Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая»




НазваниеКнига вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая»
страница59/59
Дата публикации20.05.2014
Размер2.23 Mb.
ТипКнига
literature-edu.ru > Военное дело > Книга
1   ...   51   52   53   54   55   56   57   58   59

Дневник. 23 января 1988 года. Суббота, утро



Давно не писал. Казалось, уже и не вернуться.

Живи, как живется, и не пытайся что-нибудь оставить для потомков. Никто читать не будет. Пример близкий: отец писал дневники в плену, в Германии в 1915-1918 годах. Помню маленькие записные книжечки, штук двадцать, с мелким, очень разборчивым почерком в каждой клетке. На удивление, они сохранились. Так же как и стопа открыток из плена, которые шли через Красный Крест. Кто их прочитал? Только мама. Я в ранней юности пробовал, прочел пару книжечек и оставил до лучших времен. Потом дневники попросила Надежда, двоюродная сестра. Она их и потеряла... А какой там был материал! Так и с моими будет.

Следовательно, писать много не стоит.

События личные: с Нового года считаюсь в отпуске, но дома провел пять дней, а остальные ходил в Институт. Оперировал дважды в неделю, в Москву ездил. В Академии заседал - все "при деле".

С лекцией "Мифы, реальности и идеалы" был конфуз. "Вечерний Киев" 7 января опубликовал "Открытое письмо академику Амосову". Автор - Тойма, обозреватель-философ. Очень деликатно и вежливо обвинил в противоречиях Марксу и Ленину. Все близкие друзья возмутились, а я - ничего, даже позабавился. Демократия! Те, кто понимает, те приняли как раз наоборот, поскольку любые иконы надоели.

По-честному, товарищ еще мало написал...

Общество наше бурлит. Высшее начальство старается создать видимость цивилизованного строя: гласность, мол, не хуже демократических свобод, в экономике - возрождение частной инициативы - и все вместе обеспечит невиданный подъем во всех сферах жизни. Плюс к этому - реальная перспектива мира...

Брюзжать не буду, сдвиги в части информированности и свободы частных разговоров - большие. Но ни о какой истинной демократии и речи нет. Либерализация - да, но не больше. Не то что напечатать что-нибудь, сказать публично нельзя. То есть разок гавкнуть можно, но следующего случая не представится. Не посадят, конечно, но трибуны не дадут. И "поправят", и давление окажут, кругом связаны по-прежнему.

Амосову, например, могут сказать: "Пора на пенсию" - теперь есть решение - после 70 даже академик не может занимать постов, только "советника". Сохраняют зарплату, но разве в ней дело?

Однако движение вперед есть, и надежды есть. Но пока еще сделаны такие шаги, что отыграть назад можно с одного дня. Аппарат ограничений - весь на ходу.

Сталинские и брежневские дела хорошо трясут. Появилось нечто большее - намеки, что коллективизация вообще была ошибкой, что индустриализацию можно было сделать меньшей кровью, так же, как и войну выиграть. И даже, что войны вообще могло не быть и что фашизм вызван к жизни неумелой политикой сталинского Коминтерна, вражды с социал-демократами. А уж нэп - вообще благословенное время. Пьесы Шатрова "Брестский мир" и особенно "Дальше - дальше" - явление совершенно немыслимое даже после XX съезда.

На этой неделе в "Литературной газете" напечатали об Узбекистане такие страсти, что трудно представить (В.Соколов. "Зона молчания"). Феодализм и средневековье.

Вчера делал отчет за год. Думаю, что наше учреждение - одно из немногих, что идут в ногу с партией. В самом деле: операций - 4400 - против 3500 в прошлом году. Операций с АИКом - 1560 против тысячи. Смертность общая - 4,6 процента, а было - 6,2. То же при АИКах - 11,2 и 16,8.

Гласность - полная. Демократия - еще не вся. Совет пока дальше распределения денег не идет, но я их активизирую. Скоро будут перевыборы всех заведующих и меня. Заработки повысились весьма значительно с января: у ведущих профессий (хирурги, реаниматоры, анестезиологи, перфузиологи) приблизительно на 50 процентов, у остальных - на 25-30.

Мне совет тоже предлагает платить, но я гордо отказываюсь. Вполне искренне. За удовольствие нужно самому доплачивать, а не что-то получать.

Отчет был очень подробный. "Вскрыл резервы" - почти треть коек занята больными зря: или на обследовании не подлежащие операции, или ожидающие ее. Операции сами по себе занимают только три часа в день у хирургов и 4-5 - у анестезиологов. Обследовательский комплекс и поликлиника тоже имеют резервы мощности, так что дело упирается только в поток больных. Пока жаловаться грех- поступает много. Поэтому грандиозные планы более или менее реальны. В Москве заседал Экспертный совет по кардиохирургии (новая затея), встретился со всеми коллегами. Мы так далеко впереди, что даже трудно представить: приблизительно в два с половиной раза производительнее работаем.

Вот как раскрутили! Нет, не зря живу! За прошлый год одних только детей дополнительно спасено около 500. Это истинная правда. Они же почти все умерли бы в ближайшие десять лет.

Еще один успех прошлого года: девять молодых хирургов поднялись на ступень выше, стали оперировать с искусственным кровообращением. Было - 7, стало - 16. Важно для нашего ускорения.

Но какие мы бедные! Миша Зиньковский ездил в Венгрию. Там в Институте кардиологии делают 600 операций, а тратят 14 миллионов на наши деньги. У нас в четыре раза больше работы, а получаем около 5 миллионов.

Еще сравнение: экспертный совет выработал штаты для типового центра - 500 открытых и 500 закрытых операций, 650 человек. У нас 1500 и 3 тысячи операций, - штат - около тысячи человек. Разве не молодцы?! Послали в Москву наш Институт на грамоту от Украины. Небось не дадут. Скажут: науки мало, изобретений.

Да, чуть не забыл, мои личные результаты: 185 операций, 150 - клапаны, остальные - межпредсердные и межжелудочковые дефекты перегородок. Общая смертность - 11,2 процента. Это самый лучший год в моей кардиохирургической биографии. И вообще, самое бы время поставить точку. Так нет - жадность: давай 5 тысяч операций, 2 тысячи - с АИКом.

Слаб человек!

Дневник. 2 апреля. Суббота, вечер



Дневник не пишу. Не хочется. Работать осталось восемь месяцев. Оперирую немного - две операции в неделю. Не потому, что не хочу. Нужно, чтобы ребята тренировались. Сережа уже делает повторные протезирования, еще научится вшивать два клапана и будет готов для самостоятельной работы. Олег идет сразу за ним, потом - Зорик. В этом году в отделении реабилитации оперируются исключительно больные с клапанами, легких врожденных пороков совсем нет. Отсюда некоторое повышение смертности.

Были ошибки (не мои), были необъяснимые осложнения. В общем, все идет как раньше. Только увеличивается число операций. За первый квартал прооперировали без малого 500 больных с АИКом, а всего - свыше 1200. Это почти на четверть больше, чем в прошлом году. Но меньше, чем хотелось бы. Наши планы: 5 тысяч операций, 2 тысячи - с АИКом. Пожалуй, не выполнить... Самое плохое, однако, не в этом: на 1,4 процента повысилась смертность при операциях с АИКом. Пришлось объявить санкции за ухудшение результатов, как было предусмотрено по обязательствам. Уже снизили прибавки на 14 процентов. Но и так получили большие: в IV квартале 1987 года было много операций - прибавка для ведущих специалистов 150- 250 рублей. Кроме того, копятся деньги в банке - на оборудование, на реконструкцию. Однако потратить их не можем: нет аппаратуры на складах, нет строительных материалов, чтобы строить, например общежитие. Пристройка к операционной идет недопустимо медленно. Уже устал погонять.

Сердце не беспокоит. Что только может техника! Это - о стимуляторах.

Перечитываю свои записки. Все-таки попробую сократить и отредактировать: вдруг получится книга? Если бы дотянуть до оценки "4", то можно предложить для печати, а если ниже, то нельзя. Не хочется позориться. Только трудно самому оценить. Что рукопись - не шедевр, это ясно. Но попробуем. Если и пропадут труды, бог с ними: некуда их применить.

О больных и операциях не пишу. Все такое же, как и в тех дневниках. Да, с директорства уходить необходимо. Это я себя накручиваю, чтобы не сдрейфить в oпоследний момент, не побояться отпустить спасительную веревочку, привязывающую к делу, к людям.

Общество бурлит. Объявлена подготовка к партконференции, и по этому поводу идут жаркие дебаты: аппарат не пускает активистов в делегаты, а общественность напирает. Все жаждут трибуны. В "Московских новостях" и "Литературной газете" много интересных статей. Я что-то не очень верю: сколько уж на моем веку было съездов и пленумов. Но все-таки следует признать, что горбачевская оттепель теплее хрущевской.

В нашем Институте никакого возбуждения нет. То есть врачи между собой кое-что обсуждают, я слышу и даже участвую, но степень понимания проблем невысока. И вообще авангардной роли партии и комсомола не чувствуется. А впрочем, зачем? Что они могут? Институт работает хорошо, оперируем много, умирают 5-6 процентов. Начальники нас в пример ставят. Я-то неустанно повторяю: работаем едва удовлетворительно. Это директор должен организовать... Между прочим, совет трудового коллектива никакой инициативы не проявляет. Правда, мелкие финансовые дела ведет: штрафует за проступки сестер и санитарок.

Дневник. 3 июля. Воскресенье



Как время-то летит! Полгода как и не было. Даже дачей не насладился. Вот в июле и августе немного попользуюсь. Буду по средам брать дополнительный день. В отпуск не собираюсь, зачем? Скоро наотдыхаюсь... Уже скоро.

Отчет за полгода: 990 операций с АИКом: то есть вдвое больше, чем до хозрасчета. Но вот смертность - увы! - снизить за квартал не удалось. 13,3 вместо 12 процентов прошлого года. Причем во всех отделениях повысилась в равной степени. У меня 72 операции, одни только клапаны, но тоже 14 процентов умерли... Правда, я брал самых тяжелых, щадил своих помощников, пусть исподволь привыкают. Но это не утешает, все равно не должны были помирать. Какие-то непонятные осложнения, хотя ошибок не было. Нет, остановлюсь, не буду сетовать. Ничего прибавить не могу. С тем и уйду... Побитый.

Главное событие - XIX партконференция. Вот уж такого точно не помню. По телевизору показали в натуре. Много было интересного, но пересказывать не стану. Чего стоит один Кобаидзе (директор объединения из города Иванова). "Если министр мышей не ловит, за что завод будет ему деньги отчислять?" Не привыкли мы к такой фамильярности. Наш Чазов тоже нелицеприятно медицину показал, то же и Ягодин - педагогику, и Моргун - экологию. Однако общий тон начальства - ив тезисах, и в резолюциях - был бодренький: все идет хорошо, хотя имеются недостатки и перелом в экономике не наступил. Абалкин, когда заикнулся, что не так хозяйничаем, так на него зашикали... Главный герой - Ельцин, с его недавней историей выдворения из Политбюро. На меня не произвел впечатления. Но сам факт публичной полемики с Лигачевым... Фразу "Борис, ты не прав" повторяют все мальчишки.

Такое впечатление, что М.С. планомерно разворачивает демократию. Вот только в экономике пока провал.

Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая

(Дневник с воспоминаниями и отступлениями)

Москва, Молодая гвардия,1990
1   ...   51   52   53   54   55   56   57   58   59

Похожие:

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconКнига первая. Книга о счастье и несчастьях 1 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях.»
Известный хирург, ученый, писатель, Николай Михайлович Амосов рассказывает о работе хирурга, оперирующего на сердце, делится своими...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconКнига польского философа и писателя Владислава Татаркевича «О счастье и совершенстве человека»
Составление, предисловие и перевод на русский язык с сокращениями «Прогресс», 1981

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconНиколай Михайлович Амосов Мое мировоззрение.
Какова судьба человечества? Существует ли «стрела прогресса» в эволюции мира? Какое счастье возможно для человека и общества, что...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconКнига вторая убийственный бомж
Когда я включил компьютер и собрался писать продолжение удивительных и невероятных приключений владимира Верта, на экране вдруг загорелись...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconТематический план № п/п Тема Дата
Книга — твой друг. Книга в твоей жизни. Книга и ее роль в духовной жизни чело­века и общества (родина, край, искусство, нравственная...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconКнига вторая
Слава Аллаху, Господу миров, мир и благословение последнему из пророков Мухаммеду, его семье и сподвижникам. Да пребудет с вами мир...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconКнига вторая
Слава Аллаху, Господу миров, мир и благословение последнему из пророков Мухаммеду, его семье и сподвижникам. Да пребудет с вами мир...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconНаполеон Хилл Думай и богатей Настольная книга бизнесмена Думай и богатей
О том, что помогает человеку всю жизнь идти вперед, устраивать свое счастье и умножать богатство, тогда как другие не могут даже...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconА. С. Завельской Вы уже сделали первый шаг на пути к счастью, взяв...
Не оста­навливайтесь! Эта книга, написанная участницей и соавтором фильма «Секрет», станет вашим надежным проводником к собственному...

Книга вторая Книга о счастье и несчастьях 2 «Николай Амосов. Книга о счастье и несчастьях. Книга вторая» iconКнига обліку видачі свідоцтв Книга обліку видачі атестатів Книга...
Сборник рекомендаций по заполнению предметных страниц классных журналов общеобразовательных учебных заведений 1-3 ступеней составлен...

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции