Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3




НазваниеТ. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3
страница34/34
Дата публикации20.06.2014
Размер4.15 Mb.
ТипКнига
literature-edu.ru > Философия > Книга
1   ...   26   27   28   29   30   31   32   33   34
сочинение. Детская речь полностью определяется этим принципом16. Один член предложения примыкает к другому без каких-либо средств связи, а там, где сосуществует несколько предложений, они по большей части оказываются объединенными рыхлой, бессоюзной связью. Отдельные предложения, словно нанизанные на шнурок, следуют одно за другим, но они еще не объединены внутренней связью, не «состыкованы» друг с другом, поскольку поначалу отсутствуют еще какие-либо языковые средства, позволяющие ясно обозначить их иерархические отношения. Поэтому если греческие грамматисты и риторы

250

видели основной признак развитого языкового стиля в наличии периода, в котором предложения не расположены без порядка, а поддерживают друг друга словно камни сводчатого строения17, то этот «стиль» представляет конечный и высший продукт языка. Его не только нет в языках первобытных народов18, но и в языках чрезвычайно развитых культур он, похоже, обретается лишь очень постепенно. И в этих языках сложные мысленные связи каузального или телеологического характера — связи причины и следствия, условия и обусловленного, цели и средства — очень часто передаются с помощью простой координации. Часто конструкция типа латинского самостоятельного аблатива (ablativus absolutus) и греческого родительного самостоятельного (genetivus absolutus) служит для того, чтобы обозначать такие сложные отношения, как «в то время как», «после того», «так как», «поэтому», «хотя» и «с тем чтобы». Отдельные мысли, из которых складывается речь, в языковом отношении оказываются лежащими на одном уровне: сама речь еще не обладает глубиной измерения, позволяющей выделить первостепенное и второстепенное, фоновое19. Язык доказывает способность к различению и членению «сосуществованием» частей предложения; однако он не способен к тому, чтобы возвести это чисто статическое отношение к динамическому, к отношению мыслительной взаимозависимости и выразить его как таковое в эксплицитном виде. Вместо выделения различных уровней и градаций придаточных предложений одна-единственная, например герундиальная, конструкция служит для обозначения множества самых различных характеристик и разновидностей действия, не нарушая при этом общего закона соположения, не соединяя их вместе в прочную и лишенную гибкости конструкцию20.

Негативное, однако не менее характерное выражение эта форма мысли и языка находит в отсутствии того грамматического класса слов, который — как об этом свидетельствует уже наименование, придуманное для него грамматистами, — следует считать одним из основных средств реляционного мышления и языкового выражения отношений. Относительное местоимение, судя по всему, представляет собой повсюду позднее и, если учесть все множество языков, относительно редкое образование в развитии языка. Прежде чем язык достигнет этого образования, приходится передавать отношения, выражаемые нами с помощью относительных предложений, описательно, используя более или менее сложные конструкции предложения. Различные методы составления таких описательных конструкций рассмотрены Гумбольдтом на примере языков американских аборигенов, в особенности на примере перуанского и мексиканского языков21. Меланезийские языки также используют вместо подчинения с помощью относительных предложений и относительных местоимений простое соположение характеристик22. Касательно урало-алтайских языков X. Винклер подчеркивает, что в соответствии с их принципиальным характером, который не терпит самостоятельных дополнительных синтаксических единиц, все ветви этой языковой семьи изначально либо совсем не знают относительных союзов, либо пользуются

251

лишь слабыми намеками на них, а там, где в более позднее время подобные союзы используются, они обычно, если не всегда, восходят к чисто вопросительным местоимениям. В частности, западная группа урало-алтайских языков, финно-угорская группа, в ходе своего развития дошла до возникновения относительных местоимений из вопросительных, правда, часто высказывалось мнение, что происходило это под влиянием индоевропейских языков23. В других языках самостоятельные относительные предложения опять-таки хотя и образуются с помощью особых частиц, однако эти предложения до такой степени воспринимаются как имена существительные, что к ним присоединяется определенный артикль, или же они могут употребляться в качестве подлежащего или дополнения, в форме родительного падежа, с предлогом и т.п.24. Все эти явления ясно демонстрируют, как язык словно нерешительно, постепенно овладевает чистой категорией отношения и как она становится уловимой для него лишь окольным путем, через другие категории, в особенности через категорию субстанции и свойства25. Это относится даже к таким языкам, какие в итоге довели в своей структуре «стиль» речи, подлинное искусство сложноподчиненных конструкций до высшего совершенства. Ведь и индоевропейские языки, о которых говорится, что благодаря своей удивительной способности к дифференциации выражения отношений они являются настоящими языками философского идеализма, лишь постепенно, шаг за шагом обрели эту способность26. И в этой семье сравнение, например, строя греческого языка и санскрита показывает, до какой степени отдельные языки семьи находятся на совершенно различных ступенях развития в том, что касается силы и свободы реляционного мышления и чисто реляционных отношений. В первобытное время, судя по всему, и здесь форма главного предложения господствовала над формой придаточного, сочинение — над подчинением. Если уже в это время существовали относительные предложения, то, как показывает сравнительный анализ языков, тогда еще не существовало четко определенного набора специальных союзов для выражения отношений причины, следствия, сопоставления, противопоставления и т.п.27. В древнеиндийском языке почти полностью отсутствуют союзы как четко выраженный класс слов; то, что другие языки, прежде всего латинский и греческий, выражают с помощью подчинительных союзов, заменяется в нем почти не ограниченным в своем употреблении принципом именного словосложения и расширением главного предложения с помощью причастий и герундиев28. Однако и в самом греческом языке лишь постепенно произошел переход от сочинительных связей у Гомера к подчинительным связям в аттической прозе29. Все это подтверждает, что названное Гумбольдтом актом самостоятельного, синтетического полагания в языке, чье проявление он усматривал в первую очередь помимо глагола в употреблении союзов и относительного местоимения, представляет собой одну из последних идеальных целей развития языка, которой он достигает, лишь проходя множество промежуточных ступеней.

252

Особенно четко и ясно это проявляется в оформлении той языковой формы, что по своему основному значению принципиально отдаляется от всякого вещественно-субстанциального выражения, дабы служить исключительно выражением синтеза как такового, выражением чистого осуществления связи. Лишь с употреблением связки логический синтез, осуществляемый в суждении, обретает адекватные языковые средства обозначения и адекватную характеристику. Уже в «Критике чистого разума» при анализе чистой функции суждения обращалось внимание на это единство. Суждение представляется в ней «единством действия», благодаря которому субъект оказывается соотнесенным с предикатом и составляет с ним смысловое целое, единство объективно существующей и объективно обусловленной связи. И именно это интеллектуальное единство действия находит свое отражение в употреблении языковой связки. «Исследуя более тщательно отношения между знаниями, данными в каждом суждении, — говорится в разделе о трансцендентальной дедукции чистых рассудочных понятий, — и отличая это отношение как принадлежащее рассудку от отношения, сообразного с законами репродуктивной способности воображения (и имеющего только объективную значимость), я нахожу, что суждение есть не что иное, как способ приводить данные знания к объективному единству апперцепции. Связка есть имеет своей целью именно отличить в суждении объективное единство данных представлений от субъективного. Ею обозначается отношение представлений к первоначальной апперцепции и ее необходимое единство». Если я говорю: «тело обладает тяжестью», то это значит только то, что телесность и тяжесть связаны в объекте, а не просто ассоциируются каждый раз в субъективном восприятии30·63*. Настолько тесной оказывается даже для чистого логика Канта связь, существующая между объективным смыслом суждения и языковой формой предикативного высказывания. Однако что касается развития языка, то все же ясно, что он лишь очень постепенно может пробиться к абстракции того чистого бытия, которое выражается в связке. Выражение «бытия» как чистой трансцендентальной формы связи всегда представляет собой для языка, изначально полностью погруженного в созерцание субстанциального, предметного наличного бытия и неразрывно с ним связанного, лишь поздний и многократно опосредованный результат. Так, большое количество языков вообще не знает связки в нашем логико-грамматическом смысле и не нуждается в ней. Единое и общее выражение того, что обозначается нашим «связующим словечком есть», отсутствует не только в языках первобытных народов — таких, как большинство африканских языков, языки американских аборигенов и т.д., — но и в других высокоразвитых языках. Даже там, где имеется отличение предикативных отношений от чисто атрибутивных, первый род отношений не нуждается ни в каких специальных языковых пометах. Так, например, в урало-алтайских языках соединение языковой формы субъекта с языковой формой предиката осуществляется почти исключительно их простым соположением31. В других языках хотя и

253

встречаются неоднократно выражения, которые на первый взгляд могут выглядеть как полностью соответствующие нашей связке, однако в действительности они значительно уступают ей в универсальности ее функции. Как выясняется в ходе более детального рассмотрения, связочное «есть» не обладает в этом случае значением универсального выражения, служащего связующим элементом как таковым, поскольку ему дополнительно присуще частное и конкретное, чаще всего пространственное или временное значение. Вместо чисто реляционного бытия обнаруживается выражение, обозначающее существование в том или ином месте — тут или там — или же существование в тот или иной момент. В соответствии с этим наблюдаются различия в употреблении мнимой связки в соответствии с различным пространственным положением субъекта или его прочими наглядными изменениями, так что используется другая «связка», если субъект, о котором идет речь, стоит, а не сидит и не лежит, другая, если он бодрствует, а не спит и т.д.32. То есть место формального бытия и формального смысла занимают в этих языках всегда более или менее материально воспринимаемые выражения, еще словно несущие на себе окраску единичной, чувственно данной действительности33.

Но даже и там, где язык уже продвинулся столь далеко, что способен охватить все частные характеристики существования в общем выражении бытия, все еще остается ощутимый разрыв между очень даже широким выражением простого наличного бытия и глаголом «быть» как выражением чисто предикативного «синтеза». Развитие языка при этом отражает проблему, значение которой выходит далеко за пределы непосредственного действия и которая уже сыграла решающую роль в истории логического и философского мышления. Яснее, чем в каком-либо другом пункте, здесь становится очевидно, как это мышление развивается хотя и вместе с языком, но и одновременно против него. С элеатов начинается великая борьба, которую философскому идеализму приходится вести с языком и многозначностью его понятия бытия. Решить тяжбу за истинное бытие с помощью чистого разума — такова была четко определенная задача, поставленная перед собой Парменидом. Но можно ли считать это истинное бытие элеатов чисто обоснованным в смысле логического суждения, отвечает ли оно только связочной форме εστί как основной форме всякого имеющего силу высказывания — или же и ему еще присуще иное, более конкретное изначальное значение, позволяющее бытию представляться созерцанию «совершенным шаром»? Парменид предпринимает попытку вырваться и из оков обыденного чувственного миросозерцания, и из оков языка. «Поэтому, — провозглашает он, — [пустым] именем будет все, что смертные установили [в языке], убежденные в истинности этого: «рождаться и гибнуть», «быть и не быть», «менять место» и «изменять яркий цвет»»64*. И тем не менее он также не смог избежать в выражении своего высшего принципа воздействия силы языка и переливающегося всеми цветами многообразия его понятия бытия. В основной формуле философии элеатов, в положении εστί το είναι65* вербальное

254

и субстантивное, предикативное и абсолютное значение бытия непосредственно переходят друг в друга. Платон достиг в этом вопросе более четкого различения лишь после долгих мыслительных борений, наиболее ясно отражающихся в диалоге, названном именем Пармени-да. В «Софисте», завершающем эти борения, впервые в истории философии ясно формулируется логическая природа чисто реляционных понятий и определяется своеобразное, специфическое «бытие», им присущее. Опираясь на это достижение, Платон смог упрекнуть всю предшествующую философию в том, что она хотя и искала принцип бытия, однако вместо радикальной основы бытия постоянно выявляла и использовала в качестве основания лишь отдельные его виды, лишь определенные формы сущего. Однако даже эта выразительная формулировка не устранила противоречия, кроющегося в понятии бытия, а лишь четко его обозначила. Далее это противоречие проходит через всю историю средневекового мышления. Вопрос о том, как отделить друг от друга два основных вида бытия, «сущность» (Essenz) и «существование» (Existenz), и как все же объединить их, несмотря на это разграничение, становится центральной проблемой средневековой философии. В онтологическом доказательстве бытия Бога как умозрительном средоточии средневековой теологии и метафизики этот вопрос оказывается поставленным наиболее остро. Однако и современная критическая форма идеализма, отказывающаяся от «гордого имени онтологии», чтобы удовольствоваться скромным занятием «аналитикой чистого рассудка», то и дело оказывается в силках многозначности понятия бытия. Даже после проведенной Кантом критики онтологического доказательства Фихте считает необходимым эксплицитно указать на различие предикативного и абсолютного бытия. Выдвигая в «Основе общего наукоучения» положение «А есть А» в качестве первого, совершенно безусловного принципа всякой философии, он добавляет, что в этом тезисе, в котором «есть» обладает лишь значением логической связки, совершенно ничего не говорится о существовании или не-существовании А. Бытие, полагаемое без предиката, выражает нечто совершенно иное, нежели бытие с предикатом: положение «А есть А» утверждает только то, что если А есть, то есть А; в то же время о том, существует ли А или нет, в нем вообще не говорится34.

Если даже философское мышление постоянно вынуждено таким образом мучительно добиваться различения двух понятий бытия, то тогда понятно, что в языковом мышлении они оба с самого начала выступают в теснейшей связи друг с другом и что лишь очень постепенно удается вычленить из этого сплетения чистый смысл связки. Тот факт, что язык использует одно и то же слово, дабы обозначить и понятие существования, и понятие предикативного соединения, относится к числу широко распространенных явлений, не ограниченных рамками отдельных языковых семей. Если сосредоточиться лишь на индоевропейском праязыке, то в нем повсюду обнаруживается, что многообразные обозначения, используемые для предикативного бытия, все восходят к первоначальному значению «наличного бытия»,

255

понимается ли оно в совершенно общем смысле, как просто наличие, понимается ли оно в частном и конкретном смысле, как жизнь и дыхание, как рост и становление, как длительность и сохранение. «Связка, — замечает по этому поводу Бругман, — первоначально была глаголом с наглядным значением (исходное значение *es-mi «я есмь» неизвестно, самое ранее из засвидетельствованных — «я существую»), а существительное или прилагательное были приложением к подлежащему, находящемся во внутренней связи с предикативным глаголом («Земля есть шар» = «Земля существует как шар»). Так называемая деградация глагола с переходом в связку произошла вследствие того, что акцент сместился на предикативное имя, так что наглядное содержание глагола потеряло значение и подверглось эрозии. Глагол превратился в чисто формальное средство... В качестве связки в индоевропейскую эпоху определенно функционировало es «быть», наряду с ним, по-видимому, уже тогда — bheu— «расти, становиться», оказавшееся связанным с es супплетивными отношениями». Более тонкая дифференциация в употреблении обоих корней заключалась, судя по всему, в том, что es (as) понималось как выражение неизменно продолжающегося существования и в связи с этим употреблялось для образования дуративных форм основы настоящего времени, в то время как корень bheu, как выражение становления, находил применение преимущественно в тех временных формах, которые, как аорист и перфект, обозначали начинающееся или законченное действие (ср. ε-φυν, πέφυκα, fui)35. Основное и исходное чувственное значение второго корня еще явственно ощущается в греческом языке, где оно засвидетельствовано в употреблении глаголов φύω «порождаю», φύομαι «расту» и т.д. В германском, наряду с корнем bheu, проникающим в образование основы настоящего времени (ich bin, du bist и т.д.), используется вспомогательный корень ues ( готск. wisan, ich war и т.д.), чей первоначальный смысл — обитание, постоянство, «пребывание» (древневерхненемецкое weren). Опять-таки по-иному шло развитие в романских языках, где выражение понятия бытия оказалось связанным с наглядным значением стояния36. И подобно тому как выражение бытия примыкает к представлению пространственного постоянства и покоя, выражение становления, в свою очередь, следует представлению движения: представление о становлении развивается из представления о вращении, кручении37. Общее значение становления может развиться также и из конкретного значения прихода, ходьбы38. Все эти примеры показывают, что и в тех языках, где получило четкое развитие смысловое своеобразие логической связки, языковые средства обозначения этого смысла поначалу весьма мало отличаются от выразительных средств других языков, либо вообще не знающих этого смысла, либо не достигших обобщающего и универсального выражения verbum substantivum. И в этом случае духовная форма выражения отношений постоянно оказывается способной к проявлению лишь в определенной материальной оболочке, которая, однако, в конце концов оказывается настолько подчинен-

256

ной, что уже является не просто ограничением, а чувственным носителем чисто идеального значения.

Итак, в общем выражении отношения, воплощающемся в связке, подтверждается все то же основное направление языкового развития, выявленное нами на всех средствах языкового оформления частных понятий отношения. Речь идет о той же самой взаимообусловленности чувственного и духовного, что мы прежде обнаруживали в языковом представлении пространственных и временных отношений, в представлении числа и Я. Возникает искушение истолковать тесное переплетение, отличающее оба момента в языке, в духе сенсуализма, и уже Локк, опираясь на подобную интерпретацию, представил язык в качестве основного свидетельства, подтверждающего его эмпирический подход к познанию39. Однако вопреки этим интерпретациям и в отношении языка уместно воспользоваться четким различием, которое Кант провел в критике познания между «начальной точкой» и «возникновением». Если в происхождении языка чувственное и интеллектуальное неразрывно связаны друг с другом, то эта корреляция как таковая все же еще не доказывает, что между ними существует отношение односторонней зависимости. Ибо интеллектуальное выражение не смогло бы развиться из чувственного и на его основе, если бы изначально уже не содержалось в нем, если бы, пользуясь словами Гердера, уже чувственное обозначение не содержало в себе акт «рефлексии», фундаментальный акт «осмысления». Поэтому высказывание πάντα θεία καί ανθρώπινα πάντα66* нигде не находит, пожалуй, столь ясного подтверждения, как в семантике и грамматике высокоразвитых языков: противопоставление обоих полюсов чувственного и интеллектуального не вмещает содержательного своеобразия языка, поскольку язык во всех своих проявлениях и в каждой отдельной фазе своего прогресса оказывается одновременно и чувственной, и интеллектуальной формой выражения.

Примечания

1 Einleitung zum Kawi-Werk (Werke, VII, l, S. 72-73; ср. особенно S. 143).

2 Ср. об этом выше, с. 88.

3 Этот примат помимо Вундта отстаивает также, в частности, Отмар Дитрих: Ottmar Dittrich. Grundzuge der Sprachpsychologie, I (1903); Probleme der Sprachpsychologie (1913).

4 Ср. в связи с этим, например, замечания Сейса: Sayce. Introduction to the science of language, I, p. Ill, а также: Б. Delbrück. Vergleichende Syntax der indogermanischen Sprachen, III, S. 5. Хорошо известно, что в так называемых «полисинтетических» языках точную границу между отдельным словом и предложением в целом вообще нельзя провести, ср. в особенности описание языков американских аборигенов в справочнике Боаса: Boas. Handbook of the American Indian languages, I p. 27, 762, 1002 и др. В отношении алтайских языков X. Винклер также подчеркивает, что в них слово как действительная единица по-настоящему не развито, скорее следует говорить о том, что слово ста-

257

новится такой единицей в своей соотнесенности с предложением, в котором оно употребляется (H. Winkler. Das Uralaltaische und seine Gruppen, S. 9, 43 и др.)· Даже во флективных языках постоянно встречаются реликты того архаического языкового состояния, когда границы между словом и предложением были еще совершенно неустановившимися, ср., например, соответствующие замечания о семитских языках: Brockelmann. Grundriß, II, S. 1.

5 G. von der Gabelentz. Die Sprachwissenschaft, S. 252-253; Chinesische Grammatik, S. 90; ср. также В. Delbrück. Grundfragen, S. 118-119.

6 Humboldt. Einleitung zum Kawi-Werk (Werke, VII, l, S. 271-, 304-305).

7 Von der Gabelentz. Chinesische Grammatik, S. 19.

8 Подробнее см: Westermann. Ewe-Grammatik, S. 4, 30.

9 Sprachvergleichende Untersuchungen, I (1848), S. 6, II, S. 5; см. выше, с. 000.

10 См. от этом уже у Бётлинка: Boethlingk. Sprache der Jakuten, S. XXIV, (1851), ср. ниже, прим. 15.

11 Известным примером такого рода в немецком языке является развитие су-фиксов -heit, -schaft, -turn, -bar, -lieh, -sam, -haft. Суффикс -lieh, ставший некогда одним из основных средств образования прилагательных, непосредственно возводится к существительному lika («тело»). «Слово weiblich, например, — пишет Г. Пауль (Prinzipien der Sprachgeschichte. 3. Aufl., S. 322), — восходит к старому сложному слову, образованному по типу бахуврихи, прагерм. *wibolikiz, буквальное значение которого "облик женщины", благодаря метафоре уступило затем место значению "имеющий облик женщины". Впоследствии компонент сложного слова до такой степени разошелся с простым словом (ср.-в.-нем. lieh, нов.-в.-нем. Leiche "труп") сначала по значению, а позднее и по звучанию, что всякая связь между ними была утрачена. Первым толчком к расхождению послужило, однако, то обстоятельство, что из конкретного значения простого слова "облик, внешний вид" развилось более абстрактное значение "свойство, качество"» [цит. по: Пауль Г. Принципы истории языка. М., 1960. С. 411]. Что касается суффикса -heit, то существительное, к которому он восходит, еще употреблялось самостоятельно в готском и древневерхненемецком, а также в англосаксонском и древнескандинавском языках. Его исходное значение связано с обозначением личности, сословия, достоинства, однако наряду с ними достаточно рано развилось общее значение свойства, характерных черт (готск. haidus), которое, перейдя в суффикс, смогло использоваться для всякого абстрактного обозначения свойств (подробнее см., например: J. Grimm. Deutsches Wörterbuch, IV, 2, Sp. 919). Исходя из иных начальных представлений, однако действуя в том же направлении и по тому же принципу, сформировали свои адвербиальные выражения образа действия романские языки, опиравшиеся, правда, не на понятие телесного бытия и формы тела, однако использовавшие первоначально еще вполне конкретное выражение состояния духа, постепенно получившее характер чисто реляционного суффикса (fièrement = fera mente и .д.).

12 Так, например, санскритский суффикс -maya восходит к существительному (maya = «вещество, материал») и сначала в соответствии с его значением использовался для образования прилагательных, включающих в себя понятие вещества, и лишь в ходе дальнейшего употребления, в силу преобразования существительного в суффикс, из специального понятия вещественного свойства развивается в общее обозначение свойства и «качества» (man-maya «сделанный из глины», но moha-maya «обусловленный ослеплением» и т.д.). Подробнее см.: Brugmann, Grundriss, II, S. 13, а также Thumb, Hansbuch des Sanskrit, S. 441.

13 Соответствующий материал собран в словаре Гримма (Grimm. Deutsches

258

Wörterbuch, V, Sp. 500 s.v. «keit»). Чрезвычайно сходные процессы образования суффиксов «по недоразумению» обнаруживаются и в других языковых семьях, см., например Simonyi. Die ungarische Sprache, S. 276-277.

14 Ср. в связи с этим сказанное выше (с. 227) о форме «образования понятий» в языках американских аборигенов, см. также с 198.

15 Между прочим, уже Бётлинк в своей книге о якутском языке (1851) подчеркнул, что сам этот процесс допускает в свою очередь различные степени и ступени, так что в этом отношении не существует жесткой и абсолютной границы между флективными и так называемыми агглютинативными языками. Бётлинк указывает, что хотя в индоевропейских языках «субстанция» и «форма» в целом связаны гораздо более тесно, чем в так называемых агглютинативных языках, однако в некоторых урало-алтайских языках, а именно в финском и якутском, «субстанция» и «форма» вовсе не соединяются чисто внешне, как это часто полагают. Здесь также можно говорить о постоянном развитии в сторону «формообразования», которое проявляется в различных языках, например монгольском, тюрко-татарском и финском в совершенно различных фазах (Boethlingk. Die Sprache der Jakuten, Einleitung, S. XXIV; о «морфологии» урало-алтайских языков ср. в особенности: Heinrich Winkler. Das Uralaltaische und seine Gruppen, S. 44).

16 Cp. Cl. Stern, W. Stern. Die Kindersprache, S. 182.

17 Demetrius. De elocutione, § 11-13, цитируется Гумбольдтом (Werke, VII, S. 223).

18 Данные о господстве сочинительных связей в языках первобытных народов можно получить из описаний большинства африканских языков и языков американских аборигенов. Относительно первых см., например, Steinthal. Die Mande-Negersprachen, S. 120, 247, и Roehl. Schambalasprache, S. 27; относительно вторых — Gatschet. Klamath language, p. 656. В языке эве (см. Westermann. Ewe-Grammatik, S. 106) все придаточные предложения, стоящие перед главным, снабжаются постпозитивным артиклем la, т.е. они рассматриваются в качестве частей предложения, а не в качестве самостоятельных предложений. В нубийском языке с придаточными предложениями обращаются как с именами, и поэтому к ним присоединяются те же показатели падежей, что и к существительным (Reinisch. Nuba-Sprache, S. 142).

19 Особенно характерные свидетельства такого рода обнаруживаются в финно-угорских и алтайских языках. Г. Винклер утверждает относительно строя предложения в этих языках, что первоначально в них вообще нет места придаточным предложениям какого бы то ни было рода, поскольку вся структура предложения представляет собой адноминальный, замкнутый, единый, подобный слову комплекс или же не более чем плотное соединение части, напоминающей подлежащее, с частью, напоминающей сказуемое. В обоих случаях все с нашей точки зрения дополнительное, т.е. временные и пространственные, причинные и условные характеристики, помещается между двумя единственно существенными частями предложения или слова-предложения. «Это отнюдь не выдумка, в этом еще почти очевидно заключена непосредственная сущность предложения в большинстве ветвей урало-алтайской языковой семьи, в монгольском, тунгусском, турецком и японском языках... Тунгусский язык... производит впечатление, словно в этом своеобразном по своему строю языке вообще нет места для всего, что напоминало бы относительные или подобные им связи. В удмуртском языке регулярным эквивалентом нашего индоевропейского союзного придаточного предложения оказывается присоединенное к предложению дополнительное определение вроде индоевропейских так называемых самостоятельных родительных, аблативов, винительных» (Der

259

ural-altaischer Sprachstamm, S. 85-86, 107). В китайском языке — см. G. von der Gabelentz. Chinesische Grammatik, S. 168-169 — также частым явлением оказывается простое соположение целых предложений, так что только по смыслу можно догадаться, идет ли речь о временных или причинных, относительных или уступительных отношениях.

20 Чрезвычайно примечательные примеры подобных сочетаний предложений приводит, например, И.И. Шмидт в своей грамматике монгольского языка (особенно с. 62, 124). Предложение вроде нашего: «После того как я выпросил у моего старшего брата лошадь и отдал ее младшему брату, тот принял ее от меня, вскочил на нее, пока я шел в дом, чтобы взять веревку, и умчался, никому ничего не сказав», — звучит в монгольском, если перевести его дословно, следующим образом: «Я лошадь у моего старшего брата испросив взяв, младшему брату передав, тот у меня ее приняв, (когда) я в дом за веревкой пошел, младший брат, никому ничего не сказав, вскочив на нее умчался» (при этом, как замечает Винклер в цит. соч., с. 112, в переводе добавлено слово «когда», вносящее союзные отношения, в то время как в оригинале какой-либо союз отсутствует). Сходные, также очень характерные примеры построения предложения с помощью применения герундиев, супинов и причастных форм приводит И.И. Шмидт и из тибетского языка (Tibetanische Grammatik, S. 197).

21 См. введение к книге о языке кави (Werke, VII, l, S. 253-254). Язык кламат также использует там, где мы прибегаем к относительным предложениям, причастные или глагольные конструкции, см. Gatschet. Klamath language, p. 657.

22 См. примеры: Н.С. von der Gabelentz. Die melanesischen Sprachen, I, S. 202-203, 232-233, II, 28; Codrington. Melanesian languages, p. 136.

23 См. Winkler. Der uralaltaische Sprachstamm, S. 86, 98-99, ПО; см. также Simonyi. Die ungarische Sprache, S. 257, 423.

24 Cp. Steindorff. Koptische Grammatik, S. 227; в семитских языках «субстантивация бессоюзных относительных предложений» представляет собой также частое явление, см. об этом: Brockelmann. Grundriß, II, S. 561.

25 Так например, в японском языке (см. Hoffmann. Japanische Sprachlehre, S. 99) нет относительных предложений, он обходится адъективными предложениями; сходная ситуация и в монгольском языке ср. // Schmidt. Grammatik der mongolischen Sprache, S. 47-48, 127-128.

26 «Le langues de cette famille semblent créés pour l'abxtraction et la métaphisique. Elles ont une souplesse merveilleusse pour exprimer les relations les plus intimes des choses par les flexions de leur noms, par les temps et les modes si variés de leurs verbes, par leur mots composés, par la délicatesse de leurs particules, possédant seules l'admirable secret de la période elles savent relier dans un tout les membres divers de la phrase... Tout deveint pour elles abstraction et catégorie. Elles sont les langues de l'idéalisme». Renan. De l'origine du langage. 8me édition, p. 194.

27 «Изо всех видов придаточных предложений, — пишет Мейе во «Введении в сравнительное изучение индоевропейских языков» (нем. издание Принтца, с. 231), — только относительные предложения мы можем с достаточным основанием считать индоевропейскими. Другие типы придаточных предложений, в том числе условные предложения, в каждом диалекте имеют свои особые формы» [цит. по: Мейе А. Введение в сравнительное изучение индоевропейских языков. М.—Л., 1938, с. 380]. Несколько иначе понимает ситуацию Бругман, объясняющий расхождения между отдельными языками тем, что связующие частицы хотя и существовали в праязыковую эпоху, но наряду с этим употреблялись еще и в другой сфере и не были закреплены за одной определенной мыслительной операцией (Kurze vergleichende Grammatik, S. 653).

260

28 Примеры см. у Whitney. Indische Grammatik, S. 394-395; Thumb. Handbuch des Sanskrit, S. 434, 475.

29 Подробнее см. Brugmann. Griechische Grammatik. 3. Aufl., S. 555-556.

30 См. Kritik der reinen Vernunft. 2. Aufl., S. 141.

31 Cp. H. Winkler. Der uralaltaische Sprachstamm, S. 68-69; относительно финно-угорских языков см., например, Simonyi. Die ungarische Sprache, S. 403-404.

32 Примеры тому особенно многочисленны в языках Америки: так, например, в алгонкинских языках отсутствует общий глагол «быть», в то время как эти языки обладают большим количеством слов, обозначающих бытие в том или ином месте, в то или иное время, в тех или иных условиях. В языке кламат глагол gi, употребляемый как выражение связочных отношений бытия, представляет собой в действительности указательную частицу, выражающую бытие тут или там (подробнее см. Gatschet. Klamath language, p. 430, 674-675, и Trumbull. Transactions of the American philological association, 1869-1870). Индейские языки семьи майя также используют в предикативном высказывании определенные указательные частицы, которые могут соединяться с показателем времени и тогда производят полное впечатление настоящей связки, verbum substantivum. Однако ни одна из этих частиц не соответствует общему и чисто реляционному выражению бытия — одни из них скорее могут быть соотнесены с именным понятием: «дано, установлено, имеется», в то время как другие указывают на положение в определенном месте или событие в определенное время (ср. Seier. Das Konjugationssystem der Maya-Sprachen, S. 8, 14). Аналогичное распределение по частным признакам имеется в меланезийских языках и многих языках Африки. «Настоящая связка, — пишет, например, X. К. фон дер Габеленц, — отсутствует в языке фиджи; порой она может передаваться через уасо «происходить, становиться», tu «присутствовать», tiko «быть в наличии, продолжаться» и т.д., но всегда с дополнительным значением, соответствующим основному понятию этих глаголов» (Die melanesischen Sprachen, S. 40, ср. особенно S. 106). Относительно африканских языков ср., например, различные выражения для связки, приводимые Майджодом из языков менде (Migeod. Mende language, p. 75) и Вестерманом из языка эве ( Westermann. Ewe-Grammatik, S. 75).

33 Так, например, в никобарском языке бытие чисто связочного сочленения всегда остается невыраженным: «verbum substantivum» постоянно обладает в этом языке смыслом наличного бытия, существования и присутствия, особенно присутствия в определенном месте, см. Roepstorff. A dictionary of the Nancowry dialect of the Nicobarese language. Calcutta, 1884, p. XVII, XXIV-XXV.

34 Cp. Fichte. Sämtliche Werke, Bd. I, S. 92-93.

35 См. Brugmann. Kurze vergleichende Grammatik, S. 627; Curtius. Grundzüge der griechischen Etymologie. 5. Aufl., S. 304, 375.

36 Ср. итал. stato, франц. été от лат. stare в качестве причастных форм к essere и être. То же супплетивное употребление sta «стоять» было известно, согласно Остгофу (Osthoff. Vom Suppletivwesen der indogermanischen Sprachen, S. 15), также и древнекельтскому языку.

37 Так, готское werpan (werden, «становиться») этимологически связано с лат. vertere, точно так же, например, греческое πέλω восходит к корню, который в древнеиндийском значит «двигаться, шевелиться, бродить, путешествовать». Подробнее см. Brugmann. Kurze vergleichende Grammatik, S. 628; и Delbrück. Vergleichende Syntax, III, S. 12.

38 Ср., например, в современных языках: diventare, divenire, devenir, англ, to become; ср. также Humboldt. Einleitung zum Kawi-Werk (Werke, VII, l, S. 218-219).

39 См. выше, с 64-65.

261

Примечания переводчика

'* Перевод по изд.: Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. М., 1984, с. 77-80.

2* «Сочетание родов», см.: Платон. Софист, 253B-D. 3* Понимание в себе и посредством себя. 4* Само по себе, как таковое; см. Платон. Теэтет, 201Е. 5* Букв.: первая ложь, т.е. изначальный порок.

6* Перевод Т.Я. Елизаренковой. — Ригведа: Избр. гимны. М., 1972. С. 252-253. 7* Здесь и далее переводы досократиков даны по изданию: Фрагменты ранних греческих философов. Т. 1. М., 1989.

8* «Ибо мудрым [существом] можно назвать только одно: ум, могущий править всей Вселенной».

9* «(Они не понимают, как враждебное находится в согласии с собой:)...перевернутое соединение (гармония), как лука и лиры». |0* «Единое, расходящееся (спорящее) с самим собой».

"* Фр. 62: «Бессмертные смертны, смертные бессмертны, [одни] живут за счет смерти других, за счет жизни других умирают». |2< Общее и божественное.

|3* Фр. 92: «Сивилла же бесноватыми устами несмеянное, неприкрашенное, неумащенное вещает, и голос ее простирается на тысячу лет чрез бога». |4< «Правильность имен» была в греческой философии обозначением проблемы оснований языкового знака.

15< Вопрос «что есть..?» и его вариации («что же?» «что именно?») были лейтмотивом диалогических разысканий Сократа; соответственно, с помощью этого же вопроса действует и Сократ в диалогах Платона, см., например, Гиппий больший, 287d-e. |6* См. Кратил 383А. "* Надежность, достоверность.

|8< «Что познается само по себе и есть подлинное бытие» — Платон. VII письмо, 342 А-В.

"* «С помощью которых необходимо образуется познание» — Платон. VII письмо, 342 А.

20* Цит. по: ЛоккДж. Соч. в 3-хт. Т. 1. М., 1985. С. 460-461. 2|< Цит. по: Беркли Дж. Соч. М., 1978. С. 167-168, 169.

22< «Истина может быть лишь в том, что высказано, а не в самих вещах.» (Гоббс Т. Сочинения. Т. 1, М., 1989, с. 97.)

23* Цит. по.: Шефтсбери А.Э.К. Эстетические опыты. М., 1975. С. 365-366. 24< Цит. по: Гердер. Избр. соч. М.-Л., 1959. С. 141. 25< Выражение из «Пролегомен ко всякой будущей метафизике, могущей по-

262

явиться как наука», цитпо: Кант И. Сочинения. Т. 4, ч. 1. М., 1965, с. 199. 26* Цит. по: Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. М., 1984, с. 320.

27< См. Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. М., 1984, с. 69-71. 28< Цит. по: Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. М., 1984. С. 165-166.

29< Кант И. Критика чистого разума. Раздел «Трансцендентальная дедукция чистых рассудочных понятий», § 15.

30* Цит. по: Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. М., 1984, с. 118. 3|* Цит. по: Звегинцев В.А. История языкознания XIX-XX веков в очерках и извлечениях. М., 1964, ч. 1, с. 194.

32< Цит. по: Пауль Г. Принципы истории языка. М., 1960, с. 87. 33* У Аристотеля: нечто, частное, наделенное некоторыми качествами, см. Аристотель. Категории, ЗЬ 10: «Всякая сущность, надо полагать, означает определенное нечто» (цит. по: Аристотель. Сочинения. Т. 2. М., 1978, с. 59). 34< «Говорить» (лат.).

«Показывать, указывать» (греч. и германск. эквиваленты).

«Говорить» (греч.).

Используемые Гомером обозначения людей как смертных существ. 38< «Делить, распределять, отмерять» (греч.). 39< «Установлении имен». 40* Существующего по природе или по закону. 4|* «Согласно подобию».

42< «Подлинность», исходный, истинный смысл. 43* Соответствие и подобие. м' Противоречие и противоположность. 45< Сходство. 46* Противоположность.

47< «Личные претерпевания»; «претерпевание» (наслаждения или боли) является, наряду с «ощущением», основным понятием психологии Эпикура (см. Диоген Лаэртский.О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов. X, 31, 34).

48< Строка из двустишия Ф. Шиллера «Язык» (пер. Е. Эткинда): Дух, воплотившись, не может явиться воочию духу, Если душа говорит, то говорит не душа. 49< Цит. по: Кант И. Сочинения. Т. 3. М., 1964, с. 223. 50* Цит. по: Кант И. Сочинения. Т. 3. М., 1964, с. 288-289. 51* Первое по природе. 52< Первое для нас.

53* Речь идет об употреблении указательных местоимений («этот», «тот», «тот (дальний)» в значении притяжательных местоимений («мой», «твой», «его»). 54< Кассирер приводит факты происхождения местоимения 3-го лица из указательных местоимений.

55< «Критика чистого разума» (раздел «Систематическое изложение всех синтетических основоположений чистого рассудка»), см. Кант И. Сочинения. Т. 3. М., 1964, с. 248-280.

56* Цит. по: Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию, с. 114. 57< Переход в иной род.

58< Под углом зрения имени или глагола, т.е. с позиций именной или глагольной категориальной структуры. 59< Цит. по: Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию, с. 146, 148.

263

60* См. выше, прим.22*.

6|* Латинские и греческие формы глаголов со значением «нести». 62< Цит. по: Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. С. 90. 63* Цит. по: Кант И. Сочинения. Т. 3. М., 1964, с. 198 (Критика чистого разума, I, ч. 2 («Трансцендентальная логика»), § 19: «Логическая форма всех суждений состоит в объективном единстве апперцепции содержащихся в них понятий»).

и* Фрагменты ранних греческих философов, с. 291.

65< Вернее: εστί γαρ είναι «есть бытие» (Парменид, фр. 6 Diels), см. Фрагменты ранних греческих философов, с. 288: «ибо есть — бытие, а ничто не есть». 66* Все божественное и все человеческое.

264

Указатель имен

Адам Л. 214

Аммоний 126

Аристотель 59, 74, 75, 113, 114, 120, 126, 180,

246, 263

Баттё Ш. 79

Бёме Я. 64

Бётлинк О. фон 187, 202, 206, 207, 212, 214, 258, 259

Беркли Дж. 35, 67-70, 104, 262

Бирн Дж. 239

БоасФ. 129, 130, 201-207, 209, 211, 212,

214, 240, 241, 257

Бопп Ф. 90

Брокельман К. 129, 201-204, 206, 208, 209, 211,

241, 242, 258, 260 Бругман К. 97, 106, 127, 136, 201-204, 206,

208-211, 235, 241, 256, 258, 260, 261 Бругш Г. 239

Бэкон Ф. 67, 70, 104

Бюхер К. 170, 206

Балла Л. 59, 60

Вивес Л. 59

Вико Дж. 78, 79, 705

Винклер Г. 195, 201, 202, 204, 206, 209, 212-

214, 251, 257-261

Вольф ? 8, 83

Вольф Э. ? 8

Вундт В. 8, 48, 98, 99, 106, 106, 112, 115, 126,

186, 192, 202, 210, 212, 213, 231

Габеленц Г. фон дер 146, 203, 205, 207-209, 213, 214,

241, 247, 258, 260, 261 Галилей Г. 21, 22

Гаман И.Г. 75, 79, 80, 104, 105

265

Гамильтон У. 154 162

ГатшетА. 124, 129, 169, 201-203, 209, 214,

259-261

Гегель Г.В.Ф. 20, 82, 91, 92, 94, 100

Гейгер Л. 225, 239

Геккель Э. 93, 94

Гельмгольц Г. 13, 95, 106

Гераклит 53-56, 58, 80, 219

Гербарт И. 8, 34, 98

Гердер И.Г. 75, 76, 80, 81, 83, 87, 104, 105, 224,

257, 262

Герц Г. 12,13,21,48

Гесиод 19

ГётеИ.В. 23,45,82,96,117

Гильберт Д. 158

Гоббс Т. 65, 67-69, 103, 104, 262

Гомер 19, 72, 138, 174, 204, 252, 263

Горгий 117, 118

Готтшед И. 76, 206

Гоффман Э. Э. 10, 147, 202, 203, 206, 209-211,

213, 214, 260

Грассери Р. де ля 209

Гримм Я. 75, 104, 116, 122, 727, 174, 200,

201, 208, 209. 212, 235, 236, 258

Гумбольдт В. фон 10, 11, 8, 9, 27, 48, 70, 75, 83-90,

98-100, 105, 106, 122, 123, 128, 129, 138, 143, 145, 146, 151, 167, 173, 175, 177, 178, 181, 184-187, 190, 194, 197, 198, 200, 207, 203, 206, 207, 209-214, 222, 223, 236, 237, 239, 240, 245, 247, 250-252, 259-264

ДальгарноЖ. 61, 103

Дарвин Ч. 91,93,94,111

Дедекинд Р. 158, 205

Декарт Р. 19, 20, 38, 60-62, 702, 103, 158

Дельбрюк Б. 106, 106, 142, 202, 213, 239, 257, 258

Демокрит 11

Демосфен 79

Демпвольф О. 10

ДжориоА. де 114

Дидро Д. 71,72,104

Диксон Р.Б. 207

Дильман А. 200. 207, 277, 274

Дильс Г. 53

Диоген Лаэртский 104, 105, 263

266

Дионисий Фракиец 212

Дитрих О. 257

Добрицхофер М. 167, 205, 206

Дуне Скот 102

Дюбуа-Реймон дю Э. 96

Елизаренкова Т.Я. 262

Звегинцев В.А. 263

Зелер Э. 155, 204, 214

Зигварт X. 218, 239

Кант И. 15, 16, 32, 38, 39, 46, 80-82, 85-90,

129, 133, 135, 137, 138, 150, 190, 253, 255, 257, 263, 264

Кассирер Э. 10, 263

Кедворт Р. 72

Кирхгоф Г.Р. 97, 106

Коген Г. 9, 126

Кодрингтон Р. 130, 203, 205-207, 209, 210, 212,

240, 260

Кондильяк Э.Б. де 76, 81, 104

Кратил 56

Кроче Б. 9, 101

Крофорд 134

Ксенофан 19

Ксенофонт 55

Курциус Г. 121, 727, 128, 157, 202, 204, 205,

229, 240

Кутюра Л 103

Леви-Брюль Л. 126

Лейбниц Г.В.Ф. 22, 34, 43, 44, 48, 61-66, 76, 80, 81,

83, 87, 103, 122, 158, 200

Лессинг Г. 72, 75

Локк Дж. 64, 65, 67, 68, 71, 103, 104, 257, 262

Лотце Г. 219-222, 239

Лукреций 77, 105

Майнхоф К. 12, 201, 206, 208, 241, 242

Мейе А. 260

Мейер П.Й. 205

Мейер-Любке В. 206

Марти А. 8

Мерсенн М. 60, 102, 103

Мопертюи П.Л.М. 76,81

Мэн Э.Х. 240

267

Мэтьюз С. 277, 247

Мюллер А. 211-213

Мюллер М. 190, 275

Мюллер Фр. 72203, 205, 206, 208,

210-213, 241

Нуаре Л. 726, 190, 275, 225, 239

Ньютон И. 31,43,150

Остгоф Г. 97, 106, 106, 209, 228, 229, 240, 261

Панини 191

Парменид 12, 254, 255, 264

Пауль Г. 97, 98, 106, 128, 205, 211, 240, 242,

258, 263

Пифагор 157

Платон 11, 12, 30, 46, 56-59, 69, 74, 702,

113, 726, 158,255,262

Прокл 157

Рамус П. 59

Рассел Б. 158, 205

Руссо Ж.Ж. 79, 705

Секст Эмпирик 128

Селер Э. 10

Сепир Э. 10

Сократ 56, 232, 262

Спиноза Б. 32

Тальбицер В. 202, 205

Трабулл X. 227, 240, 261

Тренделенбург Ф.А. 702

Узенер Г. 226, 239

Уилкинс Дж. 61, 103

Фихте И.Г. 78, 255, 267

Фосслер К. 10, 11, 99-101, 706

Фреге Г. 158, 205

Хаммер П. 228

Харрис И. 73-75, 104

Хемстерхёйс Ф. 705

Хензель П. 706

Хильдебрандт Р. 9

Хофман Э. 702

268

Шекспир В. 72

Шеллинг Ф.В. 82, 85, 105, 187

Шерер В. 125, 128, 129, 173, 208, 209

Шефтсбери А.Э.К. 73-75, 104, 262

Шиллер Ф. 263

Шлегель Ф. 82

Шлейхер А. 91-94, 99, 106, 248

Шмидт Й.Й. 260

Шопенгауэр А. 186,272

Штайнен К. фон дер 160, 186, 208, 212, 214, 228

Штейнталь X. 8, 101, 102, 127, 140, 153, 161, 201,

202, 205, 259

Энгель Й.Й. 79, 126

Эпикур 77,78,118,265

Эткинд Е. 263

Юм Д. 29, 36, 142

Юнг К.Г. 79

Юнкер Г. 10

Якоби Ф.Г. 105

269

Содержание

Предисловие............................................................................................7

Введение и постановка проблемы.........................................................11

Глава I. Проблема языка в истории философии......................................49

Глава II. Язык в фазе чувственного выражения.....................................107

Глава III. Язык в фазе созерцательного выражения..............................131

1. Выражение пространства и пространственных отношений...................133

2. Представление о времени.........................................................................147

3. Языковое развитие понятия числа...........................................................157

4. Язык и область «внутреннего созерцания». Фазы понятия Я................177

Глава IV. Язык как выражение понятийного мышления.

Форма языкового образования понятий и классов.................................215

1. Квалифицирующее образование понятий ..............................................217

2. Основные направления языкового образования классов.......................232

Глава V. Язык и выражение чистых форм отношений.

Сфера суждения и реляционные понятия...............................................243

Примечания переводчика....................................................................262

Указатель имен. Составитель И.А. Осиновская..................................265

270

Эрнст Кассирер

Философия символических форм Том 1. Язык.

Корректор Н.С. Сотникова Компьютерная верстка O.A. Зотов

Лицензия ЛР № 071351 от 23.10.96

Подписано в печать ??.??.??. Гарнитура Тайме

Формат 60x90 1/16. Бумага офсетная. Печать офсетная.

Усл. печ. л. ??. Уч.-изд. л. ??

Тираж ???? экз. Заказ № ???

  • Warum Wahrheit?



1   ...   26   27   28   29   30   31   32   33   34

Похожие:

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconСтатья Auflage
Гете; die einbändige A. eines Wörterbuches besitzen иметь однотомное издание словаря; номер (газеты, журнала); die Bekanntmachung...

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconНильс-Горан Ольве Жан Рой Магнус Веттер Издательский дом "Вильяме"...
Перевод с английского Э. В. Кондуковой, И. С. Половицы Научный редактор Э. В. Кондукова

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconДиалектика • Санкт-Петербург • Киев Москва' ббк (Ю)88. 6 Б75
...

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconКнига предназначена для психологов, психотерапевтов, студентов, специализирующихся...
...

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconМ.: Центрполиграф, 2010. 220 с. /// Haupt W
Хаупт В. Битва за Москву. Первое решающее сражение Второй мировой. 1941-1942 / Пер с нем. Л. А игоревскоro. — М.: Центрполиграф,...

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconБониссоне нлп: управление креативностью Москва ■ Санкт-Петербург...
Д46 нлп: управление креативностью / Р. Дилтс. — Спб.: Питер, 2003. — 416 с: ил. — (Серия «Эффективный тренинг»)

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconМинистерства образования РФ москва • Санкт-Петербург ■ Нижний Новгород...
Учебник предназначен для студентов психологических факультетов университетов и институтов, слушателей факультетов и курсов повышения...

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 icon"Традиции русской культуры и современный кинематограф" А. С. Брейтман...
Методология гуманитарного знания в перспективе XXI века. К 80-летию профессора Моисея Самойловича Кагана. Материалы международной...

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 iconИздательство «смысл» москва 2000 удк 615. 851 Ббк 53. 5 П 274 Московский Гештальт Институт
Впервые переведенная на русский язык главная теоре­тическая книга Ф. Перлза — выдающегося психолога и психо­терапевта, создателя...

Т. 1: Язык Ernst Cassirer Phüosophie der symbolischen Formen T. 1: Die Sprache Где и когда издано Университетская книга Москва Санкт-Петербург 2001 ббк 87. 3 icon«Санкт-Петербург, Пушкин, Лермонтов и мировая культура»
Дом»), Всероссийским Музеем А. С. Пушкина и Санкт-Петербургским городским Дворцом Творчества Юных проводит с 15 по 20 октября 2014...

Литература


При копировании материала укажите ссылку © 2015
контакты
literature-edu.ru
Поиск на сайте

Главная страница  Литература  Доклады  Рефераты  Курсовая работа  Лекции