенья, в движении которых разрешаются объективные противоречия. В количественном аспекте данный процесс предстает как соизмерение непосредственно несоизмеримого.

Важно отметить, что посредствующее звено служит не только для разрешения объективного противоречия. Оно также «выталкивает» это противоречие на поверхность системы. И в этом выражается функция посредника между внутренними и внешними «эталонами» системы. На важность обеспечения выхода внутреннего противоречия на поверхность системы, то есть в область, которая непосредственно контактирует со средой, окружающей систему, неоднократно указывал К.Маркс [25]. В прикладном аспекте это означает, что результатам борьбы противоположностей, составляющих данное противоречие, должен быть предоставлен свободный выход на поверхность. К.Маркс проанализировал названный процесс, в частности, при исследовании функции денег, которые он вывел как превращенную форму товара [26]. Превращенная форма товара служит для разрешения внутреннего противоречия товара – между потребительной стоимостью и стоимостью.

Разрешение противоречия между потребительной стоимостью и стоимостью по существу означает соизмерение непосредственно несоизмеримых предметов. Отсюда ясно, почему К.Маркс связывал понятие превращенной формы производственных отношений с областью математики, исследующей комплексные числа, и при этом применял даже соответствующие термины - иррациональные или мнимые выражения. Более того, выведение иррациональных форм производственных отношений по аналогии с иррациональными числами он считал большим своим достижением.

Иррациональными называются числа, несоизмеримые с единицей, а потому не могущие быть выраженными ни целым, ни дробным рациональным числом. Важно также отметить, что с помощью иррациональных чисел соизмеряются непосредственно несоизмеримые переменные величины. В экономике также есть формы, несоизмеримые с исходной формой, поэтому и невозможно найти адекватное выражение их отношений к исходной форме.

И на самом деле среди конкретных трудозатрат нет ни одной, которая могла бы служить для соизмерения двух других конкретных трудозатрат. Для этого нужны абстрактные трудозатраты, которые лежат за пределами плоскости конкретных трудозатрат так же, как иррациональные числа лежат за пределами плоскости (множества) рациональных чисел. Но это лишь одна сторона превращенной формы взаимосвязей.

При восхождении от абстрактного труда к конкретному мы встречаемся с несопоставимостью результатов соизмерения с «иррациональной» мерой. Она отличается от соизмеримости, присущей первому этапу приведения (сведение конкретного к абстрактному), тем, что носит противоположный характер. Это, так сказать, обратная иррациональность.

По сути, соизмерение интегративного результата системы с результатами деятельности ее частей есть, если так можно выразиться, оконкречивание абстрактного труда. Такую «операцию» Маркс назвал «мистической» и привел ее в качестве аналога товарного фетишизма [28].

Анархично складывающиеся мнимые оценки становятся все более загадочными, когда эквивалентный обмен превращается в неэквивалентный при купле и продаже товара «рабочая сила». Здесь стихийная мнимость выражения «...делает капитал каким-то весьма таинственным существом» [29].

К.Маркс вывел иррациональные представления буржуазного общества из явления товарного фетишизма. Поэтому может показаться, что иррациональный характер экономических отношений должен исчезнуть вместе с ликвидацией отчуждения труда. Однако это не так, поскольку необходимость независимости оценки эффективности трудозатрат от субъективного фактора (оценивающего субъекта) и преодоления несоизмеримости результатов деятельности относительно обособленных частей хозяйственной системы есть проблемы, присущие не только буржуазному способу производства. Вот почему толкование понятие «иррациональный» в математическом смысле весьма конструктивно. Его нецелесообразно отдавать на откуп идеалистам и мистикам [30]. В связи с этим вызывает недоумение попытка А.Пузановского поставить знак равенства между иррациональным и бессмысленным.

Фетишистскими выступают формы, которые не только искажают, но и отражают внутренние отношения в прямо противоположном виде, т.е. вывернутыми наизнанку. Именно так функционирует внешняя сторона превращенной формы – конечная форма проявления. Говоря о товарном фетишизме, К.Маркс отмечал, что «...таинственность товарной формы состоит просто в том, что она является зеркалом, которое отражает людям общественный характер их собственного труда как вещный характер самих продуктов труда, как общественные свойства данных вещей, присущие им от природы» [30]. Как видим, основная причина товарного фетишизма обусловлена мнимостью данного зеркального отражения, т.к. именно оно связывает воедино внутреннюю (исходную) форму с «конечным результатом» (формой проявления).

Суть механизма превращенных экономических (и не только экономических) форм в основном сводится к опосредствованию. В качественном аспекте, как мы пытались показать выше, это означает: 1) наличие посредствующего звена, разрешающего в движении объективное противоречие между разнородными элементами системы и 2) обеспечение выхода противоречия на следующий уровень иерархии и, в конечном счете на поверхность системы. В количественном аспекте данные функции превращенной формы представлены: 1) соизмерением при посредстве эталона, обладающего самодвижением; 2) отражением влияния внешней среды. Первые их перечисленных функций осуществляются иррациональной превращенной формой, вторые – мнимой превращенной формой.

Рассмотрим последовательно, как К.Маркс использовал созданное им учение о превращенных формах для решения парадоксов капиталистической действительности, на примере парадокса сопоставимости денежного выражения результатов конкретной хозяйственной деятельности – частных товаропроизводителей, хотя, как известно, результаты конкретного труда в принципе несопоставимы. В отличие от других исследователей, которые прямолинейно пытались объяснить парадокс обмениваемости товаров друг на друга в определенной пропорции, К.Маркс ввел посредствующее звено – понятие общественно необходимых затрат труда (ОНЗТ). В этой категории отражено, сколько трудозатрат произведено на единицу потребительной стоимости в средних условиях. По существу – это интегральный показатель эффективности деятельности идеального среднего предприятия. С его помощью и соизмеряются непосредственно несоизмеримые результаты труда товаропроизводителей. Попутно заметим, что в том случае, если почему-то нарушается процесс свободного формирования и движения этого интегрального показателя, «чудо» непосредственной обмениваемости товаров исчезает и наружу «вылезает» несопоставимость результатов труда, осуществленного в различных условиях при различной интенсивности со всеми вытекающими отсюда последствиями в виде возникновения дефицитности одних изделий при избытке других, невыгодности внедрения достижений технического прогресса т.п.

Важно также отметить, что с превращением денег в капитал, когда товарная форма приобретает вторую превращенную форму, категория общественно необходимых затрат труда также приобретает вторую степень превращения. В отличие от простого товарного производства в развитом капиталистическом обществе товары продаются не по стоимости, а по ценам производства. Результаты труда капиталистических производителей товаров соизмеряются здесь по отношению к средней норме прибыли, которая также представляет собой результат деятельности «идеально» среднего капиталистического производителя товаров.

С помощью посредствующего звена – «средней нормы прибыли»- соизмеряются непосредственно несоизмеримые результаты труда капиталистических предприятий. Это измерение становится возможным в результате разрешения в превращенных формах целого ряда противоречий капиталистической экономической системы.

А сейчас попробуем внимательно присмотреться ко всем названным посредствующим звеньям, которые функционируют в качестве превращенных форм при капитализме, с тем, чтобы вычленить их основные свойства.

Первым атрибутом посредствующих звеньев является, как мы видели, некая «идеальная» конструкция, которая состоит, однако, из вполне реальных компонентов. В количественном аспекте разрешение противоречий между разнородными частями системы предстает как соизмерение непосредственно несоизмеримых компонентов. Их соизмерение возможно лишь на основе единой меры. Поэтому данное обстоятельство необходимо отметить как второй атрибут превращенной формы. И действительно, соизмерение отношения на основе единой меры присуще всем упомянутым выше посредствующим звеньям, так как они либо сами выступают в качестве этой меры при определении результатов борьбы между противоположностями, составляющими то или иное противоречие, или содержат единую меру внутри себя.

Третьим атрибутом превращенной формы является однозначное выражение результатов борьбы противоположностей и четкое их отражение на конечных результатах функционирования системы в целом.

Четвертым атрибутом превращенной формы можно назвать обеспечение конструктивных условий для свободной «конфронтации» противоположностей, то есть отсутствие помех на пути их выражения даже в том случае, если одна из них кажется очень нежелательной.

Пятый атрибут превращенной формы можно представить себе в виде трехсторонности, аналогичной комплексным числам. Это значит, что в комплекс превращенных форм, составляющих органически спаянную конструкцию, должны входить и тесно переплетаться:

а) отражения прямой связи центра системы с ее частями (рациональные выражения);

б) отражения положительной обратной связи (иррациональные выражения);

в) отражения отрицательной обратной связи, которые, как правило, нейтрализуют помехи от воздействия внешней среды (мнимые выражения).

Ввиду сложности категории «превращенная форма» ей невозможно дать одно краткое определение. Поэтому целесообразно попытаться определить ее содержание в различных аспектах.

В гносеологическом аспекте превращенная форма представляет собой, с одной стороны, проявление на поверхности системы скрытых внутренних отношений в искаженном виде (форма проявления), с другой – способ воспроизведения метаморфозы исходной формы для объяснения искажения внутренних отношений на поверхности системы (внутренняя сторона превращенной формы, т.е. собственно превращенная форма). Определения превращенной формы в других аспектах подразделяются так: сначала внутренняя сторона, а затем - внешняя.

В онтологическом аспекте превращенная форма – с одной стороны, представляет собой способ опосредствования взаимодействий элементов системы, между которыми существуют противоречия (К.Маркс называл это формой движения и разрешения противоречий); с другой - способ материализации результатов борьбы между противоположностями, составляющими объективное противоречие.

В конкретно-экономическом аспекте превращенная форма, с одной стороны, - способ соизмерения непосредственно несоизмеримых результатов деятельности с помощью посредствующих звеньев, в движении которых разрешаются противоречия, обусловливающие несоизмеримость результатов; с другой – способ материализации результатов борьбы между соревнующимися производственными единицами.

Противники анализа превращенных форм при социализме признают правильной только первую часть определения в гносеологическом аспекте, то есть толкуют превращенную форму лишь в смысле искажения внутренних отношений. В свете изложенного видно, что такие взгляды выражают лишь верхнюю часть верхушки «айсберга».

Независимо от того, признаем ли мы наличие превращенных форм при социализме или нет, при совершенствовании хозяйственного механизма мы осознанно или неосознанно пытаемся создать нечто подобное превращенным формам. Так, мы добиваемся от цен, прибыли, ссудного процента, чтобы они стимулировали участников социалистического производства, по крайней мере, не хуже, чем они это делают при капитализме. Но, несмотря на многолетние усилия, решить эту задачу нам не удается. И это не случайно.

Как мы уже видели, с помощью превращенных форм проявляются неявные, скрытые отношения. Когда производители материальных благ разобщены частной собственностью, и труд, следовательно, носит непосредственно обособленный характер, при посредстве превращенных форм проявляется скрыто общественный характер труда [31].

При господстве общественной собственности, когда труд становится непосредственно общественным, взаимосвязи между производителями приобретают диаметрально противоположный характер. Скрытой здесь становится относительная обособленность производственных коллективов. Недаром создание условий для обеспечения самостоятельности и проявления предприимчивости социалистических предприятий является основной проблемой совершенствования хозяйственного механизма социалистического общества.

В свете изложенного видно, что высказывание К.Маркса, согласно которому в обществе ассоциированных производителей «общественные отношения людей к их труду и продуктам их труда остаются... прозрачно ясными как в производстве, так и в распределении» [32], может служить аргументом лишь для вывода о том, что прежние превращенные формы, опосредствующие взаимосвязи между овеществленными продуктами труда, становятся прозрачно ясными, ибо теряют иррациональность. Но это вовсе не означает, что иррациональные формы не понадобятся для проявления другого аспекта производственных отношений, который становится скрытым и несоизмеримым в условиях новой системы производственных отношений.

Прежде всего, это относится к разграничению трудовых вкладов производственных единиц, которое становится основной задачей хозяйственного расчета. При коммерческом расчете решается диаметрально противоположная задача – объединение в систему производственных ячеек, разобщенных частной собственностью. Отсюда ясно, почему различные модификации рыночных методов оценки результатов труда, как бы их не приспосабливали к условиям ассоциированного общества, неизменно превращаются в кривое зеркало, которое не столько отражает, сколько искажает результаты хозяйственной деятельности социалистических предприятий.

Многолетняя практика хорошо высветила следующие пороки действующей системы оценки результатов хозяйственной деятельности производственных коллективов: отсутствие надежного противозатратного механизма, валовой характер объемных показателей трудовых вкладов, сравнение с достигнутым.

В свете изложенного можно предположить, что эти пороки являются следствием неудач в использовании старых превращенных форм. Что нужно делать для искоренения этих пороков, если попытаться «ввести в оборот» превращенные формы, адекватные новым производственным отношениям?

Отвечая на этот вопрос, мы не будем касаться таких аспектов, как тавтологичность категории «товарно-денежные отношения», новые функции планомерного всеобщего эквивалента, понятия хозяйственного механизма как комплекса превращенных форм производственных отношений. Остановимся вкратце лишь на вопросах создания форм движения и разрешения трех противоречий, без чего невозможно устранить названные помехи в системе оценки.

Во-первых, это противоречие между необходимостью противозатратного механизма и затратным способом ценообразования. При господстве рыночного механизма экономической оценки результатов труда это противоречие разрешается с помощью внутриотраслевой конкуренции. Здесь фактически достигнутая эффективность производства, выраженная в индивидуальных затратах (издержках) в расчете на каждую единицу потребительной стоимости, стихийно соизмеряется с ценой производства единицы потребительной стоимости, то есть с мерой, в которой реальная прибылеемкость усреднена. При экономической реализации общенародной собственности аналогичную функцию может выполнять иррациональный коэффициент, конструкция которого позволяет уравнивать прибылеемкость продукции в одной оценочной группе. Это позволит на старте соревнования снять помехи в оценке, возникающие вследствие недостатков административного ценообразования. Наличие такой превращенной формы избавит нас от необходимости искусственно имитировать внутриотраслевую конкуренцию, с помощью различных ухищрений пытаться как-то выражать в плановых ценах уровень и динамику ОНЗТ. Это, как свидетельствует практика, все равно не удастся.

Во-вторых, это противоречие между живым и овеществленным трудом. Отсутствие адекватной формы движения и разрешения этого противоречия порождает пресловутую валовость объемных показателей. При господстве рыночного механизма экономической оценки результатов труда это противоречие разрешается с помощью межотраслевой конкуренции, которая, по существу, нивелирует различия в органическом составе капитала (отношение затрат овеществленного труда к затратам живого труда). При осознанном регулировании пропорций общественного производства аналогичную функцию может выполнять иррациональных коэффициент, выражающий соотношения между индивидуальными затратами живого труда (прямая заработная плата) и овеществленного труда (прямые материальные затраты), соизмеримые со средними отношениями между затратами живого и овеществленного труда в данной оценочной группе. Перемена местами числителя и знаменателя влияет лишь на способ математической операции (умножение или деление), с помощью которой данный коэффициент вводится в систему оценки. Практически этот обладающий самодвижением коэффициент действует наподобие термостата. Если объемный показатель растет за счет увеличения затрат овеществленного труда, коэффициент пропорционально его уменьшает, и наоборот. Наличие такой превращенной формы избавит нас от попыток использовать в борьбе с «валовостью» различные виды показателей типа «чистой продукции», которые не оправдывают себя, главным образом потому, что с их помощью, по сути, устраняется (путем вычитания материальных затрат) одна их борющихся противоположностей. Многограннее борьба противоположностей, составляющих интересующее нас в данном случае противоречие; она выражается с помощью упомянутого иррационального поправочного коэффициента.

В-третьих, это противоречие между индивидуальной и системной формами начального измерителя (точки отсчета). Вред от сравнения с прошлыми достижениями возникает потому, что в качестве меры берутся индивидуальные достижения, на величину которых могут непосредственно влиять участники производства. Если за точку отсчета берутся групповые или высшие достижения, на которые участники производства не могут влиять непосредственно, соответствующие антистимулы исчезают. Вот почему при конструировании оценки в виде превращенной формы производственных отношений нужно фактические достижения каждого производственного коллектива сопоставлять с «достижениями» идеально среднего или идеально передового коллектива. Лучше применять вторую меру, так как она более наглядна.

Аналогично можно преодолеть и другие виды несоизмеримости в системе оценки. Проведенные исследования позволили обнаружить в действующей системе оценки двенадцать видов несоизмеримости [33].

Для проведения радикальной экономической реформы требуется неформальное теоретическое мышление. На наш взгляд, оно невозможно без творческого использования марксистского учения о превращенных формах производственных отношений.

Список литературы





1.

Горбачев М.С.

Перестройка неотложна, она касается всех и во всем. Газета «Правда», 3 августа 1986 г.

2.

Тронев К.П.

К.Маркс о сущности и явлении экономических процессов. «Вестник МГУ», сер. «Экономика» №4, 1967 г.

3.

Лангштейн М.С.

Иррациональные и превращенные формы экономических отношений. Ж. «Экономические науки» №1, 1969 г.

4.

Колесов Н.Д.

Закон соответствия производительных сил и производственных отношений при социализме. Л., изд-во ЛГУ, 1973, с.56-58.

5.

Колесов Н.Д.

Экономические законы и эффективность общественного производства. К.,«Наукова думка», 1974, с.89-91

6.

Первушин В.

Сущность и формы проявления экономических отношений при социализме. «Экономические науки» №2, 1975.

7.

Колесов Н.Д.

К вопросу о формах проявления социалистических производственных отношений. «Экономические науки» №6,1976.

8.




Актуальные проблемы политической экономии. М, 1972, с.106.

9.

Черняк В.К.

Структура экономического развития. «Наукова думка», 1981, с. 108-112.

10.

Мазур В.

Важнейший принцип социалистического непосредственного производства. «Коммунист» №2, 1983, с. 35.

11.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.23, с.113-114.

12.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.46, ч.1, с.112.

13.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.25, ч.1, с.343.

14.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд.2, т.23, с.551, т.25, ч.1, с.43,44,49, 51,183,184,186,188,228,432.

15.




Философская энциклопедия. М «Советская энциклопедия», т.5,1970, с.386.

16.

Ожегов С.И.

Словарь русского языка. М., изд-во «Советская энциклопедия», 1964, с.620.

17.

Солодков М.В.

Сущность и всеобщая форма производительного труда при капитализме. Известия АН СССР, серия экономическая, №2, 1970, с.79

18.

Обломская И.Я.

Система личных стимулов при социализме. М., «Экономика», 1972, с.62-63.

19.

Ольсевич Ю.Я.

Предисловие научного редактора. В кн.: Эйлонси и др. Система показателей эффективности производства (прикладной анализ). М., «Экономика», 1980, с.14.

20.




Философская энциклопедия. М «Советская энциклопедия», т.50,1970, с.387.

21.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.23, с.114.

22.

Тронев К.П.

Указатель трудов. С.23.

23.

Ленин В.И.

Полное собрание соч., т.29,с.118

24.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.26, ч.3, с.504,513,547.

25.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.23, с.71.

26.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.26, ч.3, с.475,481,488, т. 49, с.5,130,258.

27.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.32, с.9.

28.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.49, с.148.

29.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.49, с.111.

30.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.23, с.82.

31.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.26, ч.3, с.137.

32.

Маркс К. Энгельс Ф.

Соч., изд. 2, т.23, с.89.

33.

Лангштейн М.С.

Соизмерение показателей эффективности производства. «Вопросы экономики» №7, с.137.


Работа представлена в интернет вдовой ученого Гурвиц Людмилой Михайловной.

По всем вопросам обращаться по адресу:

Gurvits Lyudmyla

Euler-Chelpin-Str. 34 b

86165 Augsburg

Deutschland

Tel.: 49 (0)821 159 83 86
Здесь же можно приобрести книгу памяти об ученом «Заоблачная даль». В книге содержатся ранее не опубликованные избранные работы ученого, воспоминания соратников, учеников, друзей, жены. Там же представлен список еще не опубликованных работ ученого.

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconПримерная программа учебной дисциплины литература для профессий начального...
Рецензенты: Гулин А. В., ведущий научный сотрудник Института мировой литературы им. Горького, доктор филологических наук

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconПсихология преступника и расследования преступлений
Антонян Юрий Миранович — заслуженный деятель науки России, доктор юридических наук, профессор. Главный научный сотрудник Научно—исследовательского...

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconСтепанов Александр Михайлович Большой словарь эзотерических терминов Об
Ведущий научный сотрудник Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию, фгу «Федеральный научный клинико-экспериментальный...

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconИнновационная экономика в современном обществе. Вопросы теории
Научный сотрудник, преподаватель Альметьевского государственного института муниципальной службы

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconПостмодернизм как «социальный солипсизм». Анализ с позиций актуальной антропологии
Воронцов Сергей Селиверстович, к т н., старший научный сотрудник Института Теоретической и Прикладной Механики со ран

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconЛекция Введение в историю экономики > Предмет истории экономики и...
Историко-экономическая наука оформилась как самостоятельная ветвь системы экономических наук в XIX в. Вначале произошло становление...

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconОбраз мира и психологическое изучение мышления
Почетными грамотами. Первое место разделили ассистент кафедры общей психологии В. В. Петухов, младший научный сотрудник кафедры возрастной...

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconМ. С. Лангштейн, кандидат экономических наук
В свое время от этого парадокса попытались избавиться с помощью утверждения: упомянутый прогноз оправдается на второй стадии коммунизма....

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconПсихология и методика ускоренного обучения
Доктор психологических наук, проф., академик пани с. И. Съедин Доктор психологических наук, проф., академик авн в. В. Сысоев Доктор...

М. С. Лангштейн, доктор экономических наук, ведущий научный сотрудник Института экономики iconР. С. Мацкевич интеллектуализация деятельности органов внутренних...
А. В. Молчанов, Заслуженный экономист Российской Федерации, доктор экономических наук, профессор

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции