Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство




НазваниеСигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство
страница4/14
Дата публикации10.05.2014
Размер1.55 Mb.
ТипДокументы
literature-edu.ru > Литература > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14



ЧТО ПОТОПАЕШЬ, ТО И ПОЛОПАЕШЬ

Молодой волчонок спросил у старого матёрого волка: «Почему люди говорят, что волка ноги кормят?»

- Подрастешь, сам узнаешь, - ответил волк.

Наконец наступил такой день, когда старый волк взял на промысел своего молодого волчонка. Далеко им пришлось идти, пока они добрались до стада, и волк, строго предупредил своего волчонка: от меня не отставай ни на шаг. Подкравшись к стаду с подветренной стороны, он с быстротою молнии подлетел к молодому ягнёнку, в одно мгновенье зарезал его, и ловко вскинув жертву себе на спину, бросился к лесу. Молодой волчонок едва поспевал за ним. Вскоре они услышали сзади невероятный шум, стрельбу и собачий лай. Через некоторое время старый волк переложил свою ношу на спину молодому волчонку; тут-то и почувствовал волчонок, что бежать так быстро он уже не может, а сзади уже недалеко слышалось, как за ним гнались собаки и вот они уже совсем близко-близко, слышалось их частое дыхание, и чувствовался нестерпимый запах псины... Сердце волчонка готово было вырваться из груди, срывалось дыхание, темнело в глазах и неприятно закладывало уши...

В критическую минуту старый волк ловко перекинул ягнёнка на свою спину и тут волчонок почувствовал, будто у него за спиной выросли крылья, казалось, что он не успевает даже отталкиваться ногами от земли... А вот уже и лес-спаситель...

Переведя дух, после первого испытания погоней, и немного подкрепившись сладким мясом молодого ягнёнка, волчонок произнёс с облегчением: «Теперь-то я знаю, почему волка ноги кормят...»

- Почему же? – поинтересовался заматерелый волк.

- А потому, наверное: что потопаешь, то и полопаешь.

Волк похвалил своего волчонка, лизнув своим шершавым языком у него за ухом.

БУКВАРЬ
Цыганская многочисленная семья намытарилась за день в скитаниях в поисках хлеба насущного и под вечер расположилась на ужин под раскидистым деревом в городском сквере. Огни большого города заливали неоновым светом этот маленький табор, вырывая из вечернего полумрака живые четкие силуэты его обитателей. У каждого из них была посильная ноша: у детей, умеющих ходить, за спиной были привязаны дети, которые ходить, ещё не научились. Мать семейства несла два огромных узла наперевес через плечо, которые свисали почти до самой земли. Только у отца семейства ничего не было в руках никакой ноши, он чувствовал себя цыганским бароном: сильным, спокойным, уверенным...

Когда семейство цыгана село в кружок, отец разломил на всех несколько больших караваев хлеба, достал из глубин своего кармана кусок сала, завёрнутый в лоскут, аккуратно извлекая его из тряпицы, подобно тому, как богатый еврей достаёт большой семейный алмаз из шкатулки. Цыган привязал кусок сала за ниточку к ветке дерева и произнёс такие слова: «Сегодня, Романе, на ужин будет хлеб с салом вприглядку».

Цыганята принялись наперегонки уплетать хлеб вприглядку с салом с таким завидным аппетитом, какой дай Бог иметь всякому смертному человеку. Цыган остался доволен, что семья быстро насытилась. После трапезы отец семейства снова завернул кусок сала в тряпицу, в которую по всей вероятности, заворачивали сало его далёкие предки, и аккуратно положил содержимое в карман брюк, запуская свою руку в свой карман, чуть ли не по самое плечо. Затем он потрепал своего младшего сына по кудрям и с удовольствием сказал: «Молодец, Рома, скоро я куплю тебе самую научную книгу – букварь с нарядными картинками». И тут нашла на старого цыгана стихия мечтаний: «Эх, Романе, скоро мы с вами крепко заживём, так мы заживём с вами, Романе, что лучше-то, и жить не надо!.. Вот уж скоро ожеребится наша кобыла, мы жеребёнка продавать не станем, оставим его себе, а кобылу Красавку продадим. Все в хромовых сапогах ходить станем! Дочкам богатые нарядные монисто куплю! Матери вашей подарим красивую шаль...»

Младший цыганёнок не удержался от соблазна заявить всем о своей заветной мечте: прокатиться на молодом жеребёнке. Он быстро вскочил на ноги и начал изображать, как будет скакать на нём по степи: «Сяду на него верхом вот так! Поскачу на нём во весь опор вот так!..»

Отец взял ремень и опоясал младшего цыганёнка вдоль спины. Потом усадил его рядом с собой и строго сказал: «На жеребёнке верхом скакать не положено, спину ему и себе поломаешь, понял!» Цыганёнок утвердительно покачал головой в знак согласия, почёсывая свою спину, только что опоясанную широким отцовским ремнём. Теперь он твёрдо знал, что верхом кататься можно только на объезженной лошади...

Когда всё большое семейство цыгана улеглось на ночлег, младший цыганёнок долго мечтательно смотрел на звёзды и думал: «В большом городе звёзд в небе над головой меньше, чем в степи, они очень высокие и не такие яркие. Вот в степи или в лесу – другое дело. Там звёзды висят низко над головой и светят ярко, так что, кажется, стоит только протянуть руку и можно их потрогать...» Представилось цыганёнку Роме, как отец купит ему самую научную книгу – букварь. Отец у меня такой, что уж если скажет слово, то слово его вернее всякой печати. Рома ещё раз почесал свою спину опоясанную отцовским ремнём. – Отец, конечно прав, - подумал он, - маленькому жеребёнку очень даже легко спину поломать, вот когда он вырастит, тогда уж совсем другое дело, тогда смело можно будет скакать на нём верхом. И приснился цыганёнку букварь с красивыми картинками, где были нарисованы яркие звёзды, которые он трогал своей худенькой рукой, а другой своей свободной рукой вёл он по степным просторам под уздцы доброго объезженного коня...
КРАСНАЯ ТЕЛЕГА
У отца с матерью была большая, дружная семья. Все сыновья были у них трудолюбивые, если не считать приёмного младшего сына Ефимушку, хитроумного и ленивого. Братья недолюбливали его, и называли между собой христопродавцем.

Братья в поле работают, а Ефимушка знать ничего не хочет, знай себе - прохлаждается: то его в поясницу прострелило, то в животе у него урчит или голова раскалывается. А если за какое дело примется, так хоть руки у него за такую работу оторвать и выбросить – не жалко.

Осенью братья собрали хороший урожай пшеницы: что на посев оставили, что – на еду, а остальное решили продать. Запрягли лошадь, положили в телегу мешки с пшеницей и отправили Ефимушку на базар.

К вечеру вернулся Ефимушка с базара, а братья его и спрашивают: «Продал пшеницу?»

- Всё продал, - ответил Ефимушка, - и пшеницу, и кобылу, и телегу...

- Зачем же ты телегу и кобылу продал, - удивился Отец, - что же мы теперь делать станем?

- Не волнуйся, отец, - успокоил Ефимушка, - я всё это выгодно продал, а когда наступит весна, мы выгодно купим кобылу и телегу.

- Как же ты с базара домой добрался? Дорога-то дальняя...

- Меня сосед подвёз на красной телеге...

- Ну что ж с тобой можно поделать, - пожал плечами отец, - я пока что ничего не понял, потом разберусь, а сейчас давай деньги, которые ты выручил от продажи хлеба, лошади и телеги... И к великому удивлению всего семейства, Ефимушка развёл только руками: «Все вырученные деньги я отдал соседу за то, что он подвёз меня до дома на своей красной телеге...»

По просьбе отца, все братья вышли, оставили его с Ефимушкой наедине. О чем они беседовали? – об этом братьям ничего неизвестно, но с этого дня отец часто стал ездить с Ефимушкой в город на красной соседской телеге и, возвращаясь поздно ночью, были оба изрядно навеселе.

- Да что же это такое происходит в нашем доме? – жаловались братья своей матери, - этот Ефимушка пустил нас по миру, а отец ему во всём потакает...

- Дети мои, - взмолилась мать, - прошу вас: не спрашивайте меня об этом, а тем более не спрашивайте этого у своего отца родного и у Ефимушки. Это теперь стало небезопасно для вас...

- Почесали братья свои затылки, подтянули потуже свои ремни и решили: чему быть, того не миновать...
КОМПАС
Вертолёт с геологической экспедицией приземлился в тундре, неподалеку от чума, в котором жила семья чукчи. Хозяин чума Ананга предложил гостям ночлег: «Заночуете у меня, очень хорошо. У меня ни комар, ни мошка – не летай!.. У меня в чуме костёр жарко горит, дымом в дирку идёт. Комар и мошка – улетай!.. Мы оленятину кушать будем, говорить допоздна будем...

После ужина и долгих разговоров геологи улеглись спать. Неожиданно, среди ночи, к руководителю экспедиции Николаю Монину тихо приблизился хозяин чума и, низко склонившись над ним, прошептал ему на самое ухо: «Уже спишь, или нет?»

- Нет ещё, - так же тихо на ухо чукче прошептал Монин.

- Моя видит, что твоя, шибко разумной была. Мало-мало ошибку не давала, когда к нам, в тундру прилетала... Хочу спросить совета: у меня три сына уже большие, но ума у них ещё мало. Один из них, взял у меня ружьё и патроны. Хорошее у меня ружьё было. А теперь не стало. Что я стану делать без ружья в тундре? Очень плохо. Чукча не может без ружья быть... Я точно знаю какой сын взял моё ружьё и припрятал в тундре, но как мне это доказать ему можно? Не можешь ли что придумать что-нибудь, а? Пусть он вернёт мне моё ружьё. Оно не доведёт его до добра. Мал он ещё. Ружьё – не игрушка. Беда может прийти в наше жилище. Ананга волнуется; помогай, выручай!..

- Хорошо, хорошо, - ответил Монин, - ложись спать, а утром мы что-нибудь придумаем...

_ Знай, однако, - в заключении сказал Ананга, - ружьё моё взял мой младший сын Бурдан, у него шрам во весь лоб...

- Наутро Монин объяснил собравшимся четырём сыновьям Ананги, что у него есть волшебная указка, вот она и укажет без ошибки на того, кто взял отцовское ружьё. После этих слов, он усадил братьев за стол, при этом Бурдана усадил на северной стороне стола. Достал из своего кармана компас и произнёс такие слова заклинания: «Синус, косинус, - помогай!.. Гипотенуза и катет, - выручай! Биссектриса и медиана, - определяй!.. Тангенс, котангенс – указывай, кто из сыновей взял у отца ружьё – показывай!..» Он с силой покрутил магнитную стрелку. Пока стрелка вращалась, братья дружно крутили своими головами, пока стрелка не остановилась, указывая своим красным концом, на Бурдана. Виновник залился краской. Удивление его было столь велико, что он с силой стукнул себя кулаком по лбу, но тут же, спохватился и заупрямился: «Кто может поверить этому маленькому красному шайтану, этой красной большой блохе?! Она сейчас указала на меня, потом укажет на другого. Крути снова свою стрелку-указку!.. Когда стрелка закрутилась, братья снова вдохнули воздух и не дышали до тех пор, пока она не остановилась, как и прежде, указывая на Бурдана. Он вскочил из-за стола, как ужаленный и выскочил из чума. Вскоре он вернулся с ружьём в руках и, протягивая его отцу, сказал: «Прости, отец!» После этого, он обратился к Монину и спросил, указывая на компас: «Как это называется?»

- Это компас, - ответил ему начальник экспедиции.

- Подари мне компас, а я подарю тебе любимого волчонка...

- Вот тебе компас, сказал в ответ Монин, - а волчонка оставь себе, ведь он твой друг, а друзей никому не дарят...

ВАСИЛИСА ПРЕКРАСНАЯ
Пробудился Иван-сапожник чуть свет, испил из большой банки капустного рассола. Ему маленько полегчало. Обвёл он своим мутным взором вокруг себя, и чуть было не вскрикнул, хорошо, что успел сунуть кулак себе в рот. Словно молнией он был поражён красотой женщины, появившейся неизвестно откуда. Она подошла к его лежанке, нежно прикоснулась к нему смуглыми руками и тихо присела рядом с ним.

- Ты кто такая? – удивился Иван, - как ты здесь оказалась? Дверь-то моя изнутри зачинена на щеколду, я ведь это точно помню...

- Да ты не думай об этом, Ваня, - ответила она ласковым голосом, - лучше попроси у меня чего твоя душа пожелает, и я всё для тебя исполню...

- Может мне всё это сниться? – подумал Иван. Он даже укусил себя за палец для верности, было очень больно. – Нет, я не сплю, - снова подумал он, - но никак не могу поверить глазам своим. Перед ним сидела вылитая Василиса Прекрасная, которую он ещё в детстве видел на красивых картинках в русских сказках...

Иван приподнялся на локте, посмотрел на красавицу и тихо спросил:

«А можешь ли ты, к примеру, сделать так, чтобы вот на этом моём неприбранном столе, появилась бутылка «Столичной» водки?

Вместо ответа Василиса Прекрасная только взмахнула своим широким рукавом и на столе посвилась бутылка «Столичной».

Иван налил себе полный стакан, выпил залпом, вытер губы своим рукавом, и когда «Столичная» влага разлилась у него по всем конечностям, он с удовольствием посмотрел на свою красивую незнакомку.

-А ты мне нравишься, - сказал он, оживившись, - таких красивых женщин я отроду не видывал. Он бережно взял её за руку и, глядя ей прямо в глаза, спросил: «Пожалуйста, скажи мне, наконец, как тебя зовут?

- Она крепко обняла Ивана и прошептала ему на самое ухо: « Я – белая горячка...»
ДЯТЕЛ
Продолбив всю кору насквозь, дятел начал вытаскивать на чистую страницу древесины всё, что там было и чего никогда не было, все, что было и чего быть не может! Так, что у бедных лесных читателей и слушателей шерсть и перья дыбом становится от всего этого.

- Болезни такие ходят по лесу, - выстукивает снова дятел, - хоть караул кричи. Стоит только раз глубоко вдохнуть лесного воздуха и готово дело: неизлечимая болезнь обеспечена. Смерть так и косит лесных жителей, словно косой. От пожаров нет никому никакого спасения, земля горит под ногами. Никогда ещё такого не было, чтобы земля горела. А теперь горит не то, что земля, но и вода полыхает, синим пламенем. А уж, какие в лесу нынче завалы? так лучше вы и не спрашивайте. Ни звери не пролезут, ни гады не проползут, ни птицы не пролетят. И так, за что не возьмись, всюду - просак. Много лет на полях, которые славились небывалыми урожаями: теперь ничего не растёт, а если что-то и вырастет, то всё на корню сгнивает, или какие-то пришельцы вытаптывают. Одним словом, как не прикинет лесной житель – вокруг беда неминучая.

А дятел видит, что лесному жителю в самое сердце угодил, так и вовсе в азарт вошёл. Пуще прежнего, - долбит и долбит в одну точку. – Не высовывайся из норы, - выстукивает он, - особенно, когда стемнеет, не то, в берлогу к Потапычу угодишь: кого надо и кого не надо – всех в берлогу волокут. А кто в берлогу попал, так почитай, что без вести пропал...

- Вот это да! – соображает лесной житель, - лихо дятел лесное лыко проконопатил. А нам-то всю жизнь голову морочили, говорили, что мы шибко много шишек собирали. А где они эти шишки? Только на голове синяки сплошные. Спасибо дятлу, он маленько вразумил нас, а то мы в потёмках-то и не подозревали, словно и духу нечистого на свете не было.

- Чем больше дятел страху нагоняет, тем полнее у него брюшко. Как в России говорят: и на разлив, и на вынос хватает и самому, и жене, и детям... Долго такая долбёжка продолжалась, однако лесным жителям такая однотонная долбёжка скоро надоедает, и они стараются уходить в лес подальше от стука. А дятел чутьём уловил настроение лесных жителей.

- Раз вы не хотите, чтобы я по дубу стучал, так ведь я могу и на липу сесть. Могу и липу, за моё почтение, долбануть, как надо!.. Мне ведь лес тоже не чужая сторона. Коль я на крепком дубе три дупла-особняка выдолбил, то уж на липе-то, Боже мой, я и все четыре дупла свободно выстучу. И начал дятел липой лесного жителя донимать.

- Чудеса, да и только, - застрочил дятел, - болезней-то у нас вовсе никаких не стало. Раньше-то люди от болезней околевали словно мухи, а нынче погляди, могильщики без работы остались. За столько времени ни одного пожара, ни одного наводнения, ни единого приключения. Даже погода ставит рекорды одни за другими. Лето, почитай, круглый год, даже за полярным кругом вечная весна воцаряется. Все айсберги растаяли. Белые медведи до самого Сочи добрались, морозов ищут. Моржи и тюлени к Волге пробираются. А урожаи у нас стали такие, что хоть и засуха была, а хлеба – ешь–не хочу! И соседям почти даром отдаём, хоть и не любим мы их, а всё-таки отдаём: нате – подавитесь, хлебом нашим славянским! Так ведь не выбрасывать же нам своё добро, в самом деле. А уж товаров-то всяких, сколько стало у нас – глаза разбегаются!..

Пока читатель липой отрезвляется, а дятел уже новое дерево облюбовывает. Лесной-то житель наш ушлый стал. Он ведь одну музыку долго слушать не станет. Теперь ему, если уж долбануть, то долбануть надо крепенько, чтобы у него долго потом в ушах звенело и перед глазами круги стояли и днём и ночью.

- Сяду-ка я, пожалуй, на... Но – тсс!.. молчанье! Не дай Бог, что лесной житель раньше времени услышит... Не время ещё...
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconСигачёв александр Александрович баллады. Из цикла «Песенное искусство»
Баллада стала любимым жанром поэзии сентиментализма, романтизма, а также получило широкое развитие героическая и героико-эпическая...

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconСигачёв александр Александрович поэтическое искусство. Маленькие поэмы
Поэмы повествовали о жизни и подвигах легендарных героев или богов; в этих образах, созданных народной фантазией, отразились великие...

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconСигачёв александр Александрович послание освобождения
В данной поэме нет вымысла. Материал поэмы взят из исторических фактов и поэтизирован в меру способности автора данной поэмы. Послание...

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconСигачёв александр Александрович муза узников гулага
Александра Садкова в рамках благотворительного конкурса «Часовни Памяти». Поэтическое исследование было направлено на сбор поэзии...

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство icon Александр Александрович Блок родился 16 (28) ноября 1880 года в Петербурге
Отец Блока, Александр Львович, был юристом, профессором права Варшавского университета

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconМурза Александр Александрович Александров Михаил Алексеевич Мурашкин...
В книге, подготовленной к изданию, рассматривается вопрос о возможности «оранжевой» революции в России

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconБиография пушкин александр Сергеевич (1799 1837)
Пушкин александр Сергеевич (1799 — 1837), поэт, прозаик, драматург, публицист, критик, основоположник новой русской литературы, создатель...

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconИ нформационно-библиографический отдел
Александр Сергеевич Пушкин [Текст] : документы к биографии, 1799 – 1829 / сост и вступ ст. Старк В. П. – Спб. Искусство-спб, 2007....

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconМы все знаем, что многое зависит и от учителей, не так ли?
А. С. Пушкина, и на поколение декабристов, были Александр Петрович Куницын, (нравственные и политические науки); Николай Федорович...

Сигачёв александр Александрович миниатюры литературы. Миниатюрное искусство iconС. Кара-Мурза, А. Александров, М. Мурашкин, С. Телегин
Сергей Георгиевич Кара-Мурза, Александр Александрович Александров, Михаил Алексеевич Мурашкин, Сергей Анатольевич Телегин. На пороге...

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции